Кортни. 1-13 (СИ)

— Нет, — жалобно признался он.
— Тогда тебя следует наказать, — сказала она. — Придется рассказать твоему отцу.
— Пожалуйста, не надо, — взмолился он. — Отец убьет меня собственными руками.
— Хорошо. Я накажу тебя сама. Приблизь твой кок.
Он послушно придвинулся.
— Ближе, чтобы я могла дотянуться. Еще ближе.
Он почувствовал, как пенис коснулся грубой древесины, окружавшей глазок, а потом к кончику пениса притронулись поразительно прохладные пальцы. Он попытался отшатнуться, но она сжала сильней и резко приказала:
— Не двигайся!
Катинка наклонилась к переборке и протащила его член сквозь отверстие, к свету лампы. Он так разбух, что едва входил в отверстие.
— Нет, не убирай, — сказала она по-прежнему строго и сердито, плотнее беря член в руку. Хэл послушно расслабился и поддался настойчивым прикосновениям ее пальцев, позволяя ей полностью протянуть член сквозь отверстие.
Катинка зачарованно смотрела на него. Она не думала, что у мальчика таких лет он будет таким огромным. Разбухшая головка стала пурпурной, как зрелая слива. Катинка отвернула крайнюю плоть, нависавшую, как монашеский капюшон, и отодвинула ее как можно дальше. Головка еще больше выросла; казалось, она вот-вот разорвется; Катинка чувствовала, как стержень дергается в ее руках.
Она повторила движение — вначале медленно вперед, потом назад — и услышала за стеной его стон. Странно, но она почти забыла о мальчишке. То, что она держала в руках, обладало собственной жизнью, собственным существованием.
— Вот твое наказание, грязный бесстыдный мальчишка.
Она слышала, как он ногтями скребет дерево, а сама продолжала двигаться по всей длине члена, как будто работала челноком на ткацком станке.
Это произошло раньше, чем она ожидала. Горячая липкая жидкость ударила ей в чувствительные груди; напор был мощный и поразил ее, но она не отодвинулась.
Немного погодя она сказала:
— Не думай, что я забыла, как ты поступил со мной. Твое наказание только началось. Ты понял?
— Да.
Голос его звучал хрипло и неровно.
— Ты должен проделать тайное отверстие в этой стене. — Она мягко постучала по стене костяшками пальцев. — Ты должен отодвигать панель, чтобы приходить ко мне, тогда я накажу тебя еще строже. Ты понял?
— Да, — выдохнул он.
— Отверстие нужно будет скрыть. Никто не должен о нем знать.
— По моим наблюдениям, — говорил сэр Фрэнсис Хэлу, — грязь и болезни проявляют странное тяготение друг к другу. Не знаю почему, но это так.
Он отвечал на осторожный вопрос сына, почему необходимо проводить трудное и тягостное окуривание корабля. Теперь, когда груз был снят и почти весь экипаж очутился на берегу, сэр Фрэнсис вознамерился избавить корпус корабля от вредителей. Казалось, каждая щель в нем кишела вшами, а в трюмах было полно крыс. Повсюду валялись их испражнения, а Нед Тайлер докладывал, что в нескольких бочках с водой нашли разбухшие крысиные тушки.
С первого дня прихода в лагуну особая команда пережигала дерево, выщелачивала пепел, чтобы добыть щелок, а сэр Фрэнсис отправил Аболи в лес с заданием найти травы, с помощью которых племя Аболи избавлялось от паразитов в хижинах. И теперь группа моряков ждала на палубе, вооруженная ведрами с едким веществом.
— Нужно выскрести каждую щель и каждое соединение в корпусе, но будьте осторожны, — предупреждал моряков сэр Фрэнсис. — Щелок может сжечь кожу на руках…
Он неожиданно замолчал. Все на борту повернули головы к входу в лагуну, на берегу все прервали свои занятия и замерли, прислушиваясь.
— Это сигнал тревоги от наблюдателей на утесах, капитан, — крикнул Нед Тайлер и показал туда: над укреплениями, охранявшими вход в лагуну, повис белый дымок. У всех на глазах на вершину импровизированного флагштока взлетел черный шар и развернулся в вымпел с раздвоенным хвостом. Это был сигнал общей тревоги, и означать он мог только одно: появился незнакомый корабль.
— Все наверх, мастер Дэниел! — резко приказал сэр Фрэнсис. — Отрыть ящики с оружием и раздать его экипажу. Я отправляюсь ко входу. Четыре гребца в лодку, остальным занять боевые позиции на берегу.
 
Хотя лицо его оставалось бесстрастным, сэр Фрэнсис был в ярости оттого, что позволил застать себя врасплох, когда мачта снята и все орудия на берегу. Он повернулся к Неду Тайлеру:
— Перевезите пленных на берег и поместите под строжайшую охрану, подальше от пляжа. Узнав, что появился чужой корабль, они могут попытаться привлечь внимание.
Подбежал Оливер с плащом сэра Фрэнсиса на руке. Пока он расправлял плащ на плечах хозяина, капитан отдавал приказы. Потом повернулся и направился к трапу, у которого его ждала шлюпка. Хэл поджидал отца там, где тот не сможет его не заметить и не взять с собой.
— Хорошо! — выпалил сэр Фрэнсис. — Пойдешь со мной. Мне могут понадобиться твои глаза.
Хэл раньше отца спустился по тросу и отчалил в то мгновение, когда отец ступил на борт.
— Гребите что есть мочи! — велел сэр Фрэнсис гребцам, и лодка полетела по лагуне. Сэр Фрэнсис спрыгнул за борт и побрел к берегу вброд; вода заливалась за отвороты его высоких сапог. Хэлу пришлось бежать по слоновьей тропе, чтобы догнать отца.
Он оказался на выходящей на океан вершине в трехстах футах над лагуной. Хотя на высоте ударил ветер и поверхность океана покрылась волнами, острое зрение Хэла позволило ему увидеть точки, держащиеся поверх волн, прежде чем их указал наблюдатель.
Сэр Фрэнсис посмотрел в подзорную трубу.
— Что скажешь о нем? — спросил он у Хэла.
— Я вижу два корабля, — ответил Хэл.
— А я — только один. Нет, подожди! Ты прав. Есть еще один, чуть восточнее. Это фрегат, как ты думаешь?
— Три мачты. — Хэл заслонил глаза. — И все оснащены парусами. Да, я бы сказал, что это фрегат. Второй корабль слишком далеко. Не могу определить, что это за судно. — Хэлу не хотелось признаваться в этом, и он напрягал зрение, пытаясь разглядеть хоть какие-нибудь детали. — Оба корабля прямо против нас.
— Если они направляются к мысу Доброй Надежды, то очень скоро должны миновать нас, — задумчиво произнес сэр Фрэнсис, не опуская подзорную трубу. Все тревожно ждали.
— Возможно, это корабли Голландской Вест-Индской компании, идущие на запад, — выразил свою надежду Хэл.
— Тогда почему они так близко подошли к наветренному берегу? — спросил сэр Фрэнсис. — Нет, похоже, они направляются прямо к входу. — Он захлопнул трубу. — Пошли. — Они бегом спустились к берегу, где их ждала шлюпка. — Мастер Дэниел, гребите к батарее на противоположном берегу. Примете команду над ней. Не открывайте огонь, пока не начну я.
Они посмотрели, как шлюпка пересекла пролив и люди Дэниела втащили ее в узкую бухточку, так что ее не стало видно. Потом сэр Фрэнсис прошел вдоль ряда орудий на утесе и отдал несколько коротких приказов. Моряки стояли у кулеврин с горящими фитилями в руках.
— По моей команде стрелять по первому кораблю. Один залп из всех орудий. Цельтесь в ватерлинию. Потом зарядите шрапнелью и спустите их паруса. Они не захотят маневрировать в узком проливе с половиной парусов.
Он вскочил на бруствер укрепления и посмотрел на море через узкий вход в пролив, но приближающиеся корабли еще были скрыты утесами.
Внезапно из-за западного края скалы показался корабль, идущий на всех парусах. Он находился всего в двух милях от берега и на глазах у оцепеневших от ужаса моряков изменил курс, убрал часть парусов и направился прямо в пролив.
— Их пушечные порты открыты, значит, они настроены драться, — мрачно сказал сэр Фрэнсис, спрыгивая с бруствера. — И мы дадим им бой, парни.
— Нет, отец! — воскликнул Хэл. — Я знаю этот корабль.
— Кто…
Сэр Фрэнсис не успел задать вопрос. На грот-мачте корабля развернулся длинный вымпел. Алый и снежно-белый, он извивался и хлопал на ветру.
— Крест Ордена, — сказал Хэл. — «Морейская чайка». Это лорд Камбре, отец.
— Клянусь Господом, это так. Как рыжебородый мясник узнал, что мы здесь?