Тайна Бирюзового дракона (СИ)

— Льготы для заселенцев, — объяснил наместник. — Но, чтобы отсечь тех, кто не сможет обеспечить восстановление и содержание домов, установили пошлину. Тоже немалая, хочу заметить. В каком районе желаете дом?
— У моря! — хором выдохнули мы с Виктором.
— Так я и думал, — хлопнул в ладоши барон, и в его рабочий кабинет вошёл секретарь. — Пригласите кого-нибудь из отдела землевладения и домоустройства.
А ещё через час мы осматривали дом моей мечты. У Виктора тоже глаза светились радостью. Выспавшийся фамильяр выбрался из рюкзака и умчался гонять птиц в саду. Фасад двухэтажного дома, перед которым был разбит заброшенный цветник, смотрел на улицу. На первом этаже разместилась уютная гостиная с камином, столовая с выходом на просторную террасу с видом на море, кухня. На втором этаже три спальни.
— Берёте? — равнодушно поинтересовался служащий мэрии.
Он устал таскаться с нами по чужим домам, в который раз рассказывая, где что находится в каждом из осмотренных зданий.
— Берём! — обрадовала я его.
— Десять золотых, и дом ваш. Оплатить можно в банке в течение трёх дней.
Получив несколько медяшек в качестве премии за усердие, чиновник откланялся.
— С чего начнём? — спросил Виктор, потирая руки. — Не терпится начать обживать дом.
— Переодевайся и топай осматривать сад. Бурьян, сухие ветки, мусор… Короче, ты знаешь, что делать. В дом пока не входи — заклинание очищения запущу, чтобы пыль вымести. А я схожу куплю продуктов.
Часа через три, управившись с первыми делами, мы сидели за столом на террасе и пили послеобеденный кофе.
— Как всё быстро происходит, — скрывая рукой зевок, рассуждал Виктор. — Ещё вчера мы гостили в другом мире, а сегодня ты обживаешь свой дом. Интересно рядом с тобой, но так хочется уже найти своё место.
— Что же тебе мешает?
— Я ничего не умею.
— Вить, так не бывает, — покачала я головой, не соглашаясь со словами друга. — Я знаю, что выпускникам детских домов крайне сложно адаптироваться в социуме. Многие не то чтобы не умея устроиться, но не владея элементарными жизненными навыками, теряются. Не желая бороться, не имея поддержки, идут лёгким путём отрешения от действительности: алкоголь, наркотики, криминал. Но ты же не такой.
— Мне просто повезло. В школе лоботрясничал, и в третьем классе меня оставили на второй год. Вот и выпустился почти в восемнадцать. Сразу Армия, а потом контракт. Некогда было на глупости отвлекаться.
— Повезло, — грустно улыбнулась я. — Вить, вспомни и составь список всех навыков, всё, что ты умеешь делать.
— Стрелять и выполнять команды. — Парень встал и отошёл к перилам террасы. Но смотрел он не на море, а в сторону порта. Вдруг выкрикнул, стукнув кулаком по ограждению: — Ну балбесы же!
— Что там? — мне вставать совсем не хотелось.
— В порту три больших причала, но нет профильного разделения. Рыбаки, торговые и пассажирские суда — все вперемешку… Из-за этого получается сыр-бор. Купец тюки на причал выгрузил, а тут баркас с рыбой подошёл. Сети скинули на товар не со зла, а потому, что класть некуда. Теперь стража драку растаскивает.
— А ещё чтобы ты там исправил? — поинтересовалась я.
— Запретил бы отходы в море сбрасывать. Карантин бы устроил. Мы когда барона ждали, судёнышко пассажирское причалило. Оттуда люди вышли. Одного на носилках несли. Хорошо, если раненый или плохо качку переносит, а если зараза какая? Но его сразу в город потащили, без осмотра. Да много там ещё чего тяп-ляп сделано.
Виктор повернулся ко мне и увидел, что я тихо смеюсь:
— Глупость сказал, да? — насупился земляк.
— Нет, дорогой, ты всё по делу говоришь. Учёба на целителя, армейский опыт, где понимание порядка закладывалось годами, свежий взгляд на дело — это всё дало тебе возможность сделать выводы, что ты сейчас мне озвучил. Иди к Шико и говори, что берёшься навести порядок в порту.
— Не-е-е, ты что! Где я и где должность начальника порта. Не потяну.
— Ну, как знаешь. Думай. Время терпит, — зевнула я и пошла спать.
«Мышка, я тебя жду!» — услышала я сквозь сон и, подхватив кота, лежащего в ногах, перекинула перстень.
 
«Френки!» — прижавшись щекой к безупречной гладкости ствола подруги, распахнула для неё всю себя.
«Великая Вселенная, куда ты опять вляпалась, Мышь беспокойная? — ахнула подруга. — Как жива ещё? Ни одного целого плетения. Топай давай на привычное место. А я пока пушистика посмотрю. Ох ты, какие тут изменения! И автономная жизнедеятельность, и система воспроизводства восстановилась, и… ой! Нифига себе! Котик, да ты с драконами породнился!»
Кажется, Разумное Древо говорила что-то ещё, но я, уплывая в сон, уже не слышала.
Мне снился Ключ. Вернее, аура ключа, который сможет открыть моё сердце. Силу и золотой свет излучало нечто невидимое, но притягательное до невозможности. Даже пальцы трансформировались в когти, чтобы схватить желанный предмет.
«Ага, ты ещё крылья отрасти и хвост! — привело меня в сознание ворчание Френки. — Драконья семейка, на мою голову. Даже зверушку безответную своими генами обогатили».
Открыла глаза, посмотрела на руки. Пальцы, действительно похожие на когти, постепенно обретали нормальный вид.
«Что, сильно Фильку одраконили?» — потягиваясь, весело спросила я.
«Ну, если бы ещё чуть-чуть, то смог бы обращаться. Но на твоей магии. Своей у него очень мало. Если интересно, можем попробовать. У меня кровь Рактия в запасниках имеется», — ухватилась за очередной эксперимент учёная.
«Давай без этого обойдёмся?»
«Давай, — легко согласилась подруга. — А кто такая Тата?»
В вопросе слышалась ревность. Занимаясь моей реабилитацией, Разумное Древо не отказало себе в удовольствии просмотреть мою память. Пришлось объяснять и успокаивать, что всего лишь лёгкое беспокойство о новой знакомой и ничего серьёзного.
«Френки, душа моя, запомни своим гениальным умом, что ты для меня самая-самая любимая подруга. Во всей Вселенной, на все времена, — обняла я огромный ствол насколько хватило рук, чмокнула и спросила с затаённой ехидцей: — Почему о Бируни ничего не спрашиваешь?»
«Было бы что интересного, сама бы рассказала», — явно с деланным равнодушием ответила Древо.
«Знаешь, я ничего не буду тебе рассказывать. Тем более что ты сама всё уже узнала. Просто отдам тебе подарок от него. Держи!» — и я приложила к стволу освобождённый из стазиса листик, который мгновенно впитался.
Тишина. Даже птицы орать перестали, чтобы не тревожить Пресветлую богиню мира Океан. Мы с Филиппом сидели на берегу ручья с непрозрачной водой. По её поверхности белыми лёгкими лодочками выписывали сложные узоры перья чаек, а в глубине скользили тёмные тени.
— Чего сидим, чего ждём? — в который раз спросил меня кот. — Я уже проголодался.
— Неудобно не прощаясь и не поблагодарив уйти.
— Последний раз встречаетесь, что ли? — продолжал возмущаться голодный фамильяр. — Потом всё скажешь. Чувствуешь, как она зависла?
— Чувствую, — подтвердила я и переодела кольцо на другую руку.
— Тут для тебя письмо принесли из мэрии, — не отвечая на приветствие, известил обиженный Виктор, отряхивая перепачканные в саду руки.
Участок постепенно приобретал ухоженный вид. Дорожки были расчищены, сухая трава вырвана и унесена с глаз. Калитка, ранее висевшая на одной петле, отремонтирована.
— Когда же ты всё это успел? — всплеснула я руками.
— Вас не было почти двое суток! — рыкнул парень. — Спасибо, барон успокоил, что с тобой такое бывает. Неужели трудно было предупредить?
— Прости, — покаялась я, — Френки выдернула в полусне, не соображала ничего. А там, на Острове время не отслеживается. Зато я совершенно восстановилась.
— Вижу, что прыгаешь, как коза, — улыбнулся парень. — Что в письме-то?
В письме было приглашение на свадьбу.
— Странно, я думала, они уже давно поженились. Или это давнишнее письмо? — вертела я в руках конверт.
Решив прогуляться до банка, чтобы заплатить пошлину, зашла в мэрию уточнить свадебный вопрос.