Ведьмочка на практике (СИ)

Деревенские дружно суетились вокруг терема — каждый был занят своим делом, а во главе всего этого виднелась знакомая фигура названного братца.
— Никита. Никитка! — что есть мочи завопила Розальва, резко направляя метлу вниз. Стараясь не отставать, я последовала её примеру.
Деревенские замерли, задрав головы вверх, а Никита, в один прыжок соскочил с крыльца и бросился к нам навстречу. Спрыгнув с мётел, мы сразу же попали в крепкие мужские объятья.
— Розальва! Маренка! Матвей! Вы вернулись! Как же я рад! — Никита прижимал нас к себе, целуя всех по очереди, куда придётся. Первым из его объятий вывернулся Матвей, отойдя в сторонку, он начал прилизывать взъерошенную шерсть. Следом за ним, незаметно увернулась я, тактично отходя на несколько шагов, давая моим друзьям немного побыть вместе. Мы то с Максом хоть во сне виделись, и даже позволяли себе некоторые вольности в виде поцелуев и крепких объятий, а у Розы и Никиты не было ничего, они даже не знали, увидятся ли снова.
Когда друзья опомнились, я уже беседовала с родителями Никиты, вышедшими поприветствовать нас.
— Вот, чтобы хоть немного отвлечься, решил родителям новую избу построить, — Никита обнимал Розу за талию, не отпуская её от себя ни на шаг. А подруга так и льнула к его плечу. Какая же они красивая пара! И ничего, что Роза немного старше, для ведьмы это вообще не возраст, ведь у неё впереди ещё не одно столетие жизни.
— Матушка, накройте, пожалуйста, в саду стол для дорогих гостей! — попросил друг.
— Не стоит, мы уже пообедали, если только попить чего, освежающего, — отказалась я от его предложения.
— Никита Гаврилович, там паклю привезли, — к нам подскочил шустрый мужичок. Кланяясь, он любопытным глазом косил в мою сторону. Ведьма же.
Никита, оставив нас на несколько минут, пошёл давать своим работникам указания. Присоединился он к нам уже в саду, где его родители поили нас свежим молоком. Матвей выпил уже две кружки. Молоко белыми каплями висело на его усах, а он с заинтересованным видом посматривал на мой недопитый бокал.
— Первым делом купил родителям корову, — признался Никита.
Я вспомнила, как когда-то он мечтал иметь свою бурёнку. Вот и сбылась его детская мечта. А теперь перед нами стоял настоящий молодой мужчина. Статный, широкоплечий и вон даже усики начали пробиваться. Деревенские парни взрослеют рано, не то, что изнеженные городские!
Родителям помог, деревенские его уважают, любимая девушка души не чает, опять — ведьма же!
— Я сегодня здесь останусь, — шепнула мне Розальва.
Матвей, воспользовавшись тем, что я отвлеклась, сунул морду в мой бокал, и как только не застрянет?
Умиляясь аппетитом нашего пушистика, матушка Никиты дала нам в дорогу крынку молока, да ещё корзинку со свежими яйцами, вдобавок. Кот благодарно потёрся об её ноги, пока я прилаживала гостинцы на свою метлу.
Роза и Никита подошли нас проводить.
— Мы пробудем здесь ещё четыре — пять дней, а затем вернёмся в город. Ты с нами? — спросила я брата.
Он задумчивым взглядом окинул свежий сруб и кивнул головой:
— Осталось не так много, думаю, успеем. Пора возвращаться в аптеку. Дела ждать не будут!
Кивнув друзьям, я запрыгнула на метлу и, помахав рукой, взмыла под самые облака.
Следующие несколько дней были одними из самых счастливых в моей жизни. Мы проводили их вместе с Максом. Гуляли в лесу — там я познакомила его с лесным хозяином. Не оставили вниманием и водяного с русалками, наведавшись к ним на реку.
В Каменку, к оборотням я летала одна, узнать, как там, у медведей дела. С радостью заметила там несколько светлых, белобрысых головёнок новорождённых медвежат.
Не забыли и о Марфе и её муже Науме. Они тоже получили от меня подарочки, среди них был один особый — крестильная рубашка, купленная всё в том же «Детском мире». Марфа настаивала, чтобы я стала крёстной её первенцу. Её совсем не пугало, что я ведьма.
— А кто ещё лучше ведьмы защитит моего ребятёночка? — приговаривала она, поглаживая свой округлившийся живот одной рукой, второй подкладывая в миску Матвея свежевыловленную рыбку. Марфа всегда питала к коту особую нежность.
 
Много времени я проводила в саду у Луговички. Сад стал просто огромным, видимо луговица использует для него особый пространственный карман. Здесь соседствовали местные растения и уже подросшие из тех семян, что мы привезли с Земли. Сейчас она много времени проводила над теми несколькими экземплярами, что мы раздобыли в последнем нашем путешествии.
Мушка теперь всё время проводила в этом саду, помогая Луговичке собирать с растений тех редких гусениц и жучков, которые каким-то чудом пробрались на этот волшебный огород. И я не сразу заметила у неё на стебле большую круглую почку — похоже, скоро у мадам Клео скоро появится своя мухоловка. Я ведь ей обещала.
Всё свободное время я собирала лепестки, листочки и корешки, заготавливая сырье для своих будущих зелий. Ни у кого в королевстве нет такого разнообразия ассортимента, как у меня! Ах, какие чудесные зелья из них получатся!
Но, как бы не хорошо нам здесь было, пришла пора возвращаться в город. Макса ждут государственные дела, меня учёба в академии и ещё обещание друзьям, сводить их на Ярмарку.
Зарядив лазурниты и спрятав под порожек, попрощалась с домовым и луговицей, выходя к ожидавшим меня на улице друзьям. Поправила рюкзак, набитый мешочками с сушёными травами, шагнув за калитку.
За воротами ветерок поднимал пыль и первые опавшие листья, извещавшие об окончании лета.
— Все в сборе? Готовы? — спросила я, открывая портал, по старой традиции прямо к воротам магической академии.
  
Глава 39
 
Я проводила последний инструктаж перед отправкой на Ярмарку. Для друзей это было просто приключение, ещё один новый мир, а вот для меня настоящая головная боль, так, как ответственной за их жизни я считала только себя. Ведь они даже и близко не представляют, куда попадут.
— После твоей Земли с машинами и интернетом нам всё не почём, — Алехандро уже сейчас был излишне возбуждённым. Придётся приставить за ним ещё одни глаза.
— Матвей, — позвала я, — на тебе Алехандро.
— Понял, — коротко ответил кот. Он хоть и не был с нами на рынке, но память о прогулке по Годжире ещё свежа в его памяти, а Ярмарка, как по мне, ещё опаснее: не так на кого-нибудь посмотришь — оглянуться не успеешь, как окажешься тридцать пятой женой непонятно кого.
Именно поэтому решила использовать старую схему, выдав всем без исключения цветастые балахоны и солнечные очки, хорошо, что я прихватила их с большим запасом.
Парни сначала упирались, отказываясь заворачиваться в яркие тряпки, но я была непреклонна — или так, или никак! Поэтому сейчас передо мной стоял отряд из пяти человек. Весь боевой факультет в сборе, кроме Розальвы. Подруга с Никитой задержались в деревне. Что-то там у них не поспело к сроку.
Впрочем, Розальва совершенно не рвалась на Ярмарку, ей и в прошлый раз впечатлений с лихвой хватило, а Никитке так вообще сейчас не до этого.
— В следующий раз! — отмахнулся он, справедливо полагая, что мы туда направляемся не в последний раз.
Больше всех цветастая накидка шла Эльвингу, даже в ней эльф умудрялся выглядеть грациозно и невозмутимо. А вот на Айвора ткани ушло вдвое больше, чем на других. Обмотанный с головы до ног покрывалом он был похож на упитанную, такую, матрёшку.
Ольма скромненько ждала, когда я закончу, Валелиор что-то записывал в блокноте, который притащил с собой с наших летних каникул.
— Всё будет хорошо, не переживай ты так! — Максимус, стоящий у меня за спиной, положил руки на плечи, успокаивая. Чувствует, как я нервничаю. А я в этот момент неожиданно посочувствовала преподавателям, понимая, как нелегко им с нами приходится.
 
С собой я взяла браслет Розальвы — хочу попробовать обналичить имеющиеся там средства. В отдельных кошелях лежали креды, вырученные с продажи моих зелий и крема. Кстати, крема и зелий за эти дни я наварила столько, что замучилась их в рюкзак упаковывать. Хорошо, что у меня в нем пространственный карман иначе и половины бы не влезло!