Кортни. 1-13 (СИ)
Рука пострадавшего из-за перелома значительно уменьшилась в длину. Теперь Шону предстояло найти оба конца кости и соединить их. Петлю из нейлона он затянул на запястье солдата, а другой конец отдал шанганам.
— Когда я скажу тянуть, тяните, понятно? — приказал он. — Хорошо. Джоб, держи его.
Они уже проделывали такое раньше. Джоб занял место позади пациента, просунув руки под его подмышками и сцепив ладони в замок на груди солдата.
— Сейчас будет больно, — предупредил Шон, но солдат лишь безмятежно взглянул на него.
— Все готовы? — Джоб кивнул. Шон посмотрел на веревку. — Тяните!
Шанганы рывком откинулись назад. Раненый широко открыл глаза, и на его лице выступили крупные капли пота.
— Сильнее! — рявкнул Шон на Фердинанда. Рука на глазах стала удлиняться. Острый конец кости медленно исчез в плоти.
Шанган стиснул зубы, чтобы не закричать. Звук, похожий на то, как если бы два куска стекла с силой терлись друг об друга, резал слух Шону как нож.
Наконец белый кончик окончательно исчез в красной вздувшейся ране и Шон услышал, как кости щелкнули, вставая на место.
— Отлично! Держите! — сказал он Фердинанду, осторожно наложил шины из наборов первой помощи на руку и примотал их хирургическим бинтом так плотно, насколько было можно это сделать, не нарушая кровообращения. Затем он кивнул Фердинанду.
— Отпускай. Только медленно!
Фердинанд ослабил натяжение нейлоновой веревки. Шины удерживали руку в прямом положении.
— Еще одно открытие в медицине, — пробормотал Джоб. — Какая сложная и в то же время изящная процедура, док.
— Идти можешь? — спросил Шон пациента. — Или нам придется нести тебя до самой базы?
— Конечно, могу, — с негодованием отозвался солдат. — Я же не слабая женщина!
— Если бы ты был женщиной, мы бы просили за тебя самый высокий свадебный выкуп. — Шон усмехнулся и встал.
— Пора проверить нашу добычу, — сказал Джоб. Представилась первая возможность посмотреть ящики, выгруженные с «геркулеса».
Тридцать пять деревянных контейнеров были сложены под раскидистыми ветвями африканского красного дерева. С помощью Фердинанда и его людей они рассортировали их в соответствии с маркировкой на досках.
Тридцать три ящика, весом 154 фунта каждый, были маркированы:
Система самонаводящихся ракет «Стингер».
СИСТЕМА ЗАХВАТА И АНТЕННА — 1.
СИСТЕМА НАВЕДЕНИЯ — 1.
ЗАРЯЖЕННЫЕ ПУСКОВЫЕ УСТАНОВКИ— 5.
— У Чайны будет 165 выстрелов, а в эскадрилье осталось одиннадцать «хайндов» — после того, как ты сбил один, — прикинул Джоб. — Звучит неплохо.
— Им понадобится каждый из них, — пробурчал Шон. Внезапно его лицо просветлело. — Так, так. Вот он, ящик с инструкциями!
На одном из двух оставшихся ящиков было написано:
Система самонаводящихся ракет «Стингер»
Обучающий комплекс «М. 134»
Тренажер
— Кое-кому это может сильно облегчить жизнь, — заметил Джоб. Обучающий комплекс упоминался в захваченных ими бумагах. С помощью этой системы инструктор мог следить по монитору за полетом учебной ракеты. Это было совершенно бесценным оборудованием для человека, которому пришлось бы обучать бойцов РЕНАМО стрельбе.
Но, только изучив последний и самый маленький ящик, Шон смог полностью осознать ценность попавшего им в руки сокровища.
На белом дереве красовались надписи:
Система самонаводящихся ракет «Стингер»
Программное обеспечение
УСОВЕРШЕНСТВОВАННАЯ
— Святая Троица! — присвистнул он. — Это же целый пульт управления, а не просто самонаводящаяся система — у нас самый настоящий пульт управления!
— Давай-ка посмотрим, — Джоб был возбужден не меньше Шона.
Шон колебался, как ребенок, которому хочется открыть подарок еще до наступления Рождества. Он посмотрел на небо, взглядом выискивая вертолеты. Он удивительно быстро перенял эту дурную привычку у шанганов.
— Мы не сможем двинуться дальше до наступления темноты. Куча времени, которое некуда девать, — наконец сдался он. Потом наклонился и вытащил из плетеных ножен штык Фердинанда.
Он осторожно вскрыл ящик и приподнял куски белой полиуретановой упаковки. Дюжины дискет, каждая с цветовым кодом, лежали в прозрачных пластиковых конвертах, вставленных в прорези специального пластикового контейнера. Это было именно то, о чем они читали в бумагах, позаимствованных у Карлайла.
— Принеси справочники, — попросил Шон. Когда Джоб принес кейс, они присели на корточки, вытащили из него тяжелый том, который описывал пульт управления.
— Вот оно! Система поражения вертолетов «хайнд». Цветовой код — красный. Цифровой код «S-42-A».
С помощью этих дискет «стингеры» можно было запрограммировать для поражения различных целей, используя систему поиска характерных для определенных типов летательных аппаратов излучений. Просто вставив дискету в прорезь пусковой установки, можно было изменить метод наведения ракеты.
— «Дискета системы программного обеспечения „S-42-A“, — Джоб вел указательным пальцем по строчкам и громко зачитывал вслух текст руководства, — ориентирована на вертолеты „хайнд“. Система использует „двухцветную“ систему поиска, которая последовательно регистрирует инфракрасные и ультрафиолетовые излучения. Первая ступень — система засекает инфракрасное излучение системы двигателя.
Система охлаждения вертолетов «хайнд» отводит и выпускает тепло через защищенные выходы под корпусом. Попадание ракет в эту часть неэффективно.
Модификация «S-42-A» автоматически переводит наводящую систему «стингера» на ультрафиолетовый механизм, когда расстояние до цели сокращается до ста метров. Ультрафиолет излучают воздухозаборники турбодвигателей «Изотов ТВ-117». Это единственная часть фюзеляжа, не защищенная титановыми пластинами, и попадание ракет в воздухозаборники стопроцентно эффективно.
Для достижения эффективного захвата пуск ракеты должен производиться с расстояния не более 1000 и не менее 150 метров».
Джоб шумно захлопнул папку.
— Джекпот! — сказал он. — Чайна получит даже больше, чем мог мечтать!
* * *
Надо было нести тридцать ящиков, а в группе было только двадцать смертельно уставших человек, включая Джоба и Шона. Шон вынужден был спрятать ящики, которые группа не могла унести. Как только они доберутся до расположения РЕНАМО, за ними пошлют отряд.
Они несли все, что смогли взять с собой, включая ящики с тренажером и программным оборудованием. Отряд отправился в путь по берегу реки Пангве с наступлением ночи, надеясь найти передовые позиции РЕНАМО. Они шли всю ночь.
Скорость продвижения далеко растянувшейся колонны ограничивали тяжелые ящики. До рассвета успели пройти только двадцать миль. К счастью, погода изменилась. Ветер сменился на западный и пригнал темные, низко нависшие тучи и моросящий дождь, которые скрывали их от рыщущих вокруг «хайндов». Они продолжали идти весь следующий день.
В сумерках Шон наконец позволил отряду отдохнуть несколько часов. Люди сидели, жалко съежившись под дождем. Наконец Шон снова поднял их, и они, спотыкаясь и скользя в грязи, двинулись вперед, проклиная тяжелые ящики. Через час после рассвета тучи рассеялись, от высыхающей одежды поднимался пар.
Через два часа они попали в засаду.
Они шли по саванне вдоль берега реки. Шипастые заросли акации перемежались с островками слоновьей травы.
Внезапно Шон услышал резкий металлический щелчок затвора заряжаемого пулемета. Еще до того, как смысл звука полностью успел дойти до сознания, он кинулся на землю, крикнув, чтобы предупредить шанганов. Он ударился о землю локтями и животом и тотчас увидел шагах в тридцати впереди сполохи выстрелов, танцующие среди травы, как сказочные феи. Пули, стрекоча, пролетали над головой, заставляя жмуриться и плотнее вжиматься в землю.
Он перекатился на левый бок, уходя из сектора обстрела, держа автомат Калашникова одной рукой, как пистолет, и безостановочно стреляя, чтобы отвлечь противника, и одновременно нашаривая висящую на поясе гранату.