Просто бывшие (СИ)
Порывисто обнимаю Иру, с другой стороны прижимается колючка Яна. Если бы я могла передать подруге хоть часть своих сил… Пусть просто знает, что мы рядом.
— Конечно, я пойду с тобой, — обещаю совершенно искренне. На что еще нужны друзья, как не поддержать в самый трудный час.
Отправив Иру домой, оставшийся вечер проводим с сестрой за просмотром корейского сериала. Болтаем о разном, старательно не касаясь темы бывшего.
Укладываемся спать далеко за полночь. Боря уютно тарахтит под боком сестры, когда я резко вспоминаю:
— Что за куст ты мне принесла?
— Это Толик. — У Яны любовь давать странные имена не только животным. — Решила, что этому дому нужна мужская энергия.
Глажу между ушами еще один источник энергии, Боря тарахтит громче, потягиваясь. И пусть я была когда-то зла на сестру за то, что она принесла мне сиамскую кошку с чудаковатым именем Борис, сейчас я не представляю, как могла каждый вечер приходить в пустую квартиру.
— И как ухаживать за этим кривым уродцем? — сдаюсь без боя, надеясь внутренне, что растение не загнется от моих «ровных» рук через месяц.
Янка пихает меня локтем.
— Сама ты кривая! Анатолий — благородный фикус Гинсенг. Но для тупых я оставила инструкцию рядом с горшком.
Не знаю, по мне, так новоиспеченный житель напоминал корень мандрагоры из фильма про мальчика волшебника. Но, как говорится, дареному коню…
— Хорошо, пусть будет Толик.
— Юль, — Янка хитро поглядывает на меня, — а у Соболева оба глаза на месте?
— Конечно, — отвечаю без раздумий. — Ты это к чему?
— Да так… Значит, все-таки в жо…
— Яна! Спи давай!
Глава 8. Незваный гость
Юля
— Ну где же они? Где же… — Взглядом обшариваю полки в гардеробе.
Куда же делась моя коробка со счастливыми шпильками? Замечаю знакомый бренд не самой верхотуре и, наплевав на то, что в квартире есть аж четыре стула, смело ставлю ногу на первую полку.
— Какого фига я их так далеко убрала? — пыхчу, переставляя ногу выше.
С моим ростом я чувствую себя уверенно только на шпильках экстремальной длины. А сегодня мне, как никогда, нужно быть победителем!
Сона загремела в инфекционку, и тот самый совет директоров теперь моя головная боль. И я точно не хочу сегодня никого подвести и уж тем более показаться полной дурой. Квартальная отчетность готова, презентация трижды проверена и столько же раз переделана, а моя речь отскакивает от зубов. Дело за малым…
— Попалась, — ликующе урчу, ухватив край картона.
Но в момент моего триумфа полка начинает подозрительно скрипеть, а следом раздается громкий треск, и я с визгом лечу на пол.
Ногу царапает острой болью. Коробка с металлическим грохотом падает рядом.
Молодец, Юля, ты только что чудом не угробила себя шпильками. Премия Дарвина тебя заждалась.
— Черт! Да я просто победитель по жизни!
Порез на ступне быстро наполняется кровью. С досадой оглядываю дело рук своих.
Раскуроченная полка, весь шмот на полу, и я — героиня дня — в этом бедламе заливаю кровью белый турецкий ковер. Хаос за секунду ради коробки туфель!
Боря прибежала поглядеть, что я тут учудила. Конечно, не только же соседям в шесть утра двигать диваны и катать металлические шары по полу…
Погодите-ка… Металлические! Тянусь к коробке «удачливых» шпилек-убийц.
— Ах ты… маленькая мерзавка! — Внутри вместо моих самых счастливых туфель лежат жестяная коробка бельгийского печенья и записка.
«Ты сказала, что я могу их брать, когда мне надо. Мне ОЧЕНЬ было надо!»
Кое-как ковыляю до ванной в поисках перекиси, по пути прихватываю телефон и пишу гневное смс:
Джулл: «Ты сперла мои туфли!!!»
Не особо надеюсь на ответ в семь утра. Сестру обычно до обеда не добудишься.
Но телефон тренькает моментально.
Янка_Горячо: «Позаимствовала!»
Джулл: «А спросить?!»
Янка_Горячо: «Я до сих пор храню то видео с твоими пьяными признаниями в любви и клятвенным обещанием дать эти туфли по первой просьбе. Могу прислать. Нннада?»
Янка_Горячо: «У тебя все равно этой обуви столько, будто ты не женщина, а сороконожка!»
Бррр. Вздрагиваю, представив, что у меня не пара ног, а сорок. С детства терпеть не могу насекомых.
Янка_Горячо: «Не пыхти. Кушай печеньки. Я верну их в лучшем виде».
Ну вот как с ней спорить? На курьера уже нет времени.
Джулл: «Так сильно были нужны?»
Янка_Горячо: «Очень!»
Джулл: «Прощена. Но в следующий раз хоть обозначься, а не кради их из дома как ниндзя».
Янка_Горячо: «Спасибро, сис. Они реально счастливые! Я в них выбила себе выгодный заказ».
Залепив пластырем порез на ноге, возвращаюсь к полю битвы. Мда. Обломки вперемешку с вещами разбросаны по заляпанному кровью ковру. Оглядываю придирчиво свой гардероб.
Ну что ж, надену сегодня вторые по удачливости босоножки…
Я собираюсь поставить чайник с целью запить и заесть щедрое Янкино «спасибро», когда в квартире оживает домофон.
Первая сумасшедшая мысль — я залила соседей! Один раз у меня уже слетал фильтр для воды в кухне. Но на первый и на второй взгляд всё в порядке, домофон же настойчиво продолжает требовать внимания.
Вторая мысль заставляет внутренне напрячься. Коллекторы ведь прекрасно знают, где я живу. А вдруг они решили перейти от слов к делу? Мамочки!
Мурашки шагают вдоль позвоночника, стоит представить, что ко мне вломятся злые дядьки. А я тут совсем одна, не считать же кошку и кривой фикус в горшке группой поддержки?
8.1
Что могут сделать со мной эти неадекваты?
Я вдруг снова себя ощущаю девчонкой, которая забыла запереть дверь квартиры.
Страх горячей приливной волной накатывает, кожа моментально становится липкой и холодной от пота. Тогда у меня, обезумевшей от страха, хватило сил вырваться и сбежать в подъезд. А там звонить во все двери и кричать о помощи.
Пьяный сосед, ввалившийся не в свою квартиру, остался в прошлом. Как и та испуганная до истерики девочка. И сейчас раннее утро, а не ночь.
Входная дверь заперта на все обороты. На секунду отпускает. Но кто-то продолжает игнорировать все правила приличия, набирая номер моей квартиры вновь и вновь.
Давай, Юля, соберись! Ты в своем доме, в конце концов! Ты взрослая независимая женщина! У тебя кошка и самый красивый уродец в горшке. Никакие незваные гости тебе не страшны.
Трель домофона не прекращается, и я решаю поступить по-взрослому! Просто отключаю звук.
— Тшшш. Притворимся, что дома никого нет. Да, Борь? — Кошка согласно жмурит хитрые глазищи.
На кухне сердито вибрирует телефон, а мне уже хочется забиться в самую глубокую нишу в гардеробе. А лучше спрятаться на дно жестяной банки с печеньем. Раздражение вскипает пенной шапкой, вытесняя страх. Как же всё достало!
Осмелевшая за тремя замками хватаю смартфон и рявкаю:
— Если вы еще хоть раз позвоните мне, я пойду в полицию!
Но в ответ вместо угроз слышу короткий смешок, а потом голос моего бывшего мужа запускает внутри ядерную реакцию.
— И тебе доброго утра, Юль. Поклонники одолели?
— Ревнуешь? — ляпаю раньше, чем до меня доходит, кому и что я говорю.
Черт. Черт. Черт! Юля, как можно было так забыться? Стыд жгучей волной приливает к щекам. Надо же быть такой дурой.
И пока мой босс не решил, что я тут совсем сошла с ума, тараторю:
— В смысле, доброго утра, Мирослав Андреевич…
— Можно просто Мирослав, — перебивает этот невозможный мужчина, сбивая весь мой деловой тон. Я тихо чертыхаюсь, но гну свою линию:
— Мирослав, вы что-то хотели…
— Ты. — Прилетает тут же в ответ. Да он издевается надо мной!
— Уточнить по поводу сегодняшнего совещания? — заканчиваю свою мысль.
Это не первый мой совет директоров, но обычно мое присутствие ограничивалось короткими консультациями по проектам, которые я вела в одиночку.