Кортни. 1-13 (СИ)

Ему казалось, что это самые прекрасные слова, когда-либо написанные по-английски.
Темнота навалилась с такой театральной внезапностью, как бывает только в тропиках, и сквозь просветы в грозовых тучах показались звезды. Очень скоро и их закрыли надвинувшиеся тучи, темнота стала полной, если не считать одинокого огонька на мачте «Мести».
Мансур склонился у нактоуза и погрузился в романтические фантазии; он не ложился спать полночи. Неожиданно его привела в себя раздвоенная молния, вылетевшая из тучи и ударившая в море; сразу за ней последовал оглушительный раскат грома. На мгновение впереди из темноты показалась «Месть», освещенная ярким голубым сиянием: стали видны все детали ее оснастки и снаряжения. Потом опустилась тьма, еще более густая, чем раньше.
Мансур распрямился, оттолкнулся от нактоуза и побежал к правому борту. Ему показалось, что при вспышке молнии он увидел еще что-то – мимолетную вспышку отраженного света далеко на горизонте.
– Ты это видел? – крикнул он Кумре, который стоял рядом у поручня.
– «Месть», – ответил Кумра из темноты удивленно. – Да, о великий. Она всего в кабельтове перед нами. Можно легко увидеть фонарь на ее корме.
– Да нет! – крикнул Мансур. – Не на носу. За нашей кормой. Что-то еще.
– Нет, хозяин. Я ничего не видел.
Оба всматривались в ночь, и снова над головой гигантским хлыстом щелкнула молния, оглушил гром, и вся поверхность моря словно задрожала от этого чудовищного разряда. И Мансур на мгновение с абсолютной ясностью снова это увидел.
– Вон там! – Он схватил Кумру за плечо и яростно затряс. – Я видел отчетливо.
– Далеко?
– Две морские мили, не дальше. Большой корабль. С квадратными парусами. Это не дау.
– Это «Арктур». Ждет в засаде.
Мансур в отчаянии взглянул на корабль отца и увидел, что фонарь по-прежнему горит на его корме.
– На «Мести» не увидели опасность.
– Надо догнать ее и предупредить! – воскликнул Кумра.
– Даже если поднимем все паруса, мы не перегоним «Месть» и будем на расстоянии окрика через час. Тогда будет уже поздно.
Мансур еще мгновение поколебался, потом принял решение:
– Поворот на четверть румба! Сигнал тревоги, чтобы предупредить «Месть». Потом пройти справа от нее и двинуться на перехват врага. Не зажигать боевые фонари, пока я не отдам приказ. Надеюсь, мы застигнем врага врасплох.
В темноте загремели боевые барабаны, прозвучал один предупредительный выстрел из пушки, и экипаж бросился по местам. Когда показалась «Месть», Мансур всмотрелся во второй корабль, надеясь увидеть, как гасят фонарь или еще как-нибудь показывают, что услышали сигнал тревоги, но в это мгновение пошел проливной дождь. Теплый удушающий каскад воды скрыл все от глаз и заглушил все звуки, кроме тяжелых ударов капель о парусину над головой и о доски палубы.
Мансур подбежал к нактоузу, чтобы поспешно взглянуть на компас, но он знал, что показания неточны и что вражеский корабль тоже мог заметить «Дух» и изменить свой курс. Шансы натолкнуться на него в таком потопе минимальны. Они могут разминуться в половине пистолетного выстрела и даже не заподозрить этого.
– Перевернуть песочные часы и сделать отметку на траверзной доске, – приказал он рулевому. Может, удастся перехватить врага, полагаясь только на расчеты. Потом сказал Кумре: – Поставь за руль двух хороших человек.
Он побежал на нос и сквозь потоки дождя попытался разглядеть кормовой фонарь «Мести». Но то, что он ничего не увидел и не услышал, его не утешило.
– Бог даст, отец знает об опасности и погасил фонарь. Иначе он может привести сэра Гая прямо к себе и его захватят врасплох.
Он подумал, не выстрелить ли повторно, чтобы подчеркнуть серьезность опасности, но почти сразу отказался от этой мысли. Второй выстрел только помешает воспринять предупреждение. Отец может подумать, что «Дух» уже схватился с врагом. Этот выстрел может насторожить «Арктур» и привлечь его сюда. И Мансур продолжал всматриваться в темноту и потоки тропического теплого, как кровь, дождя.
– Пошли наверх лучших впередсмотрящих, – мрачно велел он Кумре, – и пусть пушкари будут готовы к стрельбе. Если столкнемся с врагом, предупреждения у нас не будет.
 
Песочные часы перевернули дважды, а «Дух» продолжал плыть в темноте. Все на борту отчаянно старались увидеть или услышать врага. Дождь не прекращался.
«Враг мог проплыть мимо, не заметив нас», – подумал Мансур. Он размышлял над своими возможностями. А может, «Арктур» повернул, чтобы перехватить нас, и прошел совсем рядом. И сейчас подкрадывается к ничего не подозревающей «Мести».
Приняв решение, он приказал Кумре:
– Лечь в дрейф и предупредить: всем смотреть в оба и держать ухо востро.
Корабль неподвижно и неслышно лежал в темноте. Прошел еще час, измеренный по мягкому скольжению песчинок в часах. Дождь притих, свежий ветер повернул и принес острый запах пустыни, все еще близкой. Дождь совсем прекратился. Мансур уже собирался приказать поднять паруса, когда небо за кормой озарил мерцающий свет. Словно свеча на мгновение осветила нижний слой туч. Мансур затаил дыхание и стал медленно считать до пяти. Затем послышался грохот орудий, который ни с чем нельзя было спутать.
– «Арктур» прошел мимо нас и нашел «Месть». Они сцепились! – крикнул он. – Повернуть корабль, левый борт!
Подгоняемый ночным ветром «Дух» полетел сквозь тьму; Мансур и Кумра старались выжать из корабля последний узел скорости. Впереди рокот пушек и зарево становились все отчетливее.
– Дай Бог, чтобы мы пришли вовремя, – молился Мансур. Он смотрел вперед, и его глаза слезились от ветра. А может, слезы были вызваны другим чувством. Водоворот выстрелов и пламени захватил двоих, кого он любит больше всех на свете, а он не в силах вмешаться. И хотя «Дух» мчался вперед, как кабан, преследуемый собаками, для Мансура он двигался слишком медленно.
Но расстояние неуклонно сокращалось, и наконец, стоя на носу и легко удерживая равновесие в качку, Мансур разглядел очертания двух судов. Они сражались, освещенные выстрелами из своих пушек.
Мансур увидел, что они идут противоположным курсом под острым углом друг к другу, и крикнул Кумре, чтобы тот тоже чуть повернул и пошел курсом перехвата. Расстояние стало сокращаться быстрее, и Мансур смог рассмотреть подробности боя.
Дориану на «Мести» каким-то образом удалось вырвать у капитана Корниша преимущество расположения по ветру, и «Арктур» никак не мог подойти, чтобы взять «Месть» на абордаж. Одновременно Корниш свел на нет все усилия Дориана обстенить корабль, чтобы в полной мере использовать ветер и уйти от превосходящего по силам противника. Быстроходность кораблей была почти равна, и долго уходить от большего корабля «Месть» не могла. В борьбе на истощение в конечном счете скажется перевес в орудиях.
Однако «Дух» быстро подходит и скоро изменит соотношение сил в этом неравном бою. Перевес будет на их стороне, если Мансур сумеет подойти раньше, чем «Арктур» возьмет шхуну на абордаж и захватит ее.
Мансур подводил «Дух» к двум кораблям все ближе. Хотя ему хотелось безрассудно устремиться вперед и наброситься на «Арктур», он сдерживал свои воинственные порывы и маневрировал против ветра.
Он знал, что по-прежнему погружен во мрак и невидим для капитанов обоих кораблей. И должен как можно лучше воспользоваться преимуществом внезапности. Еще остается много минут до тех пор, когда он выйдет из темноты, пройдет мимо кормы «Арктура» и с левого борта возьмет его на абордаж. Мансур в подзорную трубу наблюдал за тем, как развивается бой.
Хотя пушки палили непрерывно, дальность еще была слишком велика, чтобы корабли могли нанести друг другу существенный ущерб. Мансур видел, что выстрелы «Мести» пробили несколько отверстий в корпусе «Арктура» выше ватерлинии. Проломленные бревна блестели свежими щепками. Паруса тоже были порваны и в дырах, несколько реев провисли, но все пушки «Мести» продолжали стрелять.
«Месть» была не в лучшем положении. В блеске пушечных выстрелов Мансур видел фигуру отца в приметном зеленом одеянии. Дориан руководил пушкарями. Батула стоял у руля, стараясь выжать из корабля последний дюйм скорости.