Последний гамбит
В конце концов я написала Макс. Джеймсон запер меня в самой дорогой на свете темнице, написала я. Он вбил себе в голову идиотскую идею о необходимости защитить меня.
Ответ от Макс не заставил себя долго ждать. ЗЕЛЕНОГЛАЗЫЙ УБЛЮДОК.
Я невольно ухмыльнулась и написала ответ: Ты ругаешься.
Макс крайне быстро ответила: Ты бы предпочла «Ухмыляющийся патерналистски настроенный чудак, чей клоунский патернализм можно послать к клоунскому тунцу»?
Я фыркнула и наконец достаточно успокоилась, чтобы осмотреть комнату из камней. Две стены сделаны из обсидиана, отметила я. Другие две – из белого агата. Прощупав стены, я не нашла кнопки, открывающей выход, но заметила, что камни образовывали кирпичи и если нажать на верхнюю или нижнюю часть любого из кирпичей, они поворачиваются. Вращение черного кирпича превращало его в белый. И наоборот.
Я подумала обо всех случаях, когда наблюдала за тем, как Ксандр возится с карманной головоломкой, затем вытянула шею, разглядывая каждую деталь стен, потолка, пола. Джеймсон запер меня не в темнице.
Он запер меня в эскейп-руме.
* * *Спустя три часа я все еще не подобрала правильной комбинации, и каждую проходящую минуту я гадала, догнали ли Джеймсон и Грэйсон Иви. В моей голове крутились всевозможные предупреждения.
Никому не доверяй.
Следующей целью может стать кто-то из ваших близких.
Я устал ждать.
В моменты отчаяния я думала о том, что Иви поклялась сделать что угодно – что угодно, – чтобы вернуть Тоби.
Не думай о ней. Или о них. Или о чем-либо еще. Я уставилась на блестящую комнату, роскошь, красоту и попыталась избавиться от чувства, что стены сжимались вокруг меня.
– Блеск, – пробормотала я. – Роскошь. Что насчет бриллиантов?
Я уже перепробовала десятки дизайнов: буква Х, шахматная доска, ключ…
Поменяла местами цвета кристаллов. Ничего. Расстроенная, я провела рукой по одному из бриллиантов, протирая его.
Щелчок.
Я широко распахнула глаза, услышав звук. Два черных бриллианта, один белый, на другой стене – из обсидиана – ничего не менялось. Со вторым щелчком открылась панель на полу. Я присела на корточки, чтобы посмотреть. Не панель. Люк.
– Наконец-то!
Я сразу же спустилась в темноту и включила на телефоне фонарик. Повороты извилистого коридора в конце концов привели меня к лестнице, на верху которой я обнаружила другой люк.
Упершись в него ладонями, я надавила. Он подался. Я подтянулась и оказалась в спальне, в которой до сих пор не бывала. Перед собой я увидела прислоненную к стене потертую шестиструнную гитару; слева от меня стояла двуспальная кровать, сделанная из того, что выглядело как переделанное плавучее дерево. Я повернулась и увидела Нэша, сидящего на металлической табуретке рядом с большим деревянным верстаком, который, казалось, одновременно служил комодом.
Он загораживал дверь.
Я подошла к нему.
– Я ухожу, – сказала я, начиная злиться. – Не пытайся остановить меня. Я пойду за Джеймсоном и Грэйсоном.
– Уверена? – Нэш не сдвинулся с места. – Я учил тебя драться, потому что доверяю твоему мышлению, солнышко. – Он встал, выражение его лица смягчилось. – Я зря доверял? – Нэш дал мне секунду обдумать вопрос, а затем отошел в сторону, освобождая путь к двери.
Черт возьми, Нэш. Я сделала глубокий вдох.
– Нет.
Я подумала о пережитых мной ярости, беспокойстве и темных, мечущихся по кругу мыслях. Я отставала на три часа, и вряд ли Орен позволил бы братьям убежать одним.
– Если ты захочешь одолжить немного скотча, когда болваны вернутся, – протянул Нэш, – меня можно будет убедить.
– Спасибо, Нэш. – Немного успокоенная, я вышла в коридор и увидела Орена. – Джеймсон, Грэйсон и Иви. Что с ними?
– Здоровы и находятся в безопасности, – доложил Орен. – Иви добралась до территории Блейков, но ей не разрешили войти. Вскоре приехали мальчики и отговорили ее. Все они сейчас направляются обратно.
Тревога во мне улеглась, расчистив путь для раздражения.
– Вы позволили Джеймсону запереть меня!
– Вы были в безопасности, – губы Орена дрогнули. – Под присмотром.
– Узрите! – раздался голос из-за Орена. – Герои несутся в бой! Эйвери будет освобождена!
Я посмотрела за Орена и увидела, что Ксандр, Тея и Ребекка бегут к нам. Парень держал в руке огромный металлический щит, который выглядел так, словно его сняли прямо с руки средневекового рыцаря.
– Я клянусь всем добрым и святым, – пробормотала Тея, – если ты скажешь еще хоть что-нибудь о РОЛЕВЫХ играх, Ксандр…
Я обошла Орена.
– Я ценю «спасение», Ксан, но ты не мог просто ответить на звонок? – Я перевела взгляд на Ребекку: – Или ты?
– Прости. У меня телефон на беззвучном режиме. Мы выпускали пар. – Ее зеленые глаза скользнули к Тее. – Играли в бильярд.
Свитер Теи был разорван на плече, а прическа явно не была идеальной. Возможно, они вдвоем были в бильярдной или зале с игровыми автоматами, но, черт возьми, они точно не играли в бильярд. И Ребекка больше не выглядела лишь подобием себя.
– А у тебя какое оправдание? – спросила я Ксандра, когда он опустил щит.
– Зайди ко мне в кабинет.
Я закатила глаза, но последовала за ним.
Ксандр использовал щит, чтобы отгородить нас от Орена, и увел меня за угол.
– Я спустился в кроличью нору, глубоко погрузившись во владения Винсента Блейка, нынешние и прошлые, – признался Ксандр. – Блейк был единственным спонсором «Инновационной лаборатории ВБ». – Ксандр сделал паузу, собираясь с духом. – Я узнал название. Исайя Александр работал в этой лаборатории сразу после того, как его уволили.
Отец Ксандра работал на Винсента Блейка. Эта мысль была подобна кости домино в моем сознании, которая сбивала следующую и следующую. В притче о блудном сыне три героя, не так ли?
Король, конь и слон. Сын, который остался верным отцу.
– Исайя Александр все еще работает на Блейка? – спросила я Ксандра, голова гудела от мыслей.
– Нет. Уже пятнадцать лет, – отчеканил Ксандр. – Эйвери, я знаю, о чем ты думаешь, но Исайя никак не может быть связан с похищением Тоби. Он механик, у которого есть собственная автомастерская, а другой механик, который работает на него, находится в отпуске по уходу за ребенком, так что он неделями работает в две смены. – Ксандр сглотнул. – Но при этом… он может знать что-то, что может дать нам преимущество. Или знать кого-то, кто знает что-то. Или знать кого-то, кто знает кого-то, кто знает что-то.
Тея услужливо прикрыла рукой Ксандру рот.
Досье. Цепочка домино в моей голове закончилась, и я втянула воздух. Досье Исайи Александра было пустым, и Ксандр не брал страницу.
Каковы шансы, что в пропавшей странице упоминалось имя Винсента Блейка?
Иви забрала ее. Возможно, это был шаг вперед. Возможно, мои обвинения были несправедливы. Я не могла разобраться.
Мое тело гудело, я обошла щит Ксандра и посмотрела на Орена, который – что неудивительно – последовал за нами за угол.
– Джеймсон, Грэйсон и Иви направляются обратно? – спросила я, подбирая слова. – Они в безопасности, под присмотром ваших людей, и все будет так в течение следующих трех часов?
Орен подозрительно сощурил глаза.
– Что вы собираетесь сделать, если я скажу «да»?
Это даст нам три часа. Я посмотрела на Ксандра.
– Я думаю, нам нужно поговорить с Исайей. Но если ты не готов…
– Я был рожден готовым! – Ксандр махнул щитом. Он улыбнулся улыбкой Ксандра Хоторна, затем позволил своей браваде завянуть. – Но сначала обнимемся?
Глава 59
Спустя час, ускользнув от папарацци на шоссе, мы с большой группой охраны припарковались у автомастерской в маленьком городке. В гараже работал только один человек. Он был под машиной, когда мы вошли.