Анна К

«Подхвачу в восемь, покатаемся до девяти. Оттянемся по полной. Дресс-код – хип-хоп девяностых».
Читая всплывающие сообщения Стивена, Дастин понимал, что парень помирился с Лолли. Он полагал, что сестра Стивена вмешалась и спасла ситуацию. Дастин был рад за друга, но не мог отделаться от мысли о том, что Лолли стоило бы бросить Стивена, который не гнушался измен.
Дастин невольно задался вопросом, что бы ему надеть на такую тусовку. А потом невольно задался другим вопросом: с кем бы ему посоветоваться. Он подумал, не написать ли тем девчонкам, с которыми он пересекся на новогодней вечеринке, но испугался. Может, он обратится к ним, а они сразу же спросят, куда это он собирается: ведь если их не пригласили, они наверняка попросят разрешения присоединиться к нему. Да и что могли знать о хип-хопе девяностых белые девчонки в две тысячи девятнадцатом году? Хотя, пожалуй, больше, чем он. И он не был горд этим фактом. Ладони Дастина вспотели.
Именно поэтому он и ненавидел такие мероприятия. Столько интриг и приготовлений!
Он написал тому, кого точно мог спросить и не почувствовать себя глупо. Его старший брат Николас являлся большим поклонником рэпа, и лишь поэтому Дастин вообще знал о существовании этого стиля. Брат также был последним на планете, на кого стоило рассчитывать, поэтому, возможно, Дастину вообще не следовало надеяться на ответ.
Он ошибся. Николас сразу же написал ему и спросил, почему брата интересует одежда в духе хип-хопа девяностых. Дастин помедлил, прежде чем признаться в настоящей причине, подумал, не соврать ли, что он делает проект или эссе по теме.
Дастин месяцами не видел Николаса и не писал ему с тех пор, как они обменялись парой строк на праздники. Он пожелал брату счастливой Хануки [26], но получил краткий ответ, где парень заявлял, что отринул всякую религию и теперь ничего не празднует.
Тогда Дастин поздравил его с Новым годом, но брат вообще ничего не ответил.
И теперь Дастин решил сказать правду.
Дастин: «Мне нужно знать, потому что я иду на вечеринку в стиле хип-хопа девяностых с девушкой!»
Николас: «Пришли фотку девушки».
Дастин: «Нет».
Николас: «Приведи хоть одну причину, почему я должен помочь».
Дастин поморщился, когда прочитал послание, почувствовал ненависть к брату за то, что Николас – такой придурок, но тут же почувствовал вину за это. Брат лечился от наркотической зависимости, был черной овцой в семье, и Дастин всегда пытался не давить на него.
Дастин: «Я – твой брат».
Николас: «Попробуй снова».
Дастин: «Забудь, что я спрашивал».
Николас: «Гребаная неженка. Я скажу тебе за $$$».
Дастин: «Сколько?»
Николас: «$100».
Дастин знал, что это – плохая идея, потому что родители велели ему никогда не давать Николасу денег. Он опять почувствовал вину, но понимал, что из-за Кимми и всего остального у него не остается выбора.
Дастин: «Хорошо».
Николас: «Перешли их мне».
Дастин переслал брату пятьдесят долларов и принялся ждать очередного послания.
Николас: «Получил всего 50».
Дастин: «Получишь остальное, когда расскажешь мне все».
Николас: «Урод. Мешковатые джинсы, худи “ФУБУ”, “Эйр Джордан” или насосы».
Дастин: «Что такое насосы?»
 
Николас: «Кроссовки “Шак”, сходи в винтажный магазин».
Дастин: «Какая рубашка?»
Николас: «Новенькую белую футболку, может, с цепью».
Дастин перевел брату уже сотню долларов.
Дастин: «Добавил еще. Закажи себе модный ужин. Ты в Миннесоте? У вас там стейки подают?»
Николас: «Да пошел ты».
Дастин: «Спасибо. И постарайся не поскользнуться на льду».
Николас: «Я не в Миннесоте, а в Бронксе».
Для Дастина это была новость. Последний раз он слышал от родителей, что Николас третий месяц пребывает в реабилитационном центре Хазельдена. В четвертый раз за несколько лет.
Дастин: «Мама с папой в курсе?»
Николас: «Папа, не мама. Я чист. #доманаполдороги… Работаю в забегаловке тако».
Дастин был в шоке и, откровенно говоря, не знал, что написать в ответ.
К счастью, ему не пришлось этого делать, поскольку брат написал снова.
«Пора бежать, братишка. Увидимся».
Дастин погуглил винтажные магазины, продающие одежду «ФУБУ», нашел один поблизости и направился туда. Он поверить не мог, что Николас вернулся в Нью-Йорк и ничего ему не сказал. Хотя, если подумать, это было совершенно правдоподобно.
XX
Когда они прибыли на вечеринку, Кимми понимала, что выглядит потрясающе и обрадовалась при виде красной ковровой дорожки у входа. Фотографы выстроились вдоль нее, ожидая прибытия гостей. Девушка привыкла к фотографам еще тогда, когда выступала на льду, и точно знала, как нужно стоять: чуть склонить голову, податься вперед, по возможности скрестив лодыжки и расслабив мышцы лица. Поднимаясь по ступенькам с застывшей полуулыбкой, снова и снова позируя, она думала лишь о том, как скоро увидит его.
Целый день она не получала ни строчки от Вронского. Она изо всех сил пыталась остаться равнодушной, хотя казалось, что внезапные каникулы из-за метели – отличный повод, чтоб провести время вдвоем. Она не выдержала молчания и сдалась, отправив весточку Графу утром: ей нужно было убедиться, что он будет на вечеринке. Кимми нарушила главное правило, по которому девочка должна ждать, когда мальчик сделает первый шаг, но ведь она сходила с ума от нетерпения. Алексей ответил немедленно, и они обменялись семью сообщениями. Перечитав его последнее послание, она сообщила, что Стивен взял напрокат лимузин и сказал, что сначала приедет к ней (вместе с Лолли и Анной). Она намекнула, что у них достаточно места на случай, если Граф захочет присоединиться к ним. Но Вронский не клюнул на приманку. Он признался, что у него дела и он будет в клубе около полуночи, а она должна приберечь для него танец.
Лишь после обмена сообщениями она узнала от сестры, что Стивен пригласил Дастина составить им компанию в лимузине, и ей стало легче от того, что Вронский не согласился ехать с ними. Это было бы ужасно неловко. Некоторые мальчишки начинали ее ревновать, когда замечали, что на нее обращают внимание старшеклассники, но Вронский был не из таких. С чего бы ему так себя вести, когда он уверен, что он – самый крутой парень на вечеринке?
Поездка на лимузине оказалась интереснее, чем она ожидала. Сперва она была сильно разочарована, когда, забравшись в огромную, похожую на пещеру машину, Кимми обнаружила, что Анны нет в салоне. Она начала по-настоящему влюбляться в Анну, и пока было не вполне ясно, что ее волнует больше: увидеть наряд сестры Стивена или услышать, как Анне понравится ее прикид.