Кортни. 1-13 (СИ)

Сэр Кларенс прибыл в Чизору на вертолете родезийских ВВС. С ним были двое его помощников и столько же телохранителей, что создавало немалые проблемы для охотничьего лагеря. Дело в том, что наличный персонал и все лагерные службы были рассчитаны на куда меньшее количество гостей. Тем не менее, у Шона оказалось достаточно времени для подготовки, и дополнительное оборудование, персонал и припасы были вовремя доставлены на грузовиках из Солсбери.
Стол для совещаний под деревом мсаса был удлинен, и к нему подставили дополнительные стулья для сэра Кларенса и его команды. К ним присоединилась и Изабелла в качестве личного помощника отца. С самого начала сэр Кларенс проявил к ней живой интерес, который он даже не пытался скрыть.
При росте в шесть футов и пять дюймов сэр Кларенс возвышался, как гора, даже на Шасой или Шоном. Он представлял собою весьма впечатляющее зрелище; его африкандерские замашки причудливо сочетались с сочным аристократическим произношением и классическими чертами лица. У него был и блестящий ум финансиста и политика и репутация отъявленного донжуана.
Сидя под деревом мсаса, они обсуждали вопросы сбыта и транспортировки богатств и промышленной продукции целой страны, а также комиссионные и прочие выплаты, которые причитались каждому из них.
Эти переговоры существенно облегчались тем, что Родезия производила в основном сырье. В ее небольших шахтах, проложенных в узких кварцевых пластах, добывалось изрядное количество золота. Об этом здесь речи не шло, ибо золото всегда анонимно. На нем не стоит отметка «сделано в Родезии», а высокая стоимость единицы его веса позволяла без труда его перевозить и реализовывать.
Иначе обстояло дело с другим сырьем, производимым в этой стране: табаком и редкими металлами, главным образом хромом. Их нужно было перевозить в больших количествах, скрывая при этом происхождение товара, а затем распределять по различным мировым рынкам.
Из Родезии железнодорожные магистрали вели к югу, соединяя ее с портами Дурбана и Кейптауна на территории Южно-Африканской Республики. Неудивительно, что все эти несметные сокровища вывозились именно этим путем. Уже несколько лет, с момента провозглашения независимости правительством Смита, Гарри Кортни и его «Кортни Эитерпрайзиз» оказывали ему неоценимые услуги, помогая Родезии обходить введенные против нее санкции.
Теперь настало время претворения в жизнь новой многообещающей стратегии. Тщательно изучив возможности промышленной империи Пинателли, Гарри и сэр Кларенс решили предложить Эльзе Пинателли участвовать в этой «антисанкционной» деятельности на весьма выгодных для нее условиях.
«Пинателли Индастриз» владели мощной табачной компанией, по своему обороту уступавшей в Европе только Британско-Американской табачной компании. Плюс к этому им принадлежал контрольный пакет акций канадской компании «Виннипег Майнинг», а также завод по производству нержавеющей стали и ванадиевый очистительный завод в Южной Италии, неподалеку от Таранто.
Все это как нельзя лучше подходило Родезии, крайне нуждавшейся в рынках сбыта своей продукции, однако впереди были нелегкие переговоры.
Хотя они и проходили в подчеркнуто непринужденной и дружеской обстановке, но собрали проницательных и безжалостных финансовых акул, сошедшихся в жестокой схватке ума и воли. Изабелла зачарованно наблюдала за ними. За добродушной, бесхитростной манерой ее брата, за его близоруким доверчивым взглядом и беззаботным смехом скрывались стальная воля и холодный расчетливый ум.
Эльза Пинателли, спокойная и неотразимая, без стеснения пускала в ход свои женские чары, словно скрещивая тонкую изящную рапиру с их грубыми мужскими тесаками. Ее оружие срабатывало безупречно, легко парируя их натиск.
Сэр Кларенс был самим воплощением учтивости и светских манер. Но при этом, как и подобает истинному гвардейцу, он стоял насмерть, заставляя неприятеля дорого платить за каждый отвоеванный у него дюйм. Затем, улучив подходящий момент, он переходил в решительное контрнаступление.
 
Шаса с отсутствующим видом сидел на дальнем конце стола, возложив отстаивание семейных интересов на Гарри. Однако, когда он все же подавал голос, его реплики были неизменно точны и уместны и частенько помогали преодолеть, казалось бы, неразрешимые противоречия и прийти к взаимоприемлемому компромиссу.
Обсуждаемые суммы поражали своими астрономическими размерами. Ведя протокол совещания, Изабелла между делом развлекалась тем, что подсчитывала, сколько будет два с половиной процента от трех миллиардов долларов. Как раз на столько тянула доля «Кортни Энтерпрайзиз» всего за предстоящие двенадцать месяцев, причем это был чистый доход, без каких-либо дополнительных капиталовложений с их стороны. Взглянув на итоговую цифру, она прониклась еще большим уважением к брату.
В полдень высокие договаривающиеся стороны прервались на изысканный ланч. В вертолете «Алуэт», доставившем сэра Кларенса, обнаружился большой кусок отборного родезийского говяжьего филея. Шон и его шеф-повар все утро трудились, не покладая рук, и в результате сотворили подлинное чудо кулинарного искусства с золотисто-коричневатой корочкой, целиком зажаренное на углях. Пока Шон разрезал его на толстые розовые ломти, они утоляли жажду бокалом «Дом Периньона» и смотрели, как сок фонтанами брызжет из-под его ножа.
За трапезой сэр Кларенс проявил не меньше умения и изобретательности, чем за столом переговоров, пытаясь отделить Изабеллу от стада и поставить на ней свое личное клеймо.
Изабелла была весьма польщена его вниманием и испытала при этом немалое искушение. Что и говорить, экземпляр был выдающийся, настоящий вожак, первый самец в стаде. Физическая мощь вообще действует на женщин лучше любого стимулятора. К тому же у него были густые вьющиеся волосы, чуть тронутые на висках благородной сединой. Его глаза ей тоже нравились. Он был таким высоким, а его остроумие таким изысканным.
Она обнаружила, что невольно улыбается его остротам; в какой-то момент ее взгляд упал на его ноги. Они были обуты в блестящие кожаные сапоги ручной работы, как минимум сорок пятого размера; она вновь задумчиво улыбнулась. Возможно, это и чистый бред, но все равно мысль была крайне заманчива.
В ушах ее явственно прозвучал давний нянин упрек: «У Кортни всегда была горячая кровь. Так что будьте осторожны, мисс, и не забывайте, что вы леди».
Ей было известно, что он женат, но она так давно не прижималась к сильному мужскому телу, а он такой большой, такой могучий. Возможно, если сэр Кларенс выдержит свою линию, проявит достаточно упорства и высшего класса ухаживания — тогда, может быть, у него и появится какой-то шанс.
После ланча они вновь приступили к переговорам. Изабелле показалось, что «Дом Периньон» не только не затуманил им мозги, но даже повысил их мыслительную активность.
Наконец, в четыре Гарри взглянул на часы.
— Если мы не хотим пропустить вечерний прилет, то я предложил бы прерваться до завтрашнего утра.
Вся компания на двух грузовиках отправилась к прудам, чтобы поохотиться на голубей, каждый вечер слетавшихся сюда.
Сэр Кларенс незаметно для окружающих устроил так, чтобы Изабелла оказалась рядом с ним на сиденье в переднем грузовике. Однако в последний момент, когда они вот-вот должны были тронуться, она выпрыгнула из машины, подбежала ко второму грузовику и уселась рядом с Гарри. Она не хотела, чтобы сэр К. счел ее легкой добычей. Вдобавок она чувствовала, что процесс охоты доставляет ему не меньшее удовольствие, чем ее успешное завершение. Что касается Гарри, то он пребывал в крайне приподнятом настроении. Держась одной рукой за руль, другой он обнял ее за плечи и крепко притиснул ее к себе.
— Эх, до чего же мне все это нравится, — захлебывался он. — Я просто обожаю Гарольда Вильсона, Джеймса Каллагена и всех этих сопливых святош в Генеральной Ассамблее ООН. Я обожаю быть нарушителем санкций. Это так интересно и романтично. Я чувствую себя вылитым Аль Капоне или капитаном Бладом. Йо-хо-хо, и бутылка рому. Это разжигает во мне чувство патриотизма, я могу делать эффектные политические заявления, одновременно прикарманивая семьдесят пять миллионов фунтов наличными, о которых не узнает ни один налоговый инспектор. Это просто замечательно. Обожаю санкции и запреты.