Всё не так, как кажется (СИ)
- Давайте я вас отвезу, – у меня есть несколько свободных часов, которые я собирался провести с Мишей. Забавно, но кажется, что Лиза приехала помочь мне, а не Николь.
- Спасибо, неудобно вас лишний раз обременять.
- Вы не обременяете, мне всё равно нужно по делам заехать в больницу, – обманываю, но мне очень хочется облегчить её миссию.
Лиза соглашается, я везу их в больницу, а затем спустя немного времени – домой.
- Я замки на всякий случай поменял. Один экземпляр ключей сразу отдал хозяйке. Ещё два передайте, пожалуйста, Николь, – открываю дверь, заношу чемодан и Мишину сумку и кладу ключи на тумбочку.
- Когда это вы всё успели?
- Да что там успевать? Я всего лишь мастера нанял.
Разглядываю женщину – очень ухоженная, хорошо одетая. Встретил бы её в другой ситуации, решил, что эта дамочка – белоручка, которая живёт на всём готовом, спрятавшись за богатого папашу или удачного мужа. Такой страшновато доверить ребёнка. А она ещё и в положении!
- Лиза, вы уверены, что справитесь? Если нужна помощь, то обращайтесь, не стесняйтесь.
- Не волнуйтесь, я с Мишей с самого рождения. Из роддома забирала и потом помогала Нике, мы с ней давно дружим. Так что у нас с Мишаней уже проверенный временем тандем, – она подмигивает ребёнку, а он обнимает её и ластится.
- Боец, я надеюсь, ты будешь слушаться Лизу и помогать ей во всём? Ты же уже взрослый?
- Конечно, дядя Лёша. А ты ко мне будешь приходить?
Вопрос застаёт меня врасплох. По правде говоря, за несколько дней я привык к мальчику. И он явно тянется ко мне, ему нужно общение с мужчиной – какой бы заботливой ни была мать, она никогда не заменит ему отца. Какие у них со Стасом отношения, я не до конца понял. Но ведь я – всего лишь посторонний человек, в нужный момент протянувший руку помощи. Сомнительно, что наше общение продолжится в каком-то виде. Я свою миссию выполнил. И что мне ответить малышу?
- Я бы рад, но не могу тебе обещать. Это зависит от моей работы и от твоей мамы. Не всё в жизни получается так, как нам хочется.
- Я её упрошу! Если она разрешит, ты придёшь? – он смотрит на меня с такой надеждой, что отказать напрямую мне не хватает мужества. Остаётся надеяться, что он быстро забудет меня.
- Мне скоро нужно возвращаться на военную службу, но если мама разрешит, то постараюсь.
- Я буду тебя очень ждать!
Внутренне вздыхаю. Сложно смоделировать ситуацию, при которой я смогу к нему прийти.
Николь выписывают в день, когда я дежурю. Напоследок она настойчиво пытается всунуть мне деньги и очень огорчается, что я отказываюсь. Напоминаю ей о необходимости соблюдать диету и общие правила для послеоперационных больных, беру с неё обещание, что она больше не будет рисковать собой, и прощаюсь. Хочется добавить, что я готов помочь ей с Мишей, если снова возникнет такая необходимость, но я давлю в себе это желание.
Забирать Николь из больницы приезжает Лиза. Миши нет – вероятно, он в детском саду.
Из окна ординаторской наблюдаю, как они вдвоём выходят из здания больницы и идут в сторону парковки. Им навстречу по дорожке идёт мужчина с цветами. Издали лица не вижу, но не сомневаюсь, что это – Стас. Они помирились? В больнице я его больше не видел, но он мог приходить в моё отсутствие. Неужели после всего, что он ей наговорил, Николь его простила? Почему-то это неприятно царапает. Она производит впечатление сильной и разумной женщины. Зачем ей этот убогий непорядочный мужчинка?
Что женщины находят в таких мудаках? Покупаются на смазливую внешность? Или на деньги? Всегда считал, что женщинам нужны надёжные мужчины, способные подставить своё плечо в трудной ситуации и помочь решить возникшие проблемы. Но с моей бывшей женой эта уверенность дала сбой – она променяла меня на полное ничтожество.
Женщины – загадочные существа. Чего не хватало Ларисе в нашем браке, что она пошла искать приключения, не отпраздновав и первой годовщины? Неужели мои ночные дежурства её так тяготили, что она быстро подсуетилась и подыскала себе запасной вариант, чтобы грел её постель в моё отсутствие? Или всё-таки вопрос в деньгах, которых у меня не так много, как у её папаши? Этого я никогда не узнаю. Когда мы расставались, я был слишком зол на неё, чтобы задавать конструктивные вопросы. Да и не поменяло бы это ничего – я не готов был простить ей измену.
Пока отвлекаюсь на мысли о бывшей, замечаю, что женщины продолжают идти по дорожке вдвоём, а мужчина что-то кричит им вслед. Неужели Николь его всё-таки отшила? Невольно улыбаюсь. Пусть она найдёт нормального человека, который будет ценить её и полюбит Мишу, как родного. Как меня когда-то принял Давид.
Папа оставил нас с мамой совершенно неожиданно. Смерть всегда приходит не вовремя и застаёт врасплох. Но папа был здоров, полон сил и планов на будущее. Водил всегда осторожно, соблюдая правила. Но… В тот день он возвращался домой поздно. Улица была пустая, машин почти не было – самое время для разгула уличных гонщиков. Один из них не справился с управлением и влетел в папин автомобиль.
Плохие воспоминания стираются из памяти. Я не помню, как мы с мамой пережили папину смерть, пронёс сквозь годы только ощущение душераздирающего отчаяния и ужас, преследовавший меня по ночам, когда мама была на дежурстве.
Давид появился в нашей жизни довольно быстро. Мама долго не подпускала его к себе, но вынуждена была принять его помощь. От папы нам достались два продуктовых магазина в спальном районе, где мы тогда жили. Доход от них был не большим, зато стабильным. Мама поначалу пыталась совмещать работу в больнице и контроль за магазинами, но дела шли плохо, и она заговорила о продаже папиного бизнеса. Останавливало только то, что это было его детище, в которое он долгое время вкладывал душу и силы. Избавиться от него означало предать отца.
Сфера коммерческих интересов Давида была далека от нашей торговли продуктами. Но он очень серьёзно отнёсся к маминому трепетному желанию сохранить магазины в память о папе. Тогда мне казалось, что Давид, как волшебник, взмахнул палочкой – и наши дела сразу пошли в гору.
А ещё он стал моим лучшим другом и защитником, в полной мере заменив мне отца.
Глава 23
Николь
Находиться в больнице невыносимо. Ещё в первые дни, когда каждый вдох причиняет неимоверную боль и нет сил доползти до туалета, с пребыванием там можно смириться. Но постепенно самочувствие становится лучше – и кажется, что долечиваться можно и дома. И тогда начинает раздражать буквально всё. А больше всего – врачи, которые не хотят отпускать из этой тюрьмы и не поддаются ни на какие слёзные уговоры и железные аргументы.
Поначалу схожу с ума из-за того, что Миша находится у совершенно незнакомого человека. Как он там? Я получаю лишь короткие сводки о состоянии его здоровья и отчёты, что он делал в течение дня и кто за ним присматривал. Доктор, приютивший моего сына, потряс до глубины души. Разве такие люди вообще существуют?
Где я опять накосячила, что судьба кинула меня в такую передрягу? Как сказала мне добрейшая Валентина Ивановна, меня едва спасли, и то исключительно благодаря профессионализму врача, который дежурил в ту ночь. Попади я на другую смену – всё могло закончиться гораздо печальнее.
Как бы я ни злилась на Стаса, он прав: я – идиотка. Нельзя было оставлять ребёнка одного и идти поздно вечером в аптеку, пусть и совсем рядом с домом. Нужно было вызвать скорую, даже если бы ждать её пришлось два часа. Ведь в итоге я так и не сбила Мише температуру и он горел всю ночь, причём в одиночестве. А если бы со мной что-то случилось, а он остался там взаперти один? Об этом даже подумать страшно…
Когда приезжает Лиза, мне сразу становится намного легче. Потому что я знаю, что мой ребёнок в надёжных руках. Я доверяю подруге, как себе. Понимаю, что в её положении взвалить на себя чужого ребёнка – очень непросто, но эгоистично принимаю её предложение помочь. Она – единственный человек в моём близком и дальнем окружении, который заявил о готовности побыть с Мишей до моей выписки из больницы.