Раненое сердце (СИ)

 Во дворе гарема стояли коробки, вокруг них кружили, как стайка акул, наложники. Им было интересно, но они уже, похоже, начинали понимать, что с Альби стоит начать считаться. В любом случае статус, чьи именно эти коробки, был неясен. Альби сразу начал командовать, что один визор ему в гостиную, второй в гостиную омег Маджида. Точно так же он поделил и светильники, бра и торшеры. А вот люстр с хрустальными подвесками оказалось почему-то три…
- М-м, – задумался Альби, – а третью люстру в гостиную, где я встречался с женщинами! Пусть там тоже будет красиво. Листик, в первую очередь подключишь визоры к свежим солнечным батареям, а со светильниками надо будет подождать. Вначале сделаешь свет в питомнике, чтобы у детей были ночники и свет по вечерам, а уже потом вернешься в гарем.
 Заки попытался мяукнуть про обед, но грозный супруг, раздав команды и убедившись, что в четвертой спальне вымыты полы и шкафы и сейчас развешивают на окнах веселенькие шторки, отправился дальше. Пройдя двор гарема насквозь, он углубился в лабиринт. Там ему стали попадаться беты с ящиками и альфы, которые присматривали, чтобы каждый ящик оказывался, где положено, а не припрятан в лабиринте. Хорошо, что он до сих пор был в уличной одежде. На полпути ему встретился Ради, который командовал слугам, тащившим деревянный остов кровати и матрас с подушками и подушечками. Заки сразу напомнил, что надо позаботиться о дополнительных пледах, матрасах и подушках для гостей. Не важно, что они сегодня будут спать все вместе в одной комнате, но они гости и им надо сделать максимальные удобства. В комнатах питомника тоже занимались уборкой и подготовкой к встрече детей. Альби сразу предупредил об игрушках и прочих подарках из другого эмирата и предложил организовать игровую комнату. Он попытался рассказать, как тяжело иные дети переносят перемены в своей жизни, но его мягко остановил бета в желтой жилетке, как раз под цвет соломенно-желтой шевелюры.
- Я кризисный психолог, – бета улыбнулся, как маленькое солнышко, – я приехал на Сабах вместе с другими волонтерами, когда эмират ад Мин только начинал строиться. Мы помогали Салаху и Ясмину с переселенцами, которые бросились в новый эмират в надежде на сытую жизнь для себя и счастье для своих детей. А потом я остался здесь, потому что был очарован Сабахом. Семья у меня как-то не сложилась, и я давно уже работаю в питомнике с сиротами. Когда Айдан нашел меня и предложил отправиться с тобой на новое место, я с радостью отправился в новый эмират и не прогадал. Здесь моя помощь нужнее, чем в стабильном эмирате, тем более, что там хватает и своих специалистов.
- О! – растерялся Альби, а потом схватил бету за рукав, – я хотел бы уточнить один вопрос. А как было организовано жилье переселенцев во время стройки? Она ведь не один год длилась…
- Хм, – задумался бета, а потом усмехнулся, – значит, правду люди говорят, и вы будете строиться на новом месте… ну что ж, в добрый час… оно, наверное, и правильно… Легче построить новое, чем ковыряться в старье. А что касается временного жилья, то возле эмирата ад Мин в песках закопано четыре ангара с разборными рамами для временного жилья. Такие дома разворачиваются в случаях форс-мажора или используют колонисты в начале освоения планет. Я думаю, родители Тиграна припрятали их именно для такого случая. Обратись к Ясмину, у него к этим домам будет пошаговая инструкция, что делать при массовом скоплении людей или переселении их на новое место. Там же будет про организацию туалетов, столовых для питания, поставки воды и модулей скорой помощи. Там, где много народу, возможны массовые эпидемии и истерики. Потребуются и альфы для охраны, и имамы, чтобы держать людей под контролем.
- Я видел, как разворачивался такой временный город, когда был с волонтерами на разборе руин при землетрясении, – закивал головой Альби,- только там дома были деревянные.
- Здесь дерево дорого и занимает много места, – замахал головой бета, – если бы это было дерево, то его бы уже давно растащили, и никакие альфы за этим бы не усмотрели. Здесь будет пластик, рамы и ткань вроде брезента, но более прочная. В таких домах-палатках можно спокойно пересидеть пылевую бурю с молниями и градом камней. Они не горят и не рвутся. Все сделано с большим запасом прочности, для колонистов, так что можно не бояться поджогов и ставить внутри печи для приготовления еды и обогрева по ночам.
 
- Спасибо! – Альби расцвел в улыбке, – и за совет, и за помощь!
- Рад помочь, – бета похлопал Альби по руке, – занимайся своими делами и не переживай о детях. С ними все будет хорошо, здесь много хороших людей, а если я увижу непорядок, то обращусь к альфам. Я знаю, что можно просить, а у кого требовать помощи. Я на Сабахе прожил долгую жизнь и сталкивался с разным. Иди и не оглядывайся на нас, мы тут сами справимся.
 Альби еще немного походил по пустым комнатам питомника, но там слуги намывали полы и тащили со склада детские кровати и маленькие матрасы, которые только что выбивали палками на улице. Всюду шла активная подготовка к встрече малышей, и омежка наконец успокоился. Он сделал, что мог, теперь дело за воспитателями. Оставалось только дождаться и биби, и новых омег. Он добрел до дверей гарема. Слуги в коридорах теперь таскали мешки с чем-то тяжелым, и несколько альф, сняв оружие, подставили спины под тяжкий груз продуктов. Заки отслеживал, чтобы никто случайно не столкнулся с омегой, и они без приключений дошли до дверей, покрытых замысловатой резьбой. В гареме Листик уже установил визор в его гостиной и подключил к новой солнечной батарее, которую, недолго думая, прикрепил к перилам галереи второго этажа. И теперь точно так же крепил при помощи пластиковых стяжек вторую батарею на балконе напротив. В гостиной возле Хануна и Махира обнаружился Фатим, который пояснял молодым премудрости управления техникой.
- У нас был такой же четверть века назад, – пояснил Фатим, – ну, не конкретно такой, но очень похожий. Он поработал какое-то время, а потом вдруг стал показывать все в зеленом цвете, а когда мы привыкли к зеленым актерам, он стал показывать все, как обычно, но только мы обрадовались, как он мигнул и выключился навсегда.
 В гареме, напротив, был форменный ажиотаж, там бегали слуги, носили подносы со сладостями, а омеги наряжались, как будто на праздник.
- Наши ждут гостей, – кивнул головой Фатим, – будут хвастаться, как у них все прекрасно… – омега передернул плечами и тяжело вздохнул, – они не понимают, что новенькие все равно этого не заметят… я помню, какое это чувство, когда твой альфа умирает и землю выдергивают из-под твоих ног. И если первого альфу я легко отпустил в душе, то к отцу Маджида, моему господину Исмету, я был привязан самой романтичной любовью. Наверное, именно поэтому я пережил смерть первого альфы. Мне в то время нравился его сын, который был намного моложе и горяч, как костер в ночи. Когда и его не стало, я провел всю ночь на крыше гарема. Лежал и думал, как это жить одному. Мой слуга сидел рядом и плакал всю ночь, он был уверен, что я умру, но я пережил горе, и его, когда он умер от старости, тоже.
 Альби замер, пытаясь представить, каково это – потерять любимого человека, но потом одернул себя, не следует примерять чужое горе… ему и так есть, о чем переживать… Ханун как раз поставил диск с фильмом и по комнате полились звуки заставки. Он погонял звук тише-громче и подобрал, по его мнению, наиболее оптимальный. Альби попытался отмахнуться от Ради с подносом еды, но тут на него уже насел Заки, и пришлось сесть в уголке и начать жевать. За это время можно было попробовать разобрать свои каракули в блокноте и отделить нужные вещи от нужных вопросов.
- Я могу помочь? – рядом замер Махир, – ты сегодня с утра бегаешь и даже обед пропустил. Я хотел бы тебе помочь в делах.
- Ты грамотный? – Альби подхватил с подноса маленький слоеный пирожок.
- Да, – с гордостью заявил омега, – нас учили и читать, и писать, и, кроме этого, я занимался каллиграфией и учителя меня хвалили.