Ведьмочка на практике (СИ)

— Матвеюшка! Ты как?
— Она, эта тварь, она меня облизала! Всего!
То-то смотрю он такой взъерошенный, и пахнет от него… очень неприятно пахнет. Скизи уткнулась носом в мою шею и недовольно пыхтела.
Я расковыряла дыру побольше, чтоб Матвей мог в неё протиснутся. Вдруг один шаров пошевелился, и по его поверхности зазмеилась трещина. Да это же яйцо! И стрекоза принесла кота для своих стрекозят, которые вот-вот должны вылупится!
— Матвей, пошевеливайся, если не хочешь, чтобы тебя схарчили на обед.
Кот сделал последний рывок на заплетающихся лапах, я подхватила его тушку, всю покрытую скользкой вонючей слизью, и меня тоже чуть не стошнило.
Спуск был ещё тот. Я пыталась не выпустить из рук выскальзывающего кота, при этом нужно было не свалится самой. На последних метрах я всё же проехалась животом по стеблю бамбука, хорошо, что комбинезон очень крепкий, а лицо защищено прозрачным щитком шлема.
— Может, искупаешься?
Я покосилась на блестевшее под солнечными лучами озеро. Но стоило нам подойти поближе к воде, как его поверхность забурлила, и из воды высунулись два глаза. Это сразу отбило всю охоту купаться. Кто знает, что там, в этом озере, обитает?
И тут я буквально зависла. Из леса в сторону озера не спеша двигалось несколько динозавров. Настоящих! Огромных! Динозавров!
Они величаво прошествовали к берегу, наклоняя морды к воде.
Глаза, следившие за нами, глухо булькнули, и поплыли в сторону водопоя.
— Марена! Марена! Уходим!
Матвей, наконец, пришёл в себя и теребил меня за штанину комбинезона.
Со стороны леса появились ещё несколько доисторических особей. И они были явно настроены не так миролюбиво, как те, что, сейчас напившись воды, мирно, словно обычные коровы щипали на берегу травку.
Мы, стараясь слиться с окружающей средой, держались поближе к зарослям бамбука, совершенно забыв, что нужно ещё посматривать и вверх. Над головой послышалось возмущённое стрекотанье. Стрекоза вернулась в гнездо и, видимо, обнаружила, что в её жилище добавился ещё один вход, а добыча исчезла.
Она принялась летать над зарослями бамбука, не забывая возмущённо поскрипывать и попискивать. На её стрекотанье прилетела ещё одна стрекоза, заглянув в гнездо, тоже принялась патрулировать небо над бамбуковыми зарослями. Видимо, особи Т- 76 всё же живут парами!
Срезав кинжалом несколько крупных листьев, похожих на огромные лопухи, одним накрыла Матвея, из остальных соорудила «букет», которым прикрывала себя и Скизи, все так же сидевшую у меня на плечах.
Обернутся мантикора здесь не могла — не хватало свободного пространства, которое заняли гуляющие на берегу динозавры. Да и в воздухе нас поджидала парочка гигантских стрекоз.
Поэтому мелкими перебежками, от кустика к кустику мы пробирались к кромке леса. И вовремя. Потому как на берегу развернулась настоящая драма. Несколько динозавров, которых я сразу признала, как хищных, напали на отбившегося от стада травоядного динозаврика.
Тот пытался отбиваться хвостом и длинной шеей, но учесть его была предрешена. Стадо травоядных динозавров, потеряв одного из своих, громко протрубило, подняв головы к небу, и развернувшись, медленно направилось в сторону леса, смирившись с потерей.
Мы тоже нырнули под кроны деревьев, рассчитывая найти там защиту от преследовавших нас стрекоз.
Когда мы решили, что найдём защиту в лесу, это мы не подумавши решили. Здесь под каждым деревом, под каждым кустом просто кишела разнообразная жизнь и не вся она была дружелюбна к нам. В большинстве своём обитатели леса рассматривали нас в качестве своего обеда.
Но и к озеру возвращаться было нельзя, там хищные динозавры, и стрекозы, возмущённые побегом кота и новой несанкционированной дверью в их жилище.
Оставалось идти вперёд, что мы и сделали. Когда немного успокоилась, насколько это возможно в месте, где каждый второй куст заглядывается на твою филейную часть, спросила:
— Ты почему защитный барьер не выставил?
— Не успел, тебя спасал. А потом эта гадость меня за шею тяпнула и что-то туда впрыснула, я и отключился. Посмотри: сильно она меня?
 
Я попыталась что-то рассмотреть в густой кошачьей шерсти, но так ничего и не нашла.
— Нет там ничего. Может тебе показалось?
— Ничего не показалось. У неё жало знаешь какое? Во!
Кот раздвинул лапы, насколько это было возможно, показывая каким жалом его тяпнул этот доисторический вертолёт. Парк юрского периода в живую, чтоб его!
— А ты сама то что? Почему её фаерболами не сбила? — спросил он после минутного молчания.
— В тебя боялась попасть.
Кота этот ответ вполне устроил, и он двинулся дальше, продираясь сквозь заросли. Я за ним.
— Слушай, а куда это ты нас ведёшь? — спросила я его спустя некоторое время, когда уже задолбалась пробираться сквозь непролазные джунгли, перелезая через огромные поваленные стволы. Коту хорошо — у него когти.
— Я думал, ты знаешь куда идти, отозвался хвостатый, возвращаясь ко мне.
Нормально! Вообще-то он впереди идёт.
— Значит, мы всё это время шли непонятно куда, — вздохнула я, садясь на ближайшее поваленное дерево и отдирая каких-то мелких хищников, решивших попробовать мой комбинезон на вкус.
Скизи, всё это время ехавшая на моих плечах и благоразумно молчавшая постучала лапой по шлему, передавая отрывочные изображения Керна и Малики.
— Точно! Спасибо, моя хорошая! У нас же есть передатчик.
Ага, который я отключила около гнезда стрекоз, боясь спугнуть их шумом, да так до сих пор и не включила.
Я сняла шлем и включила передатчик. В шлеме сразу затрещало и послышались голоса наших новых друзей. Только что-то понять было невозможно. Обрывочные фразы и отдельные слова — вот и всё, что мы услышали. Я потрясла шлем.
- Испортился что ли?
Кот подозрительно сощурил зелёные глаза:
— Ты точно головой не стукалась? Может, не помнишь? Может так приложилась, что передатчик сломался?
— Ничего я не прикладывалась. Это похоже на радиопомехи, что-то искажает сигнал. Керн! Малика! Мы у озера!
Закричала я внутрь шлема.
В шлеме булькнуло и переспросило: — Озеро?
— Озеро, озеро! Большое, круглое. Вулканическое, наверное. Здесь помехи, постараемся немного ещё пройти, может связь наладится.
В ответ голосом Керна булькнуло:
— Озеро сидеть!
— Сидеть, так сидеть. Я, в общем-то, не против. Надоело уже по этим джунглям скакать.
Конечно, долго усидеть на месте я не смогла. Меня привлекло очень забавное растение. Яркая чашечка цветка была похоже на большую пасть, а тычинки — на глаза, качающиеся на гибких антенках. Вот бы мне его в свой гербарий! Такого точно ни у кого не будет!
— Матвей, смотри какая прелесть!
Кот подошёл поближе к заинтересовавшему меня кусту, и ткнул его лапой. В ответ «милота» щёлкнула пастью, пытаясь ухватить, эту самую, кошачью лапу. Матвей от неожиданности испустил боевой мяв и вздыбил шерсть. Вот только после стрекозиных облизываний, его шёрстка, покрытая толстым слоем слизи, очень быстро подсохла на солнце и слиплась мелкими пучками. Поэтому кот сейчас был похож на дикобраза с торчащими во все стороны иглами слипшейся шерсти. Очень в духе этого места.
Когда Матвей немного успокоившись отошёл от кустика, тот неожиданно активно завозился на месте, а потом пополз следом за ним, шустро перебирая короткими корешками. От такого зрелища подзависли и я и Матвей. В результате чудо-цветок попытался цапнуть его за хвост.
Кот офигел от такой наглости, и уже выпустил свои когти, собираясь расправится с растением, но я его остановила:
— Подожди! Давай его себе возьмём? Это походу какой-то вид мухоловки, охотиться на всё, что двигается.
 
Я подобрала ползущую по стволу дерева гусеницу и метко забросила её в пасть цветка. Створки цветочного бутона чавкнули, закрываясь и пряча внутри свою добычу. Вот только спустя минуту цветочек пополз уже в мою сторону. Бутон раскрылся, словно клюв голодного птенца, намекая на добавку.