Последний гамбит

– Niv, – вслух повторила я. На автомате я проверила шкатулку на наличие скрытых отделений. Их не оказалось. В телефоне также больше ничего не нашлось, ничего не всплыло и когда мы прослушали записанный разговор с похитителем Тоби. И когда сделали это еще раз.
– Ваша команда может отследить звонок? – спросила я Орена, пытаясь думать наперед, подойти к этой проблеме со всех сторон. – У нас есть номер.
– Я могу попробовать, – спокойно ответил Орен, – но это поможет, если только наш противник менее умен, чем кажется, иначе номер вряд ли зарегистрирован и звонок был направлен через интернет, а не через телефонную вышку, а сигнал прошел через тысячу IP-адресов, разбросанных по всему миру.
Мое горло сжалось.
– Полиция может это сделать?
– Нам нельзя звонить в полицию, – прошептала Иви. – Он может убить Тоби.
– Теоретически конфиденциальные запросы могут быть направлены доверенному сотруднику полиции без предоставления подробностей, – сказал Орен. – К сожалению, трех моих самых доверенных лиц недавно перевели.
Это не могло быть совпадением. Атаки на мои компании. Попытки сократить численность моей службы безопасности. Журналисты, следящие за каждым моим шагом. Потеря связи с полицией. Я подумала о том, что, по мнению Алисы, мы ищем. Богатство. Влияние. Связи.
– Включи запись еще раз, – попросила я Ксандра.
Мой ЛДХД выполнил мою просьбу. Когда разговор закончился, Джеймсон посмотрел на Грэйсона.
– Он сказал, Эйвери может звать его Лукой. Его зовут не Лука.
– Это имеет значение? – спросила я.
Грэйсон выдержал взгляд Джеймсона.
– Возможно.
Иви хотела что-то сказать, но звук зазвонившего телефона заставил ее замолчать. Это не был телефон из шкатулки. Звонил мой телефон. Мой взгляд метнулся к имени на экране. Тея.
Я ответила на звонок.
– Тея, я сейчас немного занята.
– В таком случае ты хочешь сначала услышать плохие или очень плохие новости?
– Ребекка…
– Кто-то сфотографировал Иви у ворот Дома Хоторнов. Фотографию только что запостили.
Я вздрогнула.
– Это плохая новость или…
– Ее запостили, – продолжила Тея, – на самом большом сайте сплетен вместе с фотографией Эмили и комментарием, что Эмили Лафлин была убита Грэйсоном и Джеймсоном Хоторнами.
  
Глава 32
 
Первым делом я написала Алисе. Разбираться с подобными скандалами было ее работой. Сообщить новость парням и Иви было сложнее. Заставить себя произнести эти слова было все равно что переломить свою лодыжку. Момент неправильности. Болезненный хруст. Шок. Затем действие шока закончилось.
– Это полный бред, – разделяя слова, сказал Нэш. Он глубоко вздохнул, затем внимательно посмотрел на своих братьев: – Джейми? Грэй?
– Я в порядке, – ответил Грэйсон с каменным лицом.
– И в соответствии с моим превосходством в наших братских отношениях, – добавил Джеймсон с язвительной улыбкой, которая была немного слишком резкой, – я лучше, чем в порядке.
Это сделал Лука. Это точно был он.
Иви открыла на телефоне тот самый сайт. И уставилась на нее. На собственную фотографию – и на Эмили.
Я вспомнила тот момент в крыле Тоби, когда она сказала мне, что не похожа ни на кого из своей семьи.
– Почему здесь написано, что вы убили ее? – пронзительным голосом спросила Иви. Она не отрывала взгляда от телефона, но я знала, к кому она обратилась.
– Потому что, – ответил Грэйсон, его голос резал, словно лезвие ножа, – мы это сделали.
– Черта с два вы это сделали, – выругался Нэш. Он обернулся и посмотрел на всех остальных. – Какое у нас правило по поводу нечестной игры? – спросил он. Никто не ответил. – Грэй? Джейми? – Он перевел взгляд на меня.
– Нечестной игры нет, – медленно произнесла я, – если ты выигрываешь. – Я хотела выиграть. Я хотела вернуть Тоби. Я хотела схватить мерзавца, который его похитил, мерзавца, который только что сотворил такое с Джеймсоном, Грэйсоном и Иви.
– Нечестная игра? – спросила Иви, наконец оторвавшись от сайта. – Вот как вы это называете? Мое лицо выложили на всех сайтах.
 
Это было именно тем, чего не хотел Тоби.
– Пушка с блестками, – сказал Ксандр.
Я бросила на него взгляд. Сейчас действительно было не время для легкомыслия – или блесток.
– Прямо сейчас громыхнула пушка с блестками, – повторил Ксандр. – Выстрели из такой в середине игры – и она создаст страшный беспорядок. Такой, который проникает повсюду, прилипает ко всему.
Выражение лица Грэйсона стало суровым.
– И забирает то время, которое ты тратишь, пока все убираешь.
– Пытаешься все убрать, – мягко исправила его Либби. Она была тихой во всем этом, но у моей сестры сочувствия было в избытке, и ей не нужно было знать Грэйсона, Джеймсона или даже Иви так хорошо, как мне, чтобы понять, как сильно они пострадали.
– Некоторые вещи сложно убрать, – медленно согласился Нэш, размеренно растягивая слова, его глаза встретились с глазами Либби, как будто это была самая естественная вещь в мире. – Ты думаешь, что наконец-то избавился от всего. Все хорошо. А потом, пять лет спустя…
– В ванне Грэйсона все еще остались блестки, – закончил Ксандр. У меня появилось чувство, что это была не метафора.
– Лука сделал это, – сказала я. – Он устроил все. Он произвел выстрел. Он хочет нас отвлечь. – Он хочет, чтобы нам не хватило времени. Он хочет, чтобы мы проиграли.
Тик-так.
Иви выключила телефон и грубо швырнула его на стол.
– К черту блестки, – сказала она. – Я не хочу узнать, что случится с Тоби, когда сработает таймер.
Никто из нас не хотел этого.
Ксандр вновь включил запись разговора с Лукой, и мы принялись за работу.
  
Глава 33
 
6 ЧАСОВ, 17 МИНУТ, 9 СЕКУНД…
Мне уже даже не нужно было смотреть на время. Я просто чувствовала, сколько осталось. Мы оказались в тупике. Я пыталась проветрить голову, но свежий воздух не помог. Анонимная передача денег нужным людям не помогла.
Я вернулась в Дом и зашла в круглую библиотеку, в этот же момент зазвонил телефон Ксандра. Он был единственным человеком из тех, кого я знала, кто использовал первые двенадцать цифр числа пи в качестве рингтона. После нехарактерно приглушенного для него разговора он передал телефон мне.
– Макс, – одними губами произнес он.
Я взяла телефон.
– Дай угадаю, – сказала я, поднеся телефон к уху. – Ты видела новости?
– С чего ты взяла? – ответила Макс. – Я просто звоню, чтобы рассказать о ситуации с телохранителем. Петр упорно отказывается выбирать себе его мелодию, но в остальном наши отношения телохранитель – подопечная складываются нормально.
Только Макс могла так несерьезно относиться к необходимости обеспечения безопасности. Необходимости из-за меня. Я не могла избавиться от чувства вины и за это, как и от ощущения, что Иви выставили на всеобщее обозрение только потому, что она сделала неудачный выбор, обратившись за помощью ко мне.
Мое имя было написано на конверте, на шкатулке. Я была единственной на прицеле у Луки, но любой, кто находился рядом со мной, мог попасть под удар.
– Мне жаль, – сказала я Макс.
– Я знаю, – ответила моя лучшая подруга. – Но не переживай. Я сама выберу для него песню. – Она на мгновение замолчала. – Ксандр рассказал мне кое-что о… пушке?
Из меня вдруг хлынули слова, как вода, прорвавшая плотину: о посылке, шкатулке, телефоне, разговоре с «Лукой» – и его ультиматуме.
– Ты говоришь как человек, которому нужно думать вслух, – предположила Макс. – Продолжай.
И я продолжила. Я говорила и говорила, надеясь, что на этот раз мой мозг найдет что-то новое во всем этом. Я дошла до события в календаре и рассказала о нашем предположении.
– Мы думали, что Niv может быть отсылкой к государственной анкете, N4. Мы потратили несколько часов, пытаясь найти документы Тобиаса Хоторна…