Юг в объятьях севера (СИ)

Атль Закатекас тяжело вздохнул. Деньги в Чихуане льются рекой, но как контролировать эти потоки? Сьор покосился на Готу. У северной принцессы шок, это понятно. Она-то рассчитывала сидеть за пяльцами, и что муж будет держать клубок ниток и умильно смотреть на ее идеальный пробор. Интересно, как она выкрутится?
- Спасибо за совет, - Гота упрямо вскинула подбородок. – Я, пожалуй, и в самом деле начну с этого: с финансов. Пообедаю с министром. Надеюсь, хоть он не участвует в балете?
- О, нет. Хотя, как сказать. У него ведь смета.
- Отлично!
Сьор Атль облегченно улыбнулся. Гота будет Линару хорошей женой, если сможет смириться с его образом жизни. Танцы северная принцесса вряд ли полюбит, ее движения угловатые и она, похоже, училась танцевать с мечом, на помосте, засыпанном опилками, а не на паркете. Но Гота скоро освоится и создаст свой собственный двор. Предоставив мужу жить, как он привык. И все наладится.
Выйдя от свекра Гота наткнулась на взволнованную сирру Арьес:
- Грата Летис пытается с вами связаться, чтобы узнать, как у вас дела?
- Скажи маме: позже. И срочно найди Ололу.
«Я не сдамся», - упрямо подумала Гота. «Кажется, при дворе императрицы Олола занимала должность сирры для особых поручений. Передавала любовные записки и устраивала свидания. Отлично! Сначала я сосватаю Ололу в этот балет, забери его Мрак. И тогда я буду знать, где Линар. Они решили меня надуть, но забыли, с кем имеют дело».
Гота вышла на галерею и гордо посмотрела на лежащий внизу роскошный Чихуанский парк.
«Я принимаю вызов», - подумала она и отправилась обедать с министром финансов.
  
Глава 15
 
- Калифас!
Первый Меч империи сьор Ранмир аль Хали стоял на крепостной стене, окружающей его дворец, на верхней площадке самой высокой смотровой башни, куда поднялся в сопровождении сира Гора. Еще одна крепостная стена окружала город, который недаром называли красной розой пустыни. Он был построен из редкого красного песчаника, отличающегося своей прочностью и невероятными оттенками, от нежно-розового до почти черного закатного.
Калифас был не такой большой, как Игнис, и подземный ярус в нем всего один. Эти ярусы нужны были в сезон горячих ветров, когда все города пустыни и в том числе столицу центрального анклава накрывали облака песка и пыли. Но длилось это недолго, и Калифас, где не было недостатка воды, быстро превращался снова с оазис. Пальмы и оливковые деревья составляли главную его растительность. Цветов в Калифасе не любили. Вообще пестроту.
Ранмир с непередаваемой любовью смотрел на свою столицу. Он обожал Калифас. За строгость и чистоту линий, за редкий цвет, за красные башни, чьи золоченые шпили уходили высоко в небо. Даже неизменные зонты здесь были больше похожи на щиты, и не круглые, как в столице империи, а прямоугольные или квадратные.
Они были подняты и ловили солнечные лучи, одновременно давая тень узким улочкам и кое-где городским площадям. Особые зонты Калифаса, похожие на сгустки запекшейся крови. Когда над городом загорался закат, зонты опускались, и зубцы крепостных стен пламенели, также как и окна в домах. Калифас горел, но не сгорал. Город вечных. Чей цвет – пурпур.
Игнис был золотым, Чихуан зеленым, Фригама белой, а Нарабор сливался цветом домов с окружающей его пустыней. Калифас же был красным. Он словно бросал всем вызов. Все аль Хали были жестокими и воинственными.
- Бывал я здесь, - сир Гор презрительно сплюнул вниз. – У вас тут не развернешься. Скучно.
- Продажных девок нет? – усмехнулся Ранмир. – Так ты не искал. Отребья хватает и в Калифасе.
- Меня здесь жестоко побили, - признался сир Гор. – Пришлось уносить ноги.
- Как твоя рана? Готов к схватке?
- А твоя?
- Пустяки, - Ранмир демонстративно прошелся взад-вперед. – Не хромаю, как видишь. И готов тебе навалять. Рассчитаться за рану на бедре.
- Боюсь, не успеешь. Я, похоже, не нравлюсь твоему брату, - криво ухмыльнулся сир Гор. – Я даже подумал, что в Калифасе завелись мыши.
 
- Где именно? – с любопытством спросил Ранмир.
- В твоем дворце. В стене, что показалось мне странным. Я ткнул туда мечом на всякий случай, и оказалось, что это даже не мышь. Огромная крыса. У нее был острый ножик, довольно внушительный. Что это за комнаты, где в стенах прорублены ниши?
- Я об этом ничего не знал, - нахмурился Ранмир.
- Ты, похоже, вообще ничего не знаешь. А вот леди Иньес быстро освоилась. Она и нашла мне более подходящее жилье. Без всяких ниш и крыс в них. Сдается мне, все эти крысы из подвалов твоего братца.
- Намир не прав. Он очень уж меня опекает. А ведь это я – Первый Меч империи.
- Ты слишком уж часто об этом говоришь. Жалуешься на память?
- Заткнись.
- Заткнусь, если ты меня убьешь, - равнодушно сказал сир Гор. – А покамест, я буду говорить все, что мне вздумается. Ты обещал мне драку, а вместо этого я торчу на этой стене и развлекаюсь тем, что плюю вниз.
- Хорошо. Вечером начнем.
- Чего ждать? – сир Гор вынул из ножен меч и с удовольствием посмотрел, как сверкнул на солнце клинок. – Место хорошее, я понял это, когда плевал. Достаточно высоко. Ты шмякнешься на камни, высший, и превратишься в лепешку. А я плюну отсюда на твой труп.
Ранмир вскипел и выхватил меч. Всякому хамству есть предел! Сир Гор, казалось, того и добивался: разозлить сьора Ранмира аль Хали. Они уже скрестили клинки, когда раздался отчаянный крик:
- Сьор аль Хали! Беда!
- Ну что там еще? – он со злостью отпихнул сира Гора: - погоди.
К ним карабкался по лестнице сир Шаи.
- Вам просили передать, - он остановился на верхней ступеньке, задыхаясь. – Связь с каменоломнями прервалась. Похоже, горцы опять напали. Ваш брат просил вас срочно прийти. Он в покоях у вашего отца.
Ранмир нахмурился.
- Ты со мной? – бросил он сиру Гору.
- А ты куда?
- На войну. У нас проблемы в каменоломнях. Дома в Калифасе можно строить только из красного песчаника. Здешние запасы истощились, мы возим камень из предгорий. А этим чертовым горцам не дают покоя наши шахты. Я не знаю, кто их надоумил, но эти ублюдки срубают шпили с наших храмов. После чего мы не можем связаться с надсмотрщиками. Я понятно объяснил?
- Сьор Ранмир! – взмолился Шаи. – Ваш отец и старший брат ждут!
Ранмир достал транспортер.
- Надумаешь со мной – иди к гондолам, – бросил Ранмир сиру Гору и задал координаты. Идти по извилистым дворцовым переходам не хотелось.
Отец и брат дружно нагнулись над разложенной на столе картой, из чего Ранмир сделал вывод, что связи с каменоломнями и в самом деле нет. Висящая над картой сфера была тусклой.
- Наконец-то! – распрямился Намир.
Глава дома аль Хали соединил задумчивым взглядом братьев. Повезло с сыновьями. Дочерей Огонь не дал, да и сыновей всего двое. Граты императорского дома, увы, рожают все реже. А Самир аль Хали был женат на старшей принцессе дома Тадрарт, сестре императора Тактакора.
- Горцы опять напали? – Ранмир поморщился и сел. Он хоть и старался не хромать, но подъем на крепостную стену не прошел бесследно.
- А кто еще? – Намир просверлил его взглядом. – Только тателариусы могли сказать горцам, в чем сила наших храмов.
- Это невозможно, - пожал могучими плечами Ранмир. – Где горцы и где тателариусы? Они не общаются. И никогда не найдут общий язык.
- Найдут, если будут посредники, - усмехнулся Намир. – Шлюхи в борделях.
- Но горцы не ходят в бордели. Всем известно, что они – аскеты.
- Зато в бордели охотно ходят тателариусы. Ты что-нибудь слышал об Адептах Истиной Веры, Ранмир?
- Об этих чертовых бабах? Они же спятили. Сажают девчонок на каменное подобие мужского члена. Есть способ гораздо приятнее.
- Ты можешь думать о чем-нибудь кроме женщин, Ранмир, - нахмурился отец.
- Меня, кажется, спросили об Адептах. Я не виноват, что их главари носят юбки.