Кортни. 1-13 (СИ)
Шон передал записку Даффу.
– Чего, по-твоему, он хочет? Узнал о твоем мастерстве игры в клейбджес?
– Он хочет получить урок, – ответил Дафф.
– Пойдем?
– Конечно. Ты знаешь, я не могу отказаться от вдохновляющего общества Нормана.
Ужин был великолепный. Раков во льду привезли в почтовой карете из Кейптауна.
– Канди, мы с Шоном идем на встречу с Градски. Возможно, вернемся поздно, – сказал Дафф.
– Конечно – если это только Градски, – улыбнулась в ответ Канди. – Смотри не заблудись, возвращаясь. Ты ведь знаешь: у меня в «Опере» есть шпионы.
– Поедем в карете? – спросил Дафф у Шона, и Шон заметил, что он не засмеялся шутке Канди.
– Всего два квартала, можно пройтись пешком.
Они шли молча. Шон чувствовал, как ужин уютно укладывается в нем, негромко рыгнул и снова затянулся сигарой. Когда они уже почти дошли до «Гранд-отеля Националь», Дафф заговорил:
– Шон…
Он замолчал.
– Да? – намекнул на продолжение Шон.
– Насчет Канди…
Он снова смолк.
– Она хорошая девушка, – подтолкнул его к продолжению Шон.
– Да, хорошая.
– И это все, что ты хотел сказать?
– Ладно, неважно! Давай сходим узнаем, чего хотят Саул и Давид?
Макс встретил их у входа в номер Градски.
– Добрый вечер, джентльмены, я рад, что вы пришли.
– Привет, Макс. – Минуя его, Дафф прошел туда, где у камина стоял Градски. – Норман, мой дорогой друг, как поживаешь? – Градски кивнул, и Дафф заботливо поправил лацканы его костюма; потом снял воображаемую пылинку с плеча. – Ты отлично подбираешь костюмы. Шон, правда, Норман отлично подбирает костюмы? Не знаю никого другого, кто мог бы надеть костюм за двадцать гиней и заставить его выглядеть мешком с апельсинами. – Он любовно потрепал Градски по руке. – Да, спасибо, я выпью. – Он прошел к бару и налил себе. – Итак, джентльмены, что вы можете для меня сделать?
Макс посмотрел на Градски, тот кивнул.
– Я сразу перейду к делу, – сказал Макс.
Дафф поставил стакан на стойку бара и перестал улыбаться. Шон сел в кресло, он тоже стал серьезен; оба догадывались о предстоящем.
– В прошлом, – продолжал Макс, – мы нередко работали вместе, и это принесло нам всем прибыль. Следующий логический шаг, конечно, объединение наших сил и ресурсов и достижение еще более значительных результатов.
– Вы предлагаете слияние?
– Совершенно верно, мистер Кортни, слияние двух больших финансовых организаций.
Шон откинулся на спинку кресла и негромко свистнул. Дафф снова взял стакан и сделал глоток.
– Итак, джентльмены, что вы думаете на этот счет? – спросил Макс.
– Вы разработали предложение, Макс, что-нибудь определенное, над чем мы могли бы подумать?
– Да, мистер Кортни, разработали.
Макс подошел к столу в углу комнаты и взял с него стопку листов бумаги. Отнес бумаги Шону, тот бегло просмотрел их.
– Неплохая работа, Макс. Нам нужно потратить день или два, чтобы во всем разобраться.
– Я уважаю это, мистер Кортни. Изучайте сколько угодно. Мы работали над этими предложениями месяц, и надеюсь, не напрасно. Думаю, вы найдете наши предложения весьма щедрыми.
Шон встал.
– Мы свяжемся с вами через два дня, Макс. Пошли, Дафф?
Дафф допил свой стакан.
– Спокойной ночи, Макс, заботься о Нормане. Он нам очень дорог, ты знаешь.
Они пошли домой, на Элофф-стрит. Шон открыл боковой вход, зажег лампу в своем кабинете, а Дафф подтянул к столу еще один стул.
К двум часам ночи они разобрались в сути предложений Градски. Шон встал и открыл окно – в кабинете висел густой сигарный дым. Вернулся, лег на диван, подложил под голову подушку и посмотрел на Даффа.
– Послушаем, что ты скажешь.
Дафф, подбирая слова, постучал по зубам карандашом.
– Сначала решим, будем ли мы с ним объединяться.
– Будем, если он предложит достаточно, – сказал Шон.
– Согласен, но только если он предложит достаточно. – Дафф откинулся в кресле. – Теперь следующий пункт. Скажи, приятель, что прежде всего бросилось тебе в глаза в этом плане Нормана?
– Мы получаем громкие звания и крупные суммы, а Градски получает контроль, – ответил Шон.
– Ты указал на самое главное. Норману нужен контроль. Он ему нужен больше денег, он хочет сидеть на этой груде, смотреть на всех сверху вниз и говорить: «Ладно, ублюдки, что с того, что я заикаюсь?»
Дафф встал, обошел стол и остановился перед диваном Шона.
– Теперь мой следующий вопрос. Отдадим ли мы ему контроль?
– Если он даст нашу цену – отдадим, – ответил Шон.
Дафф повернулся и подошел к открытому окну.
– Знаешь, мне почему-то хочется самому быть на самом верху, – задумчиво сказал он.
– Послушай, Дафф, мы приехали сюда делать деньги. Если пойдем с Градски, заработаем больше.
– Приятель, у нас сейчас столько, что мы могли бы наполнить эту комнату соверенами по пояс. Мы никогда не сможем столько потратить, а мне нравится быть на самом верху.
– Градски сильней нас, надо смотреть правде в глаза. У него есть алмазные интересы, так что ты и сейчас не на самом верху. Если мы присоединимся к нему, ты по-прежнему не будешь на самом верху, но станешь несравненно богаче.
– Неопровержимая логика, – кивнул Дафф. – В таком случае я согласен. Градски получает контроль, но платит за это – мы выжмем его досуха.
Шон спустил ноги с дивана.
– Согласен. Теперь давай возьмем его план, разорвем на куски и составим заново, чтобы он нас устраивал.
– Уже третий час. Оставим это пока и начнем утром, на свежую голову.
На следующий день они попросили принести ланч в кабинет и ели за рабочим столом. Джонсон, отправленный на биржу с приказом следить за всем и немедленно докладывать, если произойдет что-нибудь чрезвычайное, после окончания торгов доложил:
– Весь день было тихо, как на кладбище, сэр. Ходит множество слухов. Кое-кто видел огонь в окнах этого кабинета в два часа ночи. Когда вы не пришли на биржу, сэр, а послали меня, могу вас уверить, было задано множество вопросов. – Джонсон поколебался, потом любопытство взяло верх. – Я могу быть вам еще чем-нибудь полезен, сэр? – спросил он, подбираясь к столу.
– Думаю, мы справимся сами, Джонсон. Уходя, будьте любезны, закройте за собой дверь.
В половине седьмого они решили, что для одного дня достаточно, и вернулись в гостиницу. Входя в вестибюль, они увидели исчезающего в гостиной Тревора Хейнса и услышали его возглас: «Вот и они!» Почти сразу Тревор снова появился в сопровождении брата.
– Привет, ребята! – Джок сделал вид, что удивлен. – Что вы тут делаете?
– Мы здесь живем, – сказал Дафф.
– А, да, конечно. Что ж, выпейте с нами!
Джок широко улыбнулся.
– Чтобы вы могли вытянуть из нас, чем мы сегодня занимались весь день, – предположил Дафф.
Джок смутился.
– Не знаю, о чем вы. Просто подумал, что неплохо бы выпить вместе.
– Все равно спасибо, – сказал Шон. – У нас был трудный день.
– Думаю, мы сразу ляжем спать, – добавил Дафф.
Они уже прошли через вестибюль, когда Дафф остановился и повернулся к братьям.
– Я вам кое-что скажу, парни, – произнес он театральным шепотом. – Дело действительно крупное, такое крупное, что с трудом понимаешь всю его грандиозность. Когда вы сообразите, что было у вас под самым носом, будете локти кусать.
И они ушли, а братья Хейнсы стояли и смотрели им вслед.
– Это было довольно зло, – рассмеялся Шон. – Они теперь неделю не смогут спать.
Глава 23
Когда на следующее утро Шон и Дафф не появились на бирже, слухи вспыхнули с новой силой и цены сошли с ума. Надежная информация о том, что Шон и Дафф обнаружили новую богатейшую жилу, заставила цены взлететь на манер вспорхнувшего бекаса; когда двадцать минут спустя пришло опровержение, цена акций Кортни-Чарливуда упала на пятнадцать шиллингов. Джонсон все утро бегал взад и вперед между биржей и конторой. К одиннадцати он так устал, что едва ворочал языком.