Всё не так, как кажется (СИ)

Выбираю несколько вакансий, которые могут меня заинтересовать. Зарплата ниже моей нынешней, но не критично. Ещё в одном месте ищут начальника отдела, оклад очень приятный. По требованиям я подхожу, задачи отдела мне знакомы. Вот только опыта руководства у меня нет, да и не берут на такие должности женщин с малолетними детьми, хоть и не афишируют это негласное правило.
Около получаса уходит на то, чтобы составить актуальное резюме. Рассылаю всюду, где я теоретически имею шанс подойти. И даже туда, где шансов нет или почти нет, но работа интересная. Если судьбе угодно, чтобы я перевезла ребёнка к морю, то она меня чем-то туда приманит.
Мишка идёт на поправку. Душевный порыв сорваться и уехать с ним на край страны дышать морским воздухом постепенно тонет в будничной суете. И наверное, я так и забыла бы о нём до следующей беседы с Мартой Германовной, если бы не приглашения на собеседования, которые начинают поступать спустя несколько дней. Пою оду современным средствам коммуникации за то, что общаться с работодателями можно прямо из дома.
Я – рядовой бизнес-аналитик в большом специализированном отделе. Положа руку на сердце, у меня нет перспектив подсидеть шефа – слишком велика конкуренция. Но с работой я справляюсь хорошо, поэтому очень надеюсь на хорошие рекомендации, если их затребует новый работодатель.
Собеседование в режиме онлайн проходить отчасти легче. Всё-таки дома родные стены помогают, а дрожащие руки удаётся спрятать от камеры.
Я никогда не страдала заниженной самооценкой – всегда знала, чего стою, и стремилась усовершенствовать свои знания и навыки. Но какой бы я ни была расчудесной, реалии современного мира таковы, что вряд ли кто-то отдаст предпочтение одинокой 25-летней женщине с маленьким болезненным ребёнком. Особенно если трудоустройство предполагает переезд в другой город.
Тем удивительнее оказывается получить от двух фирм согласие взять меня на испытательный срок. И одно из этих предложений – та самая вакансия начальника отдела с зарплатой-мечтой.
Если меня и грызут сомнения, справлюсь ли я, то я заталкиваю их куда подальше. За последние четыре года я пробежала такой марафон с препятствиями, что не существует дистанции, с которой я бы сошла! И я, естественно, соглашаюсь.
Говорят, переезд – хуже пожара. А если это переезд в другой город, где нет ни жилья, ни няни с педиатром для сына? Если некому прислать мне по почте то, что забыла, а у самой есть только один рейс в новую жизнь?
К выбору квартиры подхожу очень серьёзно. В итоге нахожу несколько вариантов. Возле моря – очень дорого, но хочется верить, что это не будут выброшенные на ветер деньги. Как бы ни были развиты технологии, посмотреть жильё и сделать выбор можно только вживую на месте. Приходится дать задаток за каждый из отобранных вариантов.
По отзывам и рекомендациям подбираю список нянь и договариваюсь сразу после приезда встретиться с каждой из них. К счастью, мне дали время на обустройство, и у меня будет несколько свободных дней, чтобы попытаться наладить быт на новом месте.
Отправляю большую часть вещей почтой, остальное, включая мелкую технику, упаковываю в машину. Везу с собой пароварку, микроволновку, чайник и даже утюг, чтобы не нужно было на них тратиться. Деньги, доставшиеся от Бахрамова, уже закончились. Живу на зарплату и ежемесячные переводы от кого-то из папиных друзей – подозреваю, что это те деньги, которые удалось скрыть от конфискации.
Папа тяжело воспринимает новость о моём переезде. Понимает, что навещать его теперь я буду ещё реже. Я читаю это у него на лице, но на словах он меня подбадривает, уверяя, что рад за меня. Колония очень изменила отца. Внешне он сдал и постарел. Да и внутренний надлом виден невооружённым взглядом. Он пока не говорит о том, что будет делать на свободе, но уверена – думает об этом днём и ночью. И решения ещё нет, оттого и такой тяжёлый настрой.
Впрочем, папа искренне радуется моим успехам. Как ни крути, а моя новая должность – шаг вверх по карьерной лестнице. Не исключено, что на месте меня ожидает какой-то подвох, но я стараюсь об этом не думать и тем более не произношу вслух.
 
Выезжаем на рассвете. Столица провожает нас моросящим дождём. Скоро осень. Её дыхание уже ощущается во всём – по утрам дворники сметают с улиц первые опавшие листья, а офисный костюм, в котором ещё недавно было ужасно жарко, кажется теперь вполне уместным и комфортным. Может, возле моря лето задержится чуть подольше?
В машине Мишка быстро засыпает, чтобы досмотреть свои утренние сны. Еду в тишине, стараясь концентрироваться на дороге и не волноваться о том, что ждёт нас в ближайшие дни.
Город встречает нас проливным дождём, море беснуется. Я не умею ещё считывать его эмоции между порывами ветра: то ли это – симфония в нашу честь, то ли сигнал того, что нам тут не рады. Я тоже взволнована и боюсь неопределённости…
Все адреса, которые мы по плану должны объехать за оставшееся до темноты время, я заранее забила в навигатор, уверенная, что он меня не подведёт. Но не тут-то было – кружу по району, третий раз проезжаю один и тот же перекрёсток, но никак не могу найти нужный мне переулок. Приморская зона – это не центр города, который строился когда-то по чёткому плану и имеет прямые улицы. Тут сам чёрт ногу сломит и дороги домой не найдёт.
Пытаюсь высматривать прохожих, полагаясь на то, что язык до Киева доведёт. Но все, будто нарочно, попрятались в домах от дождя. Не паникую, но начинаю ощутимо раздражаться. Риелтору дозваниваюсь не с первого раза. Наконец Наташа берёт трубку и долго сбивчиво объясняет, как проехать.
Ненавижу опаздывать, но приезжаю на четверть часа позже назначенного времени. Домик с виду небольшой, современный. В два этажа, окружён садиком. Всё очень ухожено, внутри двора есть место для машины. Хозяйка – древняя старушка, передвигается с трудом, опираясь на палочку. В углу замечаю инвалидное кресло. Ловлю на себе её укоризненный взгляд – наверняка сердится за опоздание. Люди старой закалки не любят непунктуальных.
- Простите, я никак не могла найти дорогу. Навигатор заблудился, а спросить было не у кого.
Понимаю, что сглупила – надо было сразу звонить риелтору, а не надеяться на навигатор. Или договориться о встрече где-то на крупной улице.
- Идёмте, я покажу вам комнаты, – Наташа вырывает меня из лап самобичевания.
Выходим из дома, обходим дом по дорожке справа и утыкаемся в лестницу.
- Комнаты на втором этаже, – комментирует риелтор. – Хозяйка, сами понимаете, туда не поднимается. Думаю, вам это только на руку – меньше будет контролировать и нервы трепать. Впрочем, Софья Павловна – добрейший человек и очень интересный собеседник. Может, вы сами захотите её общества и начнёте ходить к ней в гости, – Наташа подмигивает, открывая ключом дверь.
Внутри чисто. Но мебель вся древняя, полированная. Когда-то, наверное, она считалась шикарной, теперь же вызывает во мне слабо подавляемый ужас. Риелтор считывает мои эмоции и сообщает:
- Да, мебель так себе. Второй этаж достроили совсем недавно, целенаправленно для квартирантов. Но что-то не рассчитали – и денег на мебель не хватило. Если вы планируете обосноваться тут надолго, можете что-то заменить на более современное. Но при условии, что, когда будете съезжать, оставите здесь.
Вздыхаю. Я везла с собой утюг, чтобы минимизировать траты. А тут, судя по всему, мне предстоит ещё капитально вложиться.
- Она согласна немного снизить цену, если заплатите за полгода вперёд и замените кровать.
Если не брать во внимание старую мебель, то тут очень уютно. И море совсем близко. Сейчас оно штормит, и гул доносится сквозь приоткрытое окно.
Пока спускаемся вниз и идём к машине, на автомате прикидываю, во сколько мне обойдётся покупка необходимого для жизни в этом доме.  
Мы успеваем посмотреть все запланированные варианты. Но в каждом нахожу такое, что либо требует от меня дополнительных вложений, либо создаёт неудобства. В итоге возвращаюсь к Софье Павловне. Её дом расположен ближе всех к морю, причём спуск недалеко – можно будет в любую погоду ходить на берег. Приятная хозяйка и супермаркет в пешей доступности – бонусы к моему выбору.