"Коллекция военных приключений. Вече-3". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
«Ну, слава Богу, – думал Юрий, раскладывая принесенные подарки на столе, – Никитин вчера достаточно твердо гарантировал, что к третьему июня он подготовит для меня десяток «прожигалок». Хватит ли этого количества или нет, не знаю, но лучше иметь что-то, чем ничего. Время ведь идет неумолимо, и отпуск мой уже уменьшился почти наполовину, а я еще ничего толком и не сделал».
Конечно же дела обстояли не так плохо. За три недели Юрию Сорокину удалось сделать необычайно много. Мало того, что он провел весьма плодотворную рекогносцировку в Калининграде, но он еще научился, и весьма неплохо, пользоваться аквалангом, а кроме того, ему удалось инициировать, по ходу дела, и создание оригинального устройства, пригодного для прожигания металла даже под водой. Забегая несколько вперед, можно сказать, что уже четвертого июня он отправит на свое имя в Калининград два увесистых ящика, в которые загрузит как свежеизготовленные кумулятивные мины, так и все ранее собранное оборудование для проведения подводных работ. Там же лежала и буквально навязанная ему его знакомым слесарем из мастерских все того же института вибропила с алмазной режущей кромкой. Поколебавшись несколько минут, он положил в один из них и отцовский «парабеллум».
«Не пригодится, отвезу назад, – подумал он тогда, – а если понадобится, то лучше пусть будет у меня там под рукой».
28 МАЯ 1992 г.
Проснувшись поутру с удивительно свежей головой, Юрий, отчетливо понимая, что подготовка его подходит к концу, решил, что пришло время подумать и о приобретении собственного водолазного снаряжения.
«Куда бы это мне направиться? – думал он во время бритья, – на Ленинский или лучше двинуться на Студенческую? Хотя нет, этот вопрос мы пока отложим, самое главное сейчас – это прикинуть тот минимальный объем снаряжения, который позволит мне вести самостоятельный и независимый от любых превратностей судьбы поиск».
Верный своей давней привычке все планы осуществлять сначала на бумаге, он раскрыл свою рабочую тетрадь и начал составлять очередной подробный список требуемого для работы в Калининграде оборудования. Первым в этом списке стояло: «Комплект №1». Далее шла расшифровка этой надписи: маска, трубка, ласты.
«Так, так, здесь у нас полный порядок, – удовлетворенно констатировал Юрий».
Немного подумав, он решительно вычеркнул из списка ласты, решив, что скоростным плаванием ему в катакомбах заниматься не придется. Вместо них он, правда, тут же вписал резиновые галоши. Следующей строкой в его список было вписано: «Комплект №2». Это означало: акваланг, грузовой пояс, фонарь и водолазный нож.
«Фонарь у меня есть, – занес над этим пунктом карандаш Юрий, но тут же опустил его. – Эге, как бы мне тут не попасть впросак, – подумал он, – у моего маленького фонарика ресурс рассчитан только на полчаса, а дальше что прикажете делать, впотьмах сидеть? Нет, лучше я еще один докуплю, и возьму, наверное, помощнее. Кто знает, сколько времени мне придется проводить в залитых водой штреках, а с мощным, «долгоиграющим» фонарем путешествовать по ним будет не так страшно».
Решив для себя эту небольшую проблему, он написал в своем плане и третью строчку: «Средства жизнеобеспечения и ориентировки. – Протерев внезапно зачесавшийся глаз, Юрий продолжил. – Компрессор, защитный костюм, спасательные веревки, подводный компас, часы, глубиномер». «Здесь уж ни прибавить, ни убавить», – решил он после еще одного, самого критического осмотра составленного им перечня.
Одевшись и положив в карман пиджака список необходимого снаряжения, он двинулся на осмотр московских магазинов, торгующих подобным товаром. Основной его целью в этот раз пока было только ознакомление с ценами и качеством предлагаемого оборудования, пригодного для его целей. Вернулся он уже под вечер, уставший и весьма удрученный. Разложив на столе собранные за день ценники, прайс-листы и красочные рекламки, Юрий вынул из шкафа калькулятор и принялся за составление сметы своих будущих расходов на снаряжение. Примерно через полчаса он уже знал, какая же для этого потребуется сумма. Она, как вчерне и предполагалось, к большому его неудовольствию, вплотную приблизилась к шести тысячам долларов. Однако связавшись по телефону со своим инструктором и поделившись с ним своей проблемой, услышал от него в ответ уверения в том, что он сильно заблуждается и что на самом деле, практически все, что он наметил, можно приобрести значительно дешевле.
– Что это Вы, Юрий Александрович, удумали ходить по магазинам в наше бурное время, – укорял его Андрей, – ведь столько всяких неликвидов лежит и у любителей, и в развалившихся секциях подводного плавания. Давайте встретимся с Вами завтра пораньше и проедемся по некоторым «точкам», я ручаюсь головой, что до вечера почти все у Вас будет дома в кучке лежать, причем как минимум вдвое дешевле.
Андрей действительно был профессионалом, в чем Юрий убедился на следующий день еще раз. И хотя домой в тот самый день он вернулся только ближе к полуночи, но зато, как и предсказывал накануне его инструктор, он с удовлетворением мог обозреть сложенный в коридоре полный набор водолазной техники, который, правда, не включал в себя некоторые несущественные мелочи, но зато был опробован, протестирован и позволял погрузиться в любой водоем хоть завтра. И что самое отрадное, весь он обошелся ему, в пересчете на американский эквивалент, во вполне посильную, хотя все равно значительную сумму. Но никакие траты уже не могли его остановить. Маховик был закручен так сильно, желание раскрыть тайну было столь велико, что у него не возникло и мысли о том, что можно еще остановиться и повернуть все вспять. Использовав внезапно подвернувшуюся оказию, ему вскоре удалось вывезти все собранное им оборудование в Белоруссию, откуда до Калининграда было уже рукой подать.
8 ИЮНЯ 1992 г.
К своему самому первому погружению Юрий подготовился, как ему казалось, со всей тщательностью. Поскольку все основные приготовления он сделал вчера, то ему осталось совсем немного: натянуть гидрокостюм, накинуть на плечи увесистый акваланг и спуститься в колодец. Но перед этим он не столько специально, сколько машинально проделал старинный русский обряд, называющийся в народе «посидеть на дорожку». Юрий с натугой распахнул обе створки люка и, направив луч своего большого фонаря вертикально вниз, в глубокой задумчивости уселся на пол, свесив ноги в колодец. Мертвенно застывший квадрат воды равнодушно отражал световой луч, и через некоторое время ему уже стало казаться, что это оттуда, из-под водной толщи, ему светит своим трофейным фонарем старый танкист, давая знак о том, что путь свободен.
«Я жду тебя, сынок», – будто бы совершенно явственно услышал он далекий голос отца.
Встрепенувшись, Юрий очнулся и быстро огляделся по сторонам. Но он был в гараже все так же один.
«Все, хватит мечтать, – одернул он себя, – пора и за дело браться».
Облачившись в гидрокостюм, Юрий застегнул на левом запястье глубиномер и часы, а на правом – компас подводника, накинул лямки акваланга на плечи и, потуже застегнув его поясной ремень, повернул рукоятку вентиля основной подачи воздуха. Вставив в рот загубник, он сделал глубокий вдох. Четко щелкнул легочный автомат, и в его легкие свободно полился заметно более холодный, нежели в гараже, воздух. «Проверено, все в порядке», – подумал Юрий и решительно двинулся к шахте колодца. Так как необходимые для работы под водой приборы и инструменты были им сложены в нише еще накануне, то спуск по лестнице не доставил ему особых трудностей, хотя Юрий и отметил про себя, что в водолазном снаряжении он стал как минимум вдвое менее поворотливым. Добравшись до опорной доски, он заполз на четвереньках в нишу и, включив большой фонарь, продолжил дооснащение. Пристегнув к специальной петле на правом бедре комбинезона свой прекрасный водолазный нож, он затем поднял и с большим трудом застегнул на талии увесистый грузовой пояс, надел маску и, вставив в рот загубник, довольно неуклюже сверзился в воду. Интенсивно заработав ногами, он тут же всплыл на поверхность и, ухватив за ручку оставленный им на краю ниши фонарь, глубоко вдохнул и начал решительно погружаться. В то время, пока Юрий плавно падал в бездну колодца, он успел заметить, что снизу как раз к нише ведет точно такая же, как и к поверхности, лестница из сильно поржавевших скоб.