Кортни. 1-13 (СИ)

Все поднялись задолго до рассвета. Луиза появилась из своего фургона, который стоял рядом с фургоном Тома и Сары. Сара поместила ее сюда сознательно, а Джима отправила в самый дальний фургон. Если бы ночью началась какая-нибудь возня, она слышала бы любой шепот.
«Бедная девочка, – думала Сара, улыбаясь про себя. – Всю ночь ей пришлось слушать храп моего Тома».
Впрочем, предосторожности оказались напрасными: все развлечения свелись к храпу Тома и вою шакалов, а от фургона Луизы не было слышно даже шепота. Увидев, что Сара уже стоит у кухонного костра, Луиза кинулась помогать ей с завтраком, и вскоре они болтали, как подруги. Луиза укладывала ряды сосисок на решетку гриля, где они начинали шипеть и лопаться, а Сара налила масла в сковороду с ручкой и принялась жарить оладьи.
Том и Джим осматривали фургоны, привезенные Томом из Кейпа. Это были большие мощные экипажи, построенные в колонии по особому проекту, который непрерывно совершенствовали, приноравливая к суровой африканской природе. Они ездили на четырех колесах, причем два первых были ведущими. Передняя вращающаяся ось соединялась с диссельбумом – прочным центральным шестом, на котором держался весь фургон. Простая система дышл, хомутов и шкворней позволяла впрячь в фургон шесть пар быков. Главный элемент упряжи – тректоу, буксирный канат для фургона, крепился к переднему концу диссельбума. Задние колеса были гораздо больше передних.
Вместительный кузов фургона достигал восемнадцати футов в длину при ширине четыре фута. Деревянные борта на носу – два фута высотой, на корме – три фута. С обеих сторон к ним приклепывались железные изогнутые стойки, к которым был приделан навес. Внутри получалось помещение в пять футов высотой, так что высокому мужчине приходилось наклоняться. Фургон крыли прочной двухслойной парусиной, которая была водонепроницаема – по крайней мере в сильный дождь почти не пропускала воду. Сплетенная из волокон кокосового ореха циновка изолировала внутреннее помещение от жаркого солнца. Занавеси из парусины впереди и сзади выполняли роль переднего и заднего клапанов. Сиденьем кучеру служил большой ящик, проходящий по всей ширине фургона, и такой же ящик располагался в конце фургона – передний сундук и задний сундук. Снаружи вдоль всего фургона и под досками пола на многочисленных железных крюках висели кастрюли, сковороды, инструменты, парусиновые сумки и мешки, бочонки с порохом и другое тяжелое снаряжение.
Внутри фургона вдоль бортов на другом ряде крюков размещались парусиновые карманы, а в них запасная одежда, гребни, щетки, мыло и полотенца, табак и трубки, пистолеты, ножи и все, что может потребоваться. На особых крючках подвешивалась удобная кровать, на которой могли спать путешественники. Ее можно поднимать и опускать, и под ней также располагаются мешки, ящики и бочонки. Как и лагерные стулья, постель укреплена ремнями из сыромятной кожи, переплетенными, словно в ракетке, которая используется в игре королей – теннисе.
Том привел четыре таких массивных фургона и упряжки для каждого. Каждому фургону был нужен опытный кучер, а также так называемый ворлопер – парень, который ведет переднего быка, обмотав вокруг его рогов ремень из шкуры куду.
Все четыре фургона были тяжело нагружены, и после завтрака Сару и Луизу призвали на помощь, чтобы составить опись их содержимого. С этой целью фургоны нужно было разгрузить и проверить все припасы. Том, как опытный капитан корабля, заранее составил подробную ведомость, и Джим должен был точно знать, где что находится. Будет напрасной и досадной потерей времени, если где-нибудь в глуши им придется разгружать все четыре фургона, чтобы отыскать запасную деталь крепления колес, подкову или моток шпагата.
Даже Джима поразило то, что приготовил для него отец.
– Это твое наследство, мой мальчик, и, может быть, больше ничего не будет. Используй его с умом.
Большой сундук желтого дерева, который Сара собрала для Луизы, поставили в фургон, который на будущие месяцы, а может, и годы, станет ее домом. В сундуке лежали гребни и щетки, иголки и нитки, полный набор одежды и рулоны ткани для изготовления новой одежды, перчатки и шляпы для защиты нежной кожи от солнца, ножницы и пилочки для ногтей, ароматное английское мыло и лекарства. А также толстая книга с рецептами и советами, написанная собственной рукой Сары, бесценное эмпирическое знание, полученное из первых рук: руководства к приготовлению всего – от слоновьего хобота до диких грибов, к варке мыла и дублению кожи; список лекарственных диких трав и съедобных растений и клубней; средства от солнечного удара, от расстройства желудка и от боли, когда у ребенка режутся зубы. Еще в сундуке нашлась небольшая библиотека, в том числе медицинский справочник, напечатанный в Лондоне, и альманах на 1731 год, Библия, а также чернила, перья, писчая бумага, коробка с акварельными красками и кисточками, стопки первоклассной бумаги для рисования, иголки и крючки для вязания, мотки шерсти, сверток мягкой выделанной кожи для верха обуви, которую будут тачать из шкуры буйволов. Кроме того, простыни, одеяла, подушки, набитые пухом диких гусей, шали и вязаные носки, прекрасный каросс из шакальей шкуры, длинная шуба из овчины, водонепроницаемый брезентовый плащ с капюшоном. Это только половина всего.
 
Сундук Джима был меньше и содержал его старую поношенную одежду, бритву, ремень для ее правки, ножи для охоты и разделывания туш, леску и крючки для рыбалки, коробку с кремнем и огнивом, увеличительное стекло, запасную подзорную трубу и многие другие предметы, о которых Джим и не подумал бы. Все это свидетельствовало о заботе матери о его благополучии: длинный непромокаемый плащ и широкополая шляпа из того же материала, шарфы и перчатки, шейные платки и шерстяные носки, десяток флаконов с экстрактом салата латука – лекарство от кашля – и еще десяток со средством доктора Чемберлена от расстройства желудка.
Когда перешли к перечню общих припасов и провизии, список показался бесконечным. Открывали список шесть ящиков с зернами кофе общим весом 600 фунтов и 300 фунтов сахара. Джим обрадовался, увидев это. Затем двести фунтов соли для сохранения мяса дичи, десять фунтов перца, большой ящик крепкого порошка карри, мешки риса, пшеничной и кукурузной муки, мешки с пряностями и бутылки с различными эссенциями для жаркого и печенья, банки джема и бочки с соленьями с кухни Хай-Уэлда. В фургонах с крючков свисали головы сыра и окорока. Были также плетеные корзины с тыквами и сушеной кукурузой, пакеты и коробки с семенами овощей, чтобы можно было посеять, если надолго станут лагерем.
Для приготовления еды были большие трехногие котлы, разнообразные сковороды и кастрюли для варения, жарения, вертела и котелки, ведра для воды, тарелки и миски, вилки, ложки и половники для супа. Каждый фургон был снабжен двумя пятидесятигаллонными бочками для воды. Фляжки и бутылки военного образца, чтобы везти воду с собой верхом. Еще пятьдесят фунтов желтого мыла, а когда оно закончится, Джим сможет сделать новое из жира гиппопотамов и древесного пепла.
Для постоянной езды фургонов были припасены два бочонка смолы, которую предстояло смешивать с жиром животных и смазывать втулки колес, а также тяжелые мотки канатов из сыромятных шкур, хомуты, шкворни, запасы парусины для ремонта пологов. В одном из задних ящиков находился набор инструментов – буравы, скобы, зубила, рубила, резцы, тяжелые тиски, щипцы, клещи, кузнечные молоты, другие столярные и кузнечные инструменты, а также двести подков и мешки с гвоздями и специальными ножами для подрезки копыт.
– Вот это очень важно, Джим.
Том показал железную ступку и пест для размельчения горных пород, а также набор лотков для промывки золота – широкие плоские миски с бороздкой по окружности. Бороздка будет захватывать более тяжелые частицы золота, когда промывают речной песок или измельченные горные породы.
– Старик Гумберт показывал тебе, как ими пользоваться. – Гумберт был золотоискателем Тома, пока его печень не отказала из-за постоянной диеты из голландского джина и дешевого капского бренди. – Здесь также бочонок с фитилем, двести ярдов на случай, если придется взрывать камни, где найдешь золото.