Всё не так, как кажется (СИ)
Однако чуда не происходит. В момент оглашения приговора я встаю. Наши с папой глаза наконец встречаются. Слёзы катятся по щекам. Не знаю, видит ли он их на расстоянии, чувствует ли мои волнение и боль. Шепчу, повторяя, как заведённая: "Папочка, я тебя очень люблю. Я буду тебя ждать". Надеюсь, у него по-прежнему хорошее зрение и он читает мои слова по губам.
Судья выносит вердикт: виновен. Папу приговаривают к восьми годам с конфискацией имущества. Кажется, я падаю в обморок. Гаррик приводит меня в чувство и шепчет на ухо что-то о том, что имущества у папы нет – он переоформил всё на жену и других людей.
Лишь добравшись до дома, я понимаю смысл сказанной фразы. Папа раздал своё имущество всем, кроме меня. Он считает меня виновной в том, что его посадили в тюрьму, и просто вычеркнул меня из своей жизни!
Ему всего сорок два, он скоро во второй раз станет отцом, но сможет вернуться к ребёнку, когда тот уже будет школьником. Малыш проведёт детские годы без папы, Виола будет жить в одиночестве без поддержки мужа. А я… Доживу ли до его освобождения я?
Утром в университете Лиза отводит меня в сторону:
- Ника, что с тобой? На тебе лица нет.
- Папу посадили на восемь лет!
Мы стоим в коридоре, вокруг ходят студенты, а я реву и ничего не могу с собой поделать. Лиза утягивает меня в туалет и заставляет умыться холодной водой, крепко обнимает и шепчет что-то ободряющее. Но разве словами можно помочь делу?
Когда занятия заканчиваются и мы с подругой движемся в сторону моего дома, сталкиваемся с Дэном и его другом. У меня совсем нет настроения поддерживать с ними беседу, поэтому здороваюсь и продолжаю идти дальше. А Скрипник кричит мне вслед:
- Николь, поздравляю с ещё одной звездой на погонах. Ты теперь не только бывшая подстилка Бахрамова, но и дочка зэка. Чудесный послужной список! Ты уже выбрала бордель, в котором будешь работать?
Говорит он нарочито громко, все это слышат. Многие начинают крутить головой, чтобы понять, о ком идёт речь. Краем глаза замечаю свою дипломную руководительницу. Безусловно, она тоже это слышит. Как стыдно! А Дэн заливисто смеётся.
Лиза хватает меня под локоть и крепко сжимает. Ускоряется, тянет меня за собой.
- Не останавливайся, не обращай внимания, будто он это не тебе говорит. Будь выше всей этой грязи, – она тараторит мне на ухо, не давая возможности ни остановиться, ни сказать что-то в ответ. Знала бы она, в какой грязи я побывала! Разве из неё можно подняться и быть выше чего-то?
Пытаюсь не расплакаться. Хотя это – непосильная для меня сейчас задача. Слёзы катятся, стараюсь вытирать их украдкой, но скрыть от прохожих невозможно. Ненавижу сочувственные взгляды! Когда мы отходим на приличное расстояние, Лиза ослабляет хватку и замедляет шаг.
- Ну вот чего ты ревёшь? Он же специально так себя ведёт, чтобы поиздеваться, кайф ловит от твоей реакции. Обиженный мальчик тебе мстит. А ты позорно ведёшься!
- Лиз, скажи, все мужики – такие придурки? Сначала рассказывают, как я им нравлюсь, а потом выкидывают, вытирая ноги.
- Не знаю… – тянет подруга задумчиво. – Может, и не все. Но Скрипник – точно подонок. Хотя, чего ты от этого нарцисса ждала? Ты сама его выкинула, променяв на денежный мешок и растоптав его эго. Так что он на тебя обижен, а мозгов, чтобы вести себя достойно, ещё не нажил, а может, и не наживёт никогда.
- Ага, сама выкинула. После того, как он заявил мне, что хочет со мной только спать, а жениться не собирается! Полагаешь, у наших отношений была перспектива?
Лиза пожимает плечами:
- Ты мне не рассказывала.
- Потому что стыдно и обидно о таком говорить! Его надо было бросать, даже если бы не моё замужество. Я и так слишком долго терпела, придумывала ему всякие оправдания. Опять же, у нас был общий проект, из которого он, кстати, меня выкинул, как только узнал о моём замужестве. Знаешь, я теперь смотрю на всё это совершенно другими глазами, будто мир перевернулся с ног на голову. А Денис, даже если обижен, разве имеет право так себя вести?
- Нет, но обиженные мужики нередко поступают непорядочно, на своей шкуре неоднократно испытала. В общем, забей на Дэна, он тебя не достоин. Главное – не корми его своими эмоциями. Ему станет скучно – и он отстанет.
Мне очень обидно. Но куда больше тревожит другое.
- Лиза, меня теперь из-за папы никуда на работу не возьмут?
- Почему это? "Дети за отцов не отвечают", – это ещё Сталин говорил.
- Возможно, он и говорил так, но термин "член семьи изменника родины" не из воздуха взялся. Это было клеймо на всю жизнь. Вот и я теперь дочь преступника. Разве кто-то рискнёт нанять такого сотрудника?
Подруга ничем помочь мне не может. Она никогда не искала работу и не ходила на собеседования, после окончания университета ей уже приготовлено тёплое место в фирме отца. Лиза спокойно относится к перспективе папиной опеки, полагая, что начинать и нарабатывать опыт лучше под руководством родственников – не так больно будет набивать шишки.
Мы доходим вместе до моего подъезда, и подруга бежит на остановку маршрутки, расположенную в торце моего дома. Её отец считает, что баловать детей нельзя, поэтому личной машины у Лизы до сих пор нет, а водитель возит её в университет и обратно только в непогоду.
Поднимаюсь к себе и пытаюсь избавиться от противного осадка, который оставила встреча с Дэном. Направляюсь на кухню. Вот уже который день я навёрстываю упущенное за годы барской жизни в отчем доме – учусь готовить. Очень жалею, что не проявляла инициативы и не крутилась под ногами у повара, опрометчиво полагая, что навыки кухарки мне в жизни не пригодятся. И вот теперь мечтаю научиться готовить – от привычки правильно питаться не так-то легко избавиться. Вот только всё у меня пока получается шиворот-навыворот.
Сегодня по плану приготовление овощного супа. Рецепт и пошаговую инструкцию заранее скачала в интернете и сохранила в "Избранных". На первый взгляд, кажется проще простого. Сомнения закрадываются ещё на этапе чистки овощей. А потом всё идёт через одно место. Я – криворукая, не в состоянии даже красиво нарезать картошку! Чуть не плачу от нетоварного вида варева в кастрюле. Ну не идти же мне на кулинарные курсы, чтобы саму себя кормить?! Правда, на вкус суп, заправленный сметаной и гренками, оказывается вполне съедобным. Моя валяющаяся на полу самооценка немного поднимает голову. Ха! Не боги горшки обжигают!
Когда заканчиваю обедать, открываю на телефоне записную книжку и бесцельно листаю назад. Забавно читать свои старые заметки. Времени прошло не много, а как давно это было! Взгляд падает на запись с тегом #дата – там указано число больше двух месяцев назад. Жму на тег, надеясь, что я предыдущую запись пропустила. Но её нет! Первая мысль – просто забыла записать, такое не раз случалось, но беспокойство нарастает. Прокручиваю в памяти подходящие даты – и понимаю, что ошибки нет.
Начинаю истерически смеяться. Ну конечно! Как же без этого? Просто вишенка на торте! И как я могла забыть? Должен же непременно быть полный комплект невезений!
Вспоминаю своё третье условие Бахрамову. Этот мерзавец всё просчитал – исчезновение таблеток в день свадьбы наверняка не было случайностью. А сам он и не думал предохраняться! Гад всё подстроил…
Когда приступ хохота заканчивается, жалобно скулю. Я – маленькая девочка, папина принцесса. Я не вывезу это… Должен же быть какой-то предел, за которым злюке-судьбе надоест меня троллить? Где, в какой момент я оступилась? За что жизнь меня так наказывает?
За тестом бежать нет никакого смысла – и без него всё очевидно. Срок-то уже ого-го. Надо скорее что-то делать, пока ещё есть время. Не откладывая, записываюсь на приём к своему врачу. Весь вечер изучаю в интернете способы и последствия прерывания беременности. Религиозные сайты кричат о грехе, женщины на форумах пишут много страшных историй из личной практики. На медицинских сайтах всё довольно сухо и безэмоционально. Но за каждым пунктом сухого списка последствий аборта мерещатся полные душевной боли посты на женских форумах.