Раненое сердце (СИ)

- Отец! – Альби подхватил подол абая, чтобы случайно не наступить, и побежал по двору, – отец!
 Маджид, похоже, растерялся, услышав такое обращение, но все равно развернулся и, заметив бегущего к нему босоногого омегу, стремительно сделал широкий шаг вперед и подхватил округлую добычу на руки.
- Дитя! Что случилось? – Маджид, сведя брови, грозно осмотрел растерянных от такого события альф во дворе и рыкнул, – кто посмел тебя испугать? От кого ты бежишь?
- Никто. Простите меня, глупого, – Альби поправил край шейлы, – я бегу не от кого, а к кому. Я испугался, что вы сейчас уйдете и я опять вас не увижу, отец.
 Заки метнулся к омеге, поправил задравшийся подол, осторожно отряхнул омежьи ступни и нацепил на них шлепки.
- Альби! – от входа мечети тоже босиком по мощеному двору бежал Тигран и, остановившись возле Маджида, перехватил ношу, – что случилось? Ты себя хорошо чувствуешь?
- Прости, – Альби схватил мужа за шею и на мгновенье прижался к нему, – прости. Не волнуйся, у меня все хорошо. Я просто увидел отца и испугался, что он сейчас уйдет и я опять его не увижу! А я так давно его не видел.
- Ты хотел меня видеть? – удивился Маджид, – тебе что-то от меня надо?
- Хотел узнать, как вы? – Альби подождал, пока муж поставил его на землю и придержал за талию, опасаясь отпускать. – Ран, у меня действительно все хорошо, не переживай. Прости, что испугал…
 Заки принес сапоги наследнику и придержал за голенища, помогая обуться. Вскоре все трое стояли во дворе под прицелом множества глаз. А Альби тем временем рассматривал эмира. Если Ран был похудевшим со всеми этими передрягами, то Маджид выглядел изможденным. Ушел лоск, глаза ввалились, а нос, похоже, заострился, как клюв у орла. Но взгляд по-прежнему был ясным и настороженно-насмешливым, как во время первой ночевки в пустыне.
- Вы на меня не сердитесь, что я без спроса забрал с собой Фатима? – Альби заметил, как эмир растерянно дернул головой. Похоже, он был не в курсе, и поэтому решил объясниться. – Айдан-эфенди, наш уважаемый селафь, подружился с Фатимом и спросил у меня, как у супруга, не буду ли я против, если он составит нам компанию во время поездки на омежий день в Аквапарк.
- А какое ты имеешь отношение к гарему эмира Маджида? – ревниво спросил Ран.
- О-о, – Альби погладил мужа по плечу и стал объяснять, – понимаешь, Ран, я попал в вилку законов. По закону, если в гареме есть супруг, то все наложники обязаны ему подчиняться. Как бы подразумевается, что супруг – это оми наследника, а «остальные наложники» – это наложники не эмира, а наследника, до тех пор, пока у него самого не появится супруг. А после этого супруги управляют каждый «своими» наложниками, но сейчас получилось, что я – единственный супруг в гареме, и поэтому все наложники априори должны подчиняться мне. Вне зависимости от того, чьи они по факту. А Фатим, по его словам, не является наложником эмира Маджида и живет в его гареме, как гость, поэтому я решил, что не будет большой беды, если его гость поедет со мной и Айданом-эфенди на омежий день в Аквапарк. Тем более, что он вернется вместе со мной обратно домой. Отец, что вы скажете по этому поводу?
- Я скажу, что буду рад, – Маджид прикусывал губы, чтобы не рассмеяться, глядя в распахнутые глазища, которые смотрели на него с серьезностью любопытного олененка, – и моему гарему, и эмирату пойдет на пользу любая твоя помощь. Со времени смерти моего оми в гареме не было руководящей руки, и я буду только рад, если ты возьмешь на себя заботу обо всех омегах и биби в питомнике. Тем более, что в питомнике уже пошли перемены в лучшую сторону. Слуги мне уже докладывали и о новых вещах в питомнике, и о новых игрушках. И теперь мне впору спросить – чем я могу тебе помочь?
- М-м, – Альби виновато потупился, а потом поднял доверчивый взгляд на эмира, – вы не могли бы подтвердить мои полномочия в гареме, когда мы вернемся домой?
- С удовольствием, – эмир Маджид приложил руку к сердцу и коротко поклонился, – ты –настоящий супруг, опора и отрада своего мужа, и каждый альфа мечтает о таком подарке Аллаха. Жаль, что не каждому суждено обрести такое счастье в жизни.
 
 Альби подхватил абая по бокам и присел в глубоком поклоне. Полы абая разошлись, открывая синие цветы на подоле. Эмир заметил и цветы, как символичное признание, и синие камни знакомого браслета на тонком запястье, и в большом волнении заморгал глазами, почувствовав, как к ним подступили слезы. Ран, почувствовав неудобную паузу, сразу вклинился в разговор и напомнил Маджиду, что его будут ждать вечером на «вечер хны», который альфы собираются проводить в казарме. Сами свадебные застолья альфы решили провести после отъезда гостей, но маленький сабантуйчик будет совсем не лишним и позволит встряхнуться перед тяжелой неделей. Маджид сказал, что обязательно придет на вечеринку, тем более, что Джабаль обещал станцевать с двумя саблями в честь рождения своего наследника. А такое зрелище пропускать не стоит. Так за разговором Ран развернул супруга и отвел его к мечети. Там стояли большие многоместные гольф-кары и в них уже рассаживались пассажиры. Альби с удивлением увидел, что за рулем сидит Алан, и забрался на переднее место рядом с ним.
- Разреши побыть твоим водителем сегодня, птенчик, – улыбнулся Алан, – мне передали, что ты хотел меня видеть, но у тебя дела, у меня хлопоты, когда еще мы поболтаем, как не во время неспешной прогулки в Аквапарке?
- Спасибо тебе, Алан…
 Альби пристегнул ремень безопасности, расправив его поперек животика, и махнул рукой Рану, прежде чем маленький караван из четырех гольфкаров двинулся в путь по внутренним дорожкам дворца. Альфы (не те, которые женихи) сопровождали омег, вышагивая по бокам гольфкаров. Слуги сидели на свободных местах и в последнем гольфкаре, и нервно крутили головами. Заки стоял на подножке, вцепившись в поручень рядом с Альби, и внимательно слушал, о чем разговаривали эти двое.
- Альби, а как ты относишься ко взяткам? – Алан покосился на омегу возле себя.
- Алан, если ты надеешься получить от меня взятку, то хочу тебе напомнить, что я беднее церковной мыши, поскольку у той хотя бы груз кредитов над душой не висит, и я в качестве взятки могу тебе разве что только в ладошку плюнуть, но! – Альби поднял вверх палец, – от всего чистого сердца! Все, что могу!
- Заманчивая перспектива, – рассмеялся Алан, – нет, я говорю, как ты отнесешься, когда узнаешь, что я хочу вручить взятку тебе, Тиграну и эмиру Маджиду заодно.
- Ну, что я могу сказать, – Альби пожал плечами, – это, конечно, волнительно. Я никогда не получал взяток. Про Рана и Маджида это, конечно, понятно, но если ты думаешь, что я после взятки начну уговаривать Рана, чтобы он не отказывал тебе в каких-то там начинаниях. Ну, не знаю точно, он говорил что-то о кредите и пае в новом городе, и я могу тебе сказать честно, не стоит давать мне взятку. Я в любом случае не буду подталкивать мужа ни в какую сторону, и, кроме этого, он и сам понимает, что стоит принять любую возможную помощь в нашем деле. Тем более, что ты для нас не посторонний. Для Ясмина ты все равно что брат, а значит, для Тиграна ты вроде как дядя. А какие счеты внутри семьи? Тебе, Алан, и так все верят, и без взятки…
- Спасибо, птенчик, – Алан улыбнулся своим мыслям, – хм, получается я неправильно сформулировал. Как ты отнесешься к дорогому подарку не от меня, а от фирмы? Я, знаете ли, с некоторых пор соучредитель фирмы Стилл и наш сабахский филиал расширяет ассортимент продукции для этой планеты. Наша фирма теперь делает адаптированные шаттлы для Сабаха, и, как эксклюзивные модели, шаттлы для омег. У Айдана есть шаттл, и теперь я хочу, чтобы и у тебя появился свой шаттл. Как тебе идея?
- И этот подарок ты приурочишь к ювелирной выставке? – Альби поднял бровь, – умно! Поставишь омежий шаттл возле второго силового купола и пусть местные эмиры лопнут от зависти? И, конечно, ты захочешь провести пару экскурсий для особо любопытных?
- А ты позволишь? – Алан зеркально выгнул бровь и понимающе усмехнулся.