Два билета из декрета (СИ)
Я выпихнула подругу из раздевалки и закрыла шторку, чтобы переодеться в одиночестве и подумать. Мысле было две: обтягивающие до ужаса джинсы все-таки придется брать, и по возвращению домой стоит показать мужу, как работает микроволновка. Благодаря моей новой "старой" работе и графику придется изгнать эту бытовую немощность из супруга.
Число пакетов с покупками росло в геометрической прогрессии, и я даже перестала считать, сколько тысяч спустила на шмотки. Что-то как-то очень до фига выходило. Часть денег взяла с премии, часть дал Олег. Он мужественно выделил все свободные средства, хотя считал цены в магазинах женской одежды грабительскими. А после того как получил список необходимых покупок, то вообще пересмотрел взгляды на мой гардероб и сказал, что и старые платья ему очень даже нравятся. Он не жмот. Просто так бывает, когда жена заботится обо всех вокруг, в ущерб себе. Олег еще немного побарахтается, как рыбка на суше, и привыкнет.
Я перехватила свободной рукой ручки пакетов, когда на нас двинулась толпа подростков со стаканчиками из Старбакса, и мысленно прикинула, что уже куплено и на что еще остались деньжата. Джинсы, две шелковые блузки, юбка-карандаш, кашемировый свитер, новый комплект нижнего белья и платье на деловой ужин Олега, оно же сценический наряд на корпоратив. На карточке болталось не больше тысячи: детям – шоколад, мамочке – бургер на фуд-корте и такси. От усталости ноги гудели, как паровоз, и потому ехать на автобусе я отказывалась.
- Кстати, сейчас вещь в течение месяца после покупки можно сдать, - невзначай заметила Анфиса.
- Я не планирую ничего сдавать, - я прекрасно понимала, куда она клонит.
Платье, купленное для всех возможных радостных поводов, включая чьи-нибудь поминки, подруга не одобрила. Слишком глухое, слишком черное, слишком… по колено. Одним словом – хорошее платье, надо брать. А то, что подруге не нравится, так это, скорее, плюс. Несмотря на схожие жизненные позиции, наши с Анфисой вкусы были как две параллельные линии – ни единого шанса на пересечение.
- И что это за персонаж фильма будет, - ехидно спросила подруга, когда мы сели в ближайшем кафе, - Мартиша Аддамс?
- Нет, у Мартиши стать, а во мне полтора метра обаяния, - отмахнулась я. - Не знаю, Фис. Надену крупные серьги, на пояс повяжу павлопасадский платок, накрашусь поярче и украду у Гобры ее брульянты. Буду цыганкой.
- Из какого фильма?
- Да не знаю я. Просто цыганкой, мало их, что ли, в фильмах показывали? Из какого-нибудь Кустурицы, принесу с собой пару курей, скину туфлии пойду танцевать босая.
Она неодобрительно цокнула языком, но смолчала, поняв, что спорить со мной бесполезно. Мой шоппинг и так вышел за рамки бюджета, и я не собиралась покупать одноразовое платье только и исключительно на корпоратив. Меня не радовала перспектива блистать один вечер в наряде феи Винкс и весь оставшийся месяц есть рис по акции из пятерочки. Генеральный, организуя новогоднюю вечеринку в самом конце октября, хотел сэкономить, а нам – оисным беспризорникам – предлагал потратиться на дурацкий дресс-код. И если какие-нибудь Сашеньки и Кати обязательно купят лучшие стилизованные наряды, то я была уверена, найдется немало сотрудников, кто обмотается туалетной бумагой поверх джинсов и изобразит мумию. Вот в их компании я и буду тусоваться.
Я наслаждалась бургером с двойной порцией сыра, слушала Анфискин рассказ про социотипы – и ни единый нерв не взбунтовался при мысли, что муж и дети подвергаются голодным пыткам, пока я ем и бездельничаю. Накануне я провела три часа на кухне и приготовила первое, второе, компот, а под конец купила пачку сосисок на всякий случай. Хочешь выжить – умей тыкать пальцем по кнопкам микроволновки. Мальчик Миша уже умел и, возможно, научит мальчика Олега, пока я отдыхаю.
- Ты Гексли, Яна.
- Меня устраивает, - спокойно ответила я и допила колу. Честно говоря, она могла сказать, что я прямоугольный параллелепипед, и эта новость вызвала бы во мне точно такую же реакцию. Я не разбиралась во всей этой психологической ерунде и не имела привычку делать вид, что умная. Природную дурнину за серьезным фасадом не спрятать, так что… Анфиса же наоборот, после того как посетила какие-то инстаграмные курсы, стала всех учить жизни. Иногда это помогало. Иногда хотелось ей врезать.
- Тебе в пару нужен Габен, который будет поддерживать твои безумные идеи, но иметь твердую почву под ногами.
- Прям как мой Олег.
- Ну, почти, - Анфиса отвела взгляд в сторону, - я бы не сказала, что он Габен, скорее… Достоевский.
- Не люблю Достоевского, графоман какой-то, - честно призналась я.
- Ну, это совершенно не важно, любишь или нет. Я не люблю твой ромашковый чай, но он же существует вне зависимости от моего к нему отношения.
- Кстати, давай зайдем еще в чайный? – взмолилась я. - Шампанское мне уже не по карману, а напиться все еще хочется. Вместо белого игристого будет зеленый душистый.
- И в Лилию, - согласилась подруга, - я у них шубки хочу примерить.
Первым делом мы нашли бутик с незамысловатым названием «Лилия». Тут продавали странные вещи, про которые Анфиса с придыханием говорила: «Качественные». И если ее устраивало, что джинсы могут стоить двадцать тысяч рублей, то я считала, что за эту сумму штанцы должны были сами себя стирать, гладить, собирать рюкзак Мише перед школой, а в ночное время как минимум разбирать мне посудомойку. В остальных случаях я отказывалась платить за кусок тряпки такие деньги.
- Нет, ну ты посмотри, какое качество! - елейно прошептала Фиса, держа в руках трикотажное что-то. Я закатила глаза и отвернулась, чтобы не видеть, как консультанты коршунами слетелись на падкую до роскоши подругу. Взгляд выцепил мужскую фигуру возле примерочных кабинок, и я, следуя простому любопытству, сделала шаг левее. Из-за рейла с одеждой показалась нога в кроссовке, джинсы, бежевый свитер, короткие взъерошенные волосы и черные, как ночь глаза. В общем-то, картина Репина «Не ждали» на современный лад. Там, в кожаном кресле, сидел и пил кофе Игнатов Виталий Геннадьевич!
Я испуганно дернулась в сторону, пригнулась за вешалку с пушистой чебурашкой серого цвета и затаилась. Сердце колотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди. Картавый пришел в бутик женской одежды явно не для того, чтобы присмотреть себе новый пиджак модной расцветки «фингал на третий день после падения». Он нагло занял кожаный диван и торчал под примерочными, потому что ждал, пока Катя подберет на свою задницу возмутительно дорогое платье на корпоратив. От мысли, что сейчас я столкнусь с ними двумя, у меня в позвоночнике что-то болезненно хрустнуло. Только не сейчас, когда я уставшая, без макияжа, с обезумевшими, как у белки, глазами после нескольких часов забористого шопинга. Еще один оценивающий взгляд от Гобры я не переживу. Но главное, я не хотела видеть их… вместе. Просто не здесь и не сегодня.
Я пригнулась и, игнорируя недоуменные взгляды, которые Анфиса бросала в мою сторону, стала красться вдоль рейла к выходу. Шаг. Другой. Миновали опасную зону леопардовых юбок, приближаемся к сектору рубашек цвета недозрелой зебры. Всем постам оставаться на своих местах. Последний шаг к металлодетектеру на проеме – и я испарюсь из Лилии на веки вечные. Примерочная осталась далеко за моей спиной, но я не теряла бдительности и, согнувшись в три погибели, прокладывала дорожку к свободе. Оставалось совсем немного. Я уже слышала шум голосов и запах попкорна из кинотеатра неподалеку. Мне нужно было только шагнуть, и… я больно уперлась головой во что-то твердое . Опустила взгляд и увидела рядом со своими кедами мужские кроссовки. Посмотрела выше и обомлела: голубые джинсы, бежевый свитер, короткие взъерошенные волосы и черные, как ночь, глаза.
- Какая неожиданная встреча, Яна, - раздалось у меня над головой, когда я, наконец, выпрямилась.
Ну полный сушец…