Раненое сердце (СИ)

- А то ты не рад? – усмехнулся Энди.
- Это как минимум пять омег, – тяжело вздохнул альфа, – пять вздорных, упрямых, эгоистичных интриганов. У меня двое младших братьев-омег, и с ними было невозможно ни договориться, ни умаслить. У меня дома свои дела есть, а тут будет пять… прыщиков. И кроме секса, им нужно внимание, подарки, свободное время, чтобы они не чувствовали себя брошенными и несчастными. И, главное, отказаться нельзя, все сразу переживать начнут: а здоров ли наследничек? Хочется порой таким любопытным по голове настучать, чтобы не лезли, но нельзя. Закон один для всех. Наследник должен стараться обеспечить рождение собственного наследника. Чтобы род не прервался…
- Бедный альфа, – прошамкал Энди, – трахаться заставляют бедняжечку.
- Ну, свое горе, оно, конечно, самое горькое, – Ран смотрел, как омега чавкает, – чужая беда легче перышка, а вот своя, как гиря на сердце…
- Я готов! – Том спустился со второго этажа в новой одежде, – все равно я слишком переживаю и уснуть не смогу. Так что, я готов ехать.
- Я тебя голодным из дома не выпущу! – рыкнул альфа, – а ну, быстро кофе выпей! И меда пару ложек, и леденцов в карман. Вдруг почувствуешь, что плохо, сразу звони! Праздник – это хорошо, но ты такой худенький и маленький, как бы тебя не затоптали в толпе!
- Альфа! – закатил глаза Энди, – и как мы дожили до своих лет без этой опеки?
- Ран! Ну что ты такое говоришь? – возмутился Том, – я же не на улице буду, а в храме. Там праздник, а ты ужасы придумываешь! Все будет хорошо! Я же взрослый…
 Комментарий к О вере и здравом смысле спасибо, что терпеливо ждали и не пинали за задержку главы
====== Об оленях, козлах и баранах ======
 Ран высматривал Тома среди толпы празднично одетых людей. Кто-то выходил, кто-то только приезжал и вливался в радостную толпу, с Раном здоровались незнакомые люди, поздравляли с праздником. Альфа понимал, что его все принимали за «своего», и чтобы не смущать людей, улыбался всем в ответ, кивая головой. У людей праздник, вот и радуются.
- Попался! – на альфу со спины напали, а потом обняли тоненькие руки в знакомой курточке.
- Куртку надо купить новую, – Ран накрыл сверху омежьи руки, – этой куртки тебе до конца зимы не хватит.
- Хватит! – Том скользнул вперед и возмущенно поддернул коротковатые рукава, – всего месяц остался. Смотри, здесь манжетка длинная. И вообще, я не виноват, это все твои витамины. Там случайно дрожжей нет? А то я расту, как опара!
- Там нет дрожжей ни специально, ни нечаянно, там только комплекс витаминов и микроэлементов пролонгированного действия. Так, чтобы рассасывались постепенно, а второй укол – это иммуномодулятор разработки Сабаха на основе шур-шура. Долго объяснять, но он возрождает иммунитет и помогает организму окрепнуть. А ты растешь потому, что организм стал нормально питаться и отдыхать, вот он и растет, чтобы догнать генетически заложенные показатели.
- Откуда ты знаешь? – удивился омега, – ты ведь не видел моих родителей, может, они были маленькими и худенькими заморышами, как я?
Ран таинственно улыбнулся и потащил слабо упирающегося омегу в машину. Том вначале хотел познакомить Рана с братом Василием, а потом решил не торопиться, у клирика на праздник много дел и не стоило его дергать по пустякам. Альфа как раз вызвал с парковки машину, в которой Тома на сидении дожидался пакет с термокружкой чая и свежая булочка.
- Сегодня день подарков, – Ран вырулил на транспортную магистраль и с удовольствием смотрел, как омежка запихивает в себя булочку, – я видел под елкой пакет со своим именем. Олаф сказал, что это ты его туда положил.
- А не надо было? – испугался Том, – Олаф и Таэль просто туда напихали своих подарков, вот я и решил…
- Нет, мне даже приятно, – Ран мягко улыбнулся, – я не открывал его без тебя. И, кстати сказать, я тебе тоже приготовил подарок. Надеюсь, он тебя порадует.
 Том пил потихонечку горячий чай и прикидывал, что такого мог подарить Ран, ведь у него все есть. Когда они приехали к кампусу, Ран предупредил, чтобы Том ничему не удивлялся в домике. Омега заинтригованно прищурился и повел ушками – еще один сюрприз? Но реальность оказалась намного неожиданней. У входа в домик они столкнулись с Таэлем, который забирал посылку у почтового дрона.
 
- Привет, Том, – Таэль подхватил тяжелую коробку, – не удивляйся, но я первый раз встречаю Рождество без семьи и, похоже, они все решили, что я с голоду погибну в такой праздник.
 Том зашел в дом и оглянулся, коробки доставки стояли на всех горизонтальных поверхностях. На столешнице кухни, обеденном столе, подоконнике, журнальном столике у визора и даже несколько на диванах. Стоило Рану закрыть входную дверь, как она открылась и вошли Намир с Энди. Энди сверкал золотым браслетом и серьгами, а Намир здоровенным засосом на шее. Том сразу включился в наведение порядка. Практически в каждой коробке стояли тарелки с каким-то праздничным блюдом, завернутые в фольгу. Коробки с домашним печеньем, шарлотками и душистыми имбирными пряниками. Энди помог вначале убрать все со стола, а потом разворачивать фольгу с тарелок и выставлять все на стол. По всей видимости, родня Таэля не договаривалась заранее друг с другом, потому что вскоре на столе оказалось три фаршированные утки и четыре индюшки, различные по размеру и начинке, но, тем не менее, одинаково прожаренные. Вскоре весь стол был заставлен тарелками с запеченными овощами и салатами. Коробки с печеньем, выпечку и сладости оставляли на подоконнике, ставя стопками одно на другое.
- Ну, никто не говорит, что все это надо съесть за сегодня, – Энди с сомнением осмотрел гору еды, – и потом, может гости припрутся и помогут очистить тарелки. Хотя посуды у вас явно прибавится. А что, Таэль, у тебя так много родни?
- Да, – Таэль метнулся к двери и принес очередную коробку, на счастье, там были вещи и конфеты, – у всех наших много детей и поэтому родни так много, что мы на большие праздники устанавливаем шатер на улице, чтобы всем места хватило. А я был единственным и поздним ребенком у родителей, поэтому у многих моих кузенов есть не только дети (минимум по пять у каждого), но и внуки. Я с детства был всеобщим любимцем и баловнем. С двумя внучатыми кузенами я учился в одном классе, а директором школы был старший брат папочки, а классным руководителем кузен отца. Мои внучатые кузены были альфами и крупнее меня на целую голову, им нравилось называть меня дядюшкой и беречь, как хрустальную вазу.
- И как они тебя одного в институт отпустили? – прищурился Энди.
- Когда я заявил, что буду учиться здесь и, более того, жить в студенческом кампусе, родня собралась на семейный совет, на котором они решили, что это запоздалый подростковый бунт. Но после долгих споров договорились уважать мое решение и пообещали не устраивать демонстрацию взволнованной родни в кампусе и даже не разбивать палаточный городок для охранников и сопровождающих, и вообще, пообещали не мелькать в институте и не тиранить куратора группы.
- Даже не знаю, пожалеть тебя или позавидовать, – Том разобрал последнюю коробку, освободив ее от печенья и салатов, – наверное, все же позавидовать, хорошо иметь родных людей, которым не все равно, что с тобой происходит. Сытый ты или голодный, обижают тебя или нет, и вообще, когда есть хоть кого обнять…
- Иди сюда, я тебя обниму, – Энди распахнул руки для объятий, – только не хнычь, как тогда под кроватью. – Том обнял друга, тот похлопал его по спине, – пока я с тобой, никто тебя не обидит. А если и обидит, так в ухо получит… А чем это тебя Ран кормит, что ты вдруг стал с меня ростом? – Энди с удивлением смотрел в глаза, которые были на его уровне, – мало того, что жопку наел, так еще и вымахал. Завязывай расти, а то будешь дылдой!
- Я не специально! – разозлился омежка, – это все витамины. Хочешь, тебе проколю курс, и ты вырастешь, как модель для подиума.
- Не, спасибо, – Энди взлохматил друга, – хочу быть милашкой, которого удобно носить на руках!