Два билета из декрета (СИ)
- Нет. Когда любишь, то просто любишь.
- Вот то-то же.
В комнату зашел Игнатов Виталий Геннадьевич, совершенный, как и было заявлено раньше. Он удивленно перевел взгляд с меня на Гобру и обратно, хмыкнул, будто бы ожидал увидеть здесь что-то подобное, и бросил, не обращаясь ни к одной из нас:
- Ко мне в кабинет. Нужно уладить твой прокол.
Катя послушно поднялась с места и пошла в сторону выхода. После того как она покинула кухню, я наконец смогла глубоко вздохнуть. Ну и душная деваха. При ней даже говорить было трудно, приходилось тщательно подбирать слова и следить за интонацией. И этот тоже… гусь фаршированный! «Ко мне в кабинет». Как будто мир остановится, если Игнатов будет добрее к окружающим. Но ведь он и был добр, просто в другое время. И с другими людьми. Со мной, например. В животе снова тревожно заурчало, и я взяла чашку заваренного для змеюки чая, к которому она так и не притронулась.
Итак, у меня было только два пути. Сделать как надо: отдать свитер Кате, и пусть сама решает, как презентовать его шефу. Может, он даже не заметит подмены и примет старую тряпку за винтажный раритет. Главное получить свои честно вбуханные деньги, а остальное волновать меня не должно.
А можно сделать так, как хочется. Прийти в кабинет, достать из пакета буйноцветное сокровище, кинуть победный вопль вождя племени Вачати и забрать все лавры себе. И премию. И молоко за вредность. И удовлетворенный взгляд черных, словно бездна, глаз. Последнее почему-то было особенно важно.
Итого, как правильно или как хочется? И точно ли мне хочется именно этого, или я случайно влилась в эту карьерную гонку, глядя на окружавших меня сотрудниц и потеряла то, что было изначально важно? И чего тогда я хочу на самом деле?
Ответа на последний вопрос я не знала, зато, кажется, стало совершенно понятно, как нужно поступить.
***
Дверь в кабинет Игнатова открылась со скрипом. Гобра, замершая на стуле, даже не дернулась, начальник же отложил бумаги и вперился в меня глазами. Он оценивающе посмотрел, как я топчусь на пороге, и наконец процедил:
- Яна, вы что-то хотели?
Все ясно, картавый был не в настроении, но моя находка могла это исправить. Игнорируя Его Сердейшество, я сделала большой шаг и обратилась к Гобре, стараясь как можно быстрее сказать главное:
- Екатерина Сергеевна, курьер принес ваш заказ из Германии. Ваш...как же это...план Б.
Я торопилась, понимая, что в любую секунду меня могут перебить. Или – это даже хуже, – что я могу передумать и присвоить заслуженные лавры себе.
- План Б, - брови Игнатова удивленно поползли вверх, - Катя, о чем это она?
Гобра осторожно взяла протянутый ей пакет и достала свитер. Игнатов присвистнул и, не пытаясь скрыть изумления, уставился на меня:
- Объяснишь, что тут происходит, или мне клещами из вас вытягивать?
- Ничего не происходит, - ответила я, давая гадюке время на осмысление, - Екатерина Сергеевна заказала идентичную вещь, только не пиджак, а свитер. Уж кто у кого стибрил расцветку, не разобрать, но тоже винтаж, немецкий. Ваш Володя может даже не заметить подмену.
- Учитывая то, сколько он пьет, охотно верю, но как? Почему молчала? Ты ведь могла рассказать обо всем сразу, - на этот раз В.Г. обращался к своему заму.
Та заторможено рассматривала свитер: орнамент, состояние, швы, наличие зацепок – и молчала. Кажется, Гобра погрузилась в какую-то параллельную реальность и не реагировала на то, что происходило в кабинете.
- Мы были не уверены, что фото соответствуют реальному виду свитера, - выпалила я подготовленную заранее фразу, - это первая сделка продавца, рейтинг нулевой, сами понимаете.
Игнатов откинулся на спинку кожаного кресла и лукаво произнес:
- Не уверен, но, кажется, все-таки понимаю. Катя?
Она наконец оторвала взгляд от принесенной мною находки и медленно произнесла:
- Все так, Виталик. Я же тебе говорила, что у меня все под контролем и ты можешь доверять мне. Но гораздо проще начать обвинять другого…
Ох же. Брехала, как по написанному. Я только поразилась, как ювелирно гадюка поймала волну и влезла в поток сказанного мной вранья, так и не выдав своего изумления. Не проста Сергеевна, ой как не проста!
- Предлагаешь извиниться перед тобой, - холодно оборвал ее картавый. Он мягко растекся по креслу и смотрел на нас с Гоброй. Выглядел шеф, как кот, который поймал пару мышей и сейчас собирается неплохо перекусить.
- Нет, я не про это, - поспешила оправдаться Катя.
- Отлично. Тогда мы неправильно друг друга поняли. Думаю, на этом тема закрыта. Работаем согласно старому плану.
Его черные глаза сфокусировались на Катиной фигуре, и она, как загипнотизированный кролик, поднялась с кресла, обхватив пакет с драгоценным свитером. Так жадно можно обнимать молодого любовника, но никак не старую тряпку, пускай даже очень качественную, купленную самой Людочкой в ГДР.
- Ну, мы пойдем, - прошептала Гобра, - у нас еще дел куча.
- Разве я вас держу? - усмехнулся шеф, и я повернулась в сторону двери, как вдруг услышала: - Хотя нет. Птаха, останьтесь. Вы опоздали на планерку. Или думали, что я не замечу?
Если честно, то именно так и думала. Проводив взглядом ускользнувшую из кабинета фигурку Гобры, я вжала голову в плечи и напряглась, ожидая очередной нагоняй. Было тихо. Досчитав до трех, я развернулась к столу шефа и с изумлением увидела, что он совсем не сердится. Наоборот, картавый расслабленно откинулся в кресле и смотрел на меня, будто соображал, сожрать сразу или поиграть перед ужином. Наши взгляды встретились, и В.Г. тотчас стал серьезным. Он отложил в сторону карандаш и произнес:
- Яна-Яна. Есть такая маленькая птичка Дронго, очень хитрая и ловкая. У нее нет больших крыльев и крепкого клюва, любой крупный хищник уничтожит ее за секунду, не говоря о том, что Дронго может умереть от голода. Но эти птицы нашли выход. Догадываешься какой?
- Не имею представления. - Я облизала пересохшие губы.
- Они устраиваются на работу к другим, более сильным животным, и служат некой сигнализацией. Увидев врага, начинают издавать предупреждающую трель. Как сирена. За это получают свое жалование и счастливо живут.
- Это прекрасная история, Виталий Геннадьевич, но не понимаю, куда вы клоните.
- Все ты понимаешь, маленькая птичка Дронго.
Он обогнул стол и остановился рядом со мной.
- Не хочешь мне ничего рассказать?
- Не хочу.
- Значит, будешь стоять на своем? План Б, говоришь?
- Именно так. - В голове гудело от напряжения и нарастающего ужаса. Он стоял слишком близко, так, что я слышала, нет, ощущала его горячее рваное дыхание. Сама же я не дышала вовсе и планировала в любую секунду картинно рухнуть в обморок.
Я представила, как шеф поволочет мое полудохлое тело к выходу и какой фурор это зрелище произведет в курилке. Брикс на неделю заменит местным сплетницам все новостные каналы, смакуя детали нашего романа. Надо подкинуть бабуле новую тему для спора, а выигрыш разделить напополам, у меня как-никак ипотека. Трудно было сдержать улыбку, когда я вспомнила комичное круглое лицо кадровички с неизменной сигаретой в зубах.
- Вас что-то насмешило, Яна, - тотчас отозвался Игнатов. Он внимательно, даже оценивающе, разглядывал меня, будто пытался просчитать, что я сделаю дальше. Наивный картавый дядя. Природная дурость была гарантом моей непредсказуемости.
Я покачала головой.
- Отлично, тогда можете идти работать. Только возьмите со стеллажа папки.
- Что? – непонимающе переспросила я. - Зачем?
- Не зачем, а для кого. Берите.
В книжном шкафу, именуемом красивым немецким словом «стеллаж», стояла целая кипа разномастных объемных папок.
- Какие из них брать?
- Не имеет значения. Просто побольше, - раздалось прямо у меня за спиной, отчего по коже побежали мурашки. Голос у Игнатова был глубоким и бархатным, а такая близость и вовсе сносила голову. На секунду показалось, что я выпила шампанское, иначе я не могла себе объяснить легкомысленное бурление в крови и чувство надвигающегося счастья.