В его власти (СИ)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Тогда, мы могли бы завести отношения, в которых тебе пришлось бы уделять мне время сугубо в горизонтальной плоскости, после работы, когда твой сын уже заснет и не будет нуждаться в твоем внимании, - заявил этот наглец.
 Алена едва не задохнулась от возмущения. Хотя она и не была святошей, но такое предложение было оскорбительным. Она не какая-то нимфоманка, чтобы заводить мужчину для секса. Тем более – начальника. Ничем хорошим такие истории не кончались, а он еще и имел возможность хорошенько подпортить ей деловую репутацию с внесением в личное дело какой угодно лжи, если что-то пойдет не так. Нет уж, спасибо!
 - Нет. Я все же настаиваю на том, чтобы забыть и отпустить эту ситуацию, Игнат Валерьевич, - аккуратно ответила она, скрывая свою злость.
 - Да перестань ты мне уже выкать! – нетерпеливо прорычал он, заставив Тему испуганно вздрогнуть.
 - Йа! – недовольно воскликнул малыш, смачно хлопая его раскрытой ладошкой прямо в середину лба.
 Алена одновременно испугалась его реакции и едва удержалась от смеха, таким уморительным было обескураженное выражение лица начальника. А уж когда, все еще недовольный, Тема с хлопком приложился ладошкой к его рту, будто прося заткнуться, они оба покатились со смеху.
 - Ты самый наглый и агрессивный малыш из всех, кого я когда-либо видел! - отсмеявшись, снова прорычал мужчина, наводя на себя грозный вид.
 Взяв за подмышки, он поднял Тему на уровень своего лица и, конечно же, в ответ получил пинок в свой идеальный квадратный подбородок крошечной ножкой в голубых ползунках. Ее мальчик и вправду был тем еще хулиганом. Решив вмешаться, пока он, в конце концов, и в правду не разозлил ее начальника, она вскочила на ноги и быстро перехватила сына у Игната Валерьевича, пытаясь не соприкасаться с его ладонями.
 - Нам пора. Извините за это! - на ходу проговорила  девушка, чуть ли не бегом направляясь к выходу. – Увидимся на работе.
 К счастью, он не стал останавливать ее, чтобы настоять на своем, но она услышала, как он пробормотал себе под нос «Еще посмотрим». Что ж,  Алена планировала придерживаться своего первоначального решения и не позволять ему себя провоцировать. Чтобы он не думал, им было не по пути и убедить ее в обратном ему не удастся.
Быстро зайдя в свою квартиру, она захлопнула дверь и строго посмотрела на сына на своих руках.
 - Артем, что я говорила о том, что нельзя бить людей? – тоном строгой мамочки спросила Алена.
 И получила в ответ смачный шлепок по губам и счастливое хихиканье.
Глава 30
В понедельник Алена с облегчением убедилась, что Игнат Валерьевич прислушался к ее просьбе. Утром, придя на работу, он, как обычно, поздоровался и ушел в свой кабинет. Когда она заходила к нему в течение дня с документами или кофе, он ни разу, ни словом, ни взглядом не дал понять, что относится к ней иначе, чем как к простой секретарше. Глупо было отрицать, что факт такого быстрого отступления не кольнул ее женское самолюбие, но умом Алена понимала, что это правильно. Все оказалось не так неловко, как она думала, будет, так что девушка испытала огромное облегчение.
 Вечером, придя домой с Темой, она накормила его, умудрившись поужинать  сама, так как сегодня он вел себя немного нервно и упрямо не желал слезать с рук, и, устало села на диван, откинувшись на спинку и укачивая сына на коленях. Он сосал свой кулачок и выглядел таким несчастным, что ей стало жалко его до слез. К счастью, мазь для десен, которую она нанесла ему после еды, скоро подействовала и к десяти вечера он уснул, следуя их обычному расписанию. Приняв душ и обмотав голову полотенцем, так как будить сына феном она не собиралась, Алена села за свой ноутбук, чтобы заняться халтурой, благодаря которой время от времени подрабатывала в интернете, и так увлеклась, что в реальность ее привел только звук сообщения в телефоне.
 «Открой дверь»
 Девушка уставилась на экран, не веря своим глазам. Сообщение было от Игната Валерьевича. Какого черта ему понадобилось в одиннадцать ночи?
 
 «Что случилось?» - ответила она.
 Раздавшийся за этим стук, так как ее дверной звонок был сломан, заставил ее подскочить с дивана и помчаться открывать, пока он не разбудил Тему.
 - Не шумите так, мой сын спит! – зло прошипела она, распахивая дверь. – Что Вам нужно?
 Последовавшее за этими словами нападение едва не сбило ее с ног. Игнат Валерьевич налетел на нее, словно коршун, крепко прижимая к своей груди и нетерпеливо набрасываясь на ее губы в грубом поцелуе. Алена беспомощно пискнула и ухватилась за его плечи, чтобы удержаться, а в следующий миг его язык штурмовал ее рот и, после нескольких слабых попыток вырваться, она перестала соображать, охваченная тем же огнем, жадно отвечая на поцелуй и совершенно уплывая за грань действительности. Это был совершенно не тот вид поцелуев, к которым она привыкла. Он пожирал ее, как голодное животное, рыча и прикусывая губы, и по ее телу лихорадочно распространялся жар, сосредотачиваясь болезненным жгутом внизу живота. Только когда им перестало хватать дыхания и пришлось отстраниться, в ее голову вернулась капелька здравомыслия. Алена уперлась руками в грудь мужчины и попыталась его оттолкнуть, но он не отпустил ее, крепко сцепив руки в замок на ее пояснице.
 - Что Вы делаете? Отпустите меня немедленно! – все еще не в силах нормально отдышаться, потребовала она.
 - Не хочу, - ответил он, утыкаясь лицом в ее шею и обжигая кожу горячим дыханием, и, еще более горячим, ртом.
 Девушка снова попыталась его оттолкнуть, но его губы, покрывающие ее шею поцелуями и легкими укусами, а также собственное, горящее от желания, тело, заставили ее снова сдаться. Ее руки непроизвольно начали скользить вниз по его плечам, спине, пока не нашли край футболки и не скользнули под нее, находя чувствительной кожей подушечек пальцев обнаженную плоть, казалось, сплошь состоящую из твердых мускулов. Алена застонала, чувствуя, как судорожно сокращается ее влагалище от возбуждения и сама потянулась к его губам.
 Второй поцелуй был таким же сумасшедшим, как и первый. Полотенце с ее головы улетело прочь, а рассыпавшиеся волосы мужчина собрал в кулак, откидывая ее голову назад и врываясь в ее рот так, будто хотел трахнуть его языком. Она не поняла, каким образом они оказались на кухне, но в следующий миг Игнат Валерьевич уже стягивал с нее халат, оставляя абсолютно обнаженной. Его губы пустились в путешествие по ее телу, нетерпеливые и безжалостные. Она могла только беспомощно всхлипывать, впиваясь ногтями в его плечи и выгибая спину, пока он спускался вниз, по ключицам к груди, которую тут же обхватил обеими ладонями, жестко массируя и покручивая соски в грубоватой манере, которая действовала на нее похлеще любого нежного прикосновения. А когда он накрыл один сосок губами, всасывая в горячий рот и щелкая по нему языком, не сдержала легкого вскрика от искры, которую послала эта ласка прямо в ее пульсирующий клитор.
 - Тише, - мрачно предупредил ее мужчина, оторвавшись от соска, который покраснел и влажно блестел в полутьме от его внимания. – Не хочу затыкать тебе рот.
 В любое другое время она возмутилась бы, но его властный тон послал мурашки по ее позвоночнику и заставил нетерпеливо выгнуться, буквально пихая свою грудь ему в лицо. Усмехнувшись и не отводя взгляда от ее полуприкрытых глаз, он наклонился и медленным тягучим движением начал сосать сосок, изредка царапая его зубами, отчего она вздрагивала и тихо стонала в закушенную ладонь.
 
 Алена стала мокрой, как никогда, задыхаясь от страсти, чувствуя, как влага стекает по ее бедрам и ее становится все больше от каждого подергивания его губ на ее груди. Всего одно прикосновение к пульсирующему комочку нервов между ног и она кончила бы, но Игнат Валерьевич даже не думал спускаться в том направлении. Не в силах больше выносить острого возбуждения, не находящего освобождения и перерастающего в боль, она опустила свободную руку вниз по животу и только дотронулась до скользких складочек пальцами, как он перехватил ее запястье.  Оторвавшись от ее ноющей и покрасневшей груди с опухшими сосками, мужчина поднес перехваченную ладонь к своему рту и медленно облизал мокрые от ее влаги кончики пальцев.