Раненое сердце (СИ)

- Они, скорее всего, без привязки погибнут, – Ран недовольно дернул головой и размял шею, как перед дракой, – ни раздать, ни отдать… так все не вовремя…
- Разберемся… привези их сюда, а дальше моя забота…
- Я не хочу, чтобы ты расстраивался… – Ран прижал руку к лицу супруга, заглядывая ему в глаза.
- Разве мангуст будет плакать над змеями? – Альби потерся о теплую ладонь щекой, ласкаясь, как котенок, – привези и гарем, и питомник, и можешь выбросить эту проблему из головы. Я о них позабочусь.
 Над головами прогрохотал грузовой шаттл, заходящий на посадку. Все люди подняли головы, не понимая, что происходит.
- Продукты прибыли, – Альби отстранился от мужа, – пойду, пну кастеляна, чтобы он в этой суматохе организовал людей для разгрузки. Он задействует и свои склады, и кухонные. Не хочу раздавать продукты без команды эмира и разговора с имамами. Люди должны понимать, что все это не бесплатно, а в долг. Мы взяли на себя обязательство за их благополучие, но и им придется постараться. Только теперь не знаю, как скажешь – разгружать здесь все или только половину, а вторую половину отправить в тот эмират?
- Вначале я приму его под свою руку, разберусь с делами, надеюсь ОТЕЦ, – Тигран голосом выделил это слово, заметив что к их разговору внимательно прислушиваются – вернется скоро и поможет с делами. – Ран обвел взглядом притихших людей и сказал достаточно громко: – Я приму под свою руку эмират Зияддина, но я все равно остаюсь сыном Маджида и останусь Тиграном ад Сафи. Старую вражду между двумя эмиратами надо завершить. Перед лицом смерти отважного воина надо простить друг другу былые обиды и думать о благополучии людей и общем будущем.
- На одну голову две чалмы не наденешь… – раздалось в толпе альф.
- Это уже не ваша печаль, – развернул плечи Тигран и попытался взглядом среди склоненных голов найти того, кто подал голос, – я исполню последнюю волю эмира Зияддина и позабочусь об эмирате ад Сам. Но я не откажусь от ранее взятых обязательств перед отцом. Мое слово – не пустой орех*, или кто-то считает иначе?
 Тигран, казалось, даже стал выше от злости. Он сверкал глазами и раздувал ноздри. Все во дворе испуганно притихли и словно перестали дышать. Альби тоже смиренно опустил голову и сцепил пальцы на животе, показательно ожидая распоряжений альфы. И тот не заставил его долго ждать. – Альби, отправляйся к себе, пусть на твоей половине приготовят комнаты для гостей и позаботься, чтобы в питомнике все было готово для встречи биби.
- Да, господин, – Альби присел, взмахнув юбками, – можно идти?
 Ран прихватил его за плечо и, притянув ближе, поцеловал в лоб, после этого грозно буркнул, чтобы он отправлялся. Хорошо, что на лице Альби была полувуаль и никто не заметил улыбки на его губах. По связи пронеслась волна нежности. Альби поискал глазами Айдана, он, если честно, был слегка дезориентирован, в какую сторону идти. Альфы все так же стояли кругом, ожидая продолжения, и Айдан был единственным ориентиром, откуда он пришел. Альфы расступились перед омегой, позволяя пройти. Альби думал, что Айдан пойдет вместе с ним, но тот перехватил его за руку и жестом попросил подождать немного. Наследник тем временем отдавал следующие распоряжения. Надо было позаботиться о трупе эмира, и Тигран назвал несколько имен альф. Пятеро альф подошли к телу с одной стороны и, отстегнув свои клинки, просунули их с ножнами под тело. С другой стороны подошло пятеро альф в серо-черной одежде и, отстегнув свои клинки, просунули их навстречу. После этого альфы схватились за ножны противостоящих альф и подняли тело эмира, понеся на выход. Его надо было похоронить до заката.
- Эмир Зияддин прилетел на шаттле? – уточнил Ран и, получив утвердительный ответ, приободрился, – хорошо, тогда мы вернемся в эмират ад Сам на нем. Заодно я свяжусь через пилотов с кораблем отца, пусть его предупредят о том, что произошло. Он, скорее всего, захочет проститься с другом и, возможно Джабаль ад Шур решит присоединиться к церемонии. Пусть сразу отправятся туда. Айдан-эфенди, – Ран посмотрел на селафь, – разрешите воспользоваться вашим шаттлом, чтобы привезти сюда омег из гарема и биби из питомника.
 
- Конечно, – Айдан милостиво кивнул головой, – я сам хотел бы отправиться в эмират ад Сам, чтобы помочь организовать переезд омег и питомника. Они сейчас будут в ужасе от произошедшего, и им потребуется поддержка и твердая рука помощи.
- Я буду вам благодарен за помощь, а они за участие, – церемонно поклонился наследник.
- Я сейчас же надену абая и шейлу и отправлюсь к шаттлу. Он стартует сразу за вашим, Тигран ад Сафи.
 Ран и Айдан еще раз церемонно раскланялись, и селафь жестом показал Альби, что готов идти за ним. Они дошли до дверей гарема в полной тишине, думая каждый о своем. Да и сам дворец, казалось, замер и прислушивался, чтобы не пропустить чего-либо важного. Стоило переступить порог, как к ним в страшном волнении бросились наложники. Похоже, они что-то слышали о Зияддине и вызове, но при этом были уверены, что Альби был в питомнике и ничего не знает. Они кричали, перебивая друг друга, и выглядели как-то слабовменяемыми. Альби спустил полувуаль и растерянно крутил головой, пытаясь понять, как остановить коллективную истерику. Но к порядку всех призвал Айдан, просто хлопнув несколько раз в ладоши и привлекая к себе внимание.
- Тихо все! Мы знаем, что произошло. Эмир Зияддин действительно прибыл сюда и вызвал Тиграна на дуэль до смерти, и более того, дуэль уже состоялась… – Айдан сделал долгую паузу, позволяя всем зрителям напридумывать себе в голове всяких ужасов, а потом с коварной улыбкой продолжил, – а теперь мой любимый правнук отбывает в эмират ад Сам, чтобы принять его по праву меча…
- Предатель! – зашипел Шамси, – бросил нас! Маджид его сыном назвал, а он по…
 Неизвестно, что еще хотел сказать омега, но ему щеку обожгла увесистая пощечина. Это было громко и неожиданно. Альби сам от себя такого не ожидал, впрочем, как и Шамси, и двое омег замерли, как два кота друг напротив друга, готовые броситься в драку.
- Не смей обвинять моего мужа в подобных гадостях! – Альби аж трясло от злости, – он человек слова и чести!
- Ты, кажется, забыл, кем является мой сын, – Шамси схватился за красную щеку, – он может…
- Он может только ставить палки в колеса всем начинаниям моего мужа, – Альби сложил руки на груди, пытаясь выглядеть солидней, – это он забыл, а вернее, он не хочет понимать, что он всего лишь бета, а мой муж – наследник и сын эмира. В любом эмирате толковый наследник становится визирем и помощником отца, и если твой сын не возьмётся за ум и не докажет свою полезность, то вылетит из Дивана, роняя шлепки!
- Ты забываешься! – зашипел Шамси.
- Ты заигрался, Шамси, – Айдан вышел вперед, встав между Альби и омегой, Шамси пришлось сделать пару шагов назад, чтобы не уткнуться в Айдана носом, – а еще забываешь, какие длинные в гареме тени.
- Ты мне угрожаешь? – не поверил Шамси и побледнел, – да кто ты такой?! Я в своем доме и в своем праве!
- Я – селафь наследника! – довольно усмехнулся Айдан, – и вы лишь дети передо мной! А что касается прав… ты, кажется, забыл, что Альби – супруг, а вы просто наложники. А что говорит устав о подчинении в гареме?
- Все наложники подчиняются супругу! – обрадовался как ребенок Фатим, – его слово – закон для гарема! Над ним только эмир и Аллах! Слово супруга – это воля эмира! Неподчинение супругу приравнивается к неподчинению эмиру и наказывается плетьми! Супруг имеет право наказать любого наложника так, как посчитает нужным, за любой поступок, который сочтет неправильным или подрывающим устои гарема! Склонитесь все перед супругом, потому что он – опора эмира и через него эмир правит в гареме!
 Фатим махнул юбками и склонился в поклоне перед Альби. Следом за ним склонились и другие наложники. Последним был Шамси, который так и держался за щеку и хлопал глазами, пытаясь переварить услышанное.
- Э-э, – растерялся Альби, но заглянув в довольные глаза Айдана, взял себя в руки и похмыкал, – хм-хм… хорошо, что мы разобрались с этим вопросом. А теперь, когда все успокоились, я могу пояснить, что дуэль закончилась победой Тиграна и он полетит в эмират ад Сам отвезти для погребения тело эмира Зияддина и принять под свою руку эмират. Поскольку это была последняя воля эмира. Он привезет сюда наложников и биби, а потом вернется обратно, чтобы разобраться с делами. Я уверен, что отец не оставит сына в такой момент и поможет и с альфами, и с общиной. Если бы Зияддин перед смертью не просил Тиграна позаботиться о его людях, то эмират можно было бы передать Совету преданности, чтобы он назначил туда… ну, не знаю… другого эмира или визиря. Но теперь Тигран должен выполнить последнюю волю эмира.