Overlord. Трудно быть Богом. Том 1 (СИ)

Вторым возможным направлением обучения в храме был путь лекаря. Путь мага-поддержки. Этот путь так же делился на тёмную и светлую части. В конце концов, возможности малефики и тёмного исцеления не стоило недооценивать. Да и большинство целительной магии стоит на стыке противоположных направлений волшебства. Этот путь из-за особенностей телосложения был почти полностью закрыт для Лалатины. Впрочем, это не помешало рачительным мастерам впихнуть в прелестную блондинистую головку как можно больше доступных знаний в этой сфере. К тому же, именно лекари храма специализировались на призыве светлых и тёмных ангелов, что серьёзно подогревало интерес к обучению у девочки после её первой встречи с Лулу.
Третьей школой боя был путь Святого Щита. Также делится на «тёмный» и «светлый» щиты. По сути своей это путь крестоносца, путь защитника, путь танка. Путь того, кто принимает урон других на себя, ни капли не жалея собственное тело. Довольно тяжёлый в обучении путь. Многие вообще сомневались, что люди способны по нему пройти. И именно этот путь больше всего приглянулся Лалатине.
Несмотря ни на какой талант к Дыханию Света, которое иногда приходилось впихивать в сопротивляющуюся девочку, она всецело решила пойти по пути щита. И причина, по которой она его выбрала, была парадоксальна: боль. Будучи пятилетней соплюхой она влюбилась в это чувство. Именно это чувство стало ассоциироваться у неё в голове с настоящей жизнью. Именно в погоне за ним она решила избрать наиболее болезненную школу боя. Ведь только чувствуя, как проливается её собственная кровь, она ощущала себя по-настоящему живой. А Дыхание Света при использовании наоборот, приглушало боль. Оттого и выбор Лалатины был столь необычен.
Когда вся подоплека событий дошла до отвечающей за храм серафима, та лишь пожала плечами и сказала «На всё воля Владыки». С тех пор жители храма перестали спорить с упрямой девчонкой. Что, впрочем, не помешало им заставить её выучить основные пять стилей Дыхания Света.
Так и продолжалось довольно беззаботное детство Лалатины. Да, её сурово обучали в храме и редко выпускали наружу. Тем не менее она спокойно пару раз в год возвращалась домой к отцу, матери и младшему братику, где могла провести уютные семейные вечера в компании любящих её разумных. Не то, чтобы в храме её не любили. Полулюди храма стали для неё второй семьёй. Но Игнис с остальными всё же ей были ближе.
Изначально отец девочки беспокоился за социализацию родной кровиночки. Он даже подумывал начать собирать на время приезда Лалатины у себя детей других аристократов. Но этому уже воспротивилась сама дочка, явно нежелающая, чтобы посторонние люди вмешивались в их семейную идиллию. А все тревоги отца рассыпались напрочь после известия о том, что её регулярно водят пообщаться с воспитанниками Храма Огня и Храма Воды. Более того, сам Игнис удивился тому, что между чёрно-белым храмом и нашумевшими Храмами Боевых Искусств есть столь сильная связь. Но припомнив общие элементы их символики, он был вынужден согласиться, что всё это было у них на виду. В конце концов, и там и там над входом виднелся символ диагонального креста внутри круга. Символ Единого Бога.
Шли годы. Вопреки желанию многих южных аристократов, на престол Королевства впервые в истории взошла женщина: Калка Бессарез. Сам Игнис спокойно выпустил из-под своей опеки свою подопечную, Ремедиос Кастодио, что в кратчайшие сроки заняла главенствующую позицию в ордене паладинов. Более того, она стала признанным «белым» рыцарем из Девяти цветов. Многие считали её сильнейшим в истории паладином. Игнис на это лишь вежливо улыбался. Девочка действительно была талантлива. Однако он видел, во что превращалась его собственная дочь. Мелкая пигалица двенадцати лет отроду уже могла заставить попотеть своего собственного отца. Если дать ей ещё с десяток лет, то Ремедио придётся лишь в зависти кусать собственные локти. В конце концов, Лалатина и так была не обделена талантом. Кровь серафима лишь усилила её природные данные.
 
Не одним обучением единым проживала свою жизнь юная Дастинесс. Сами храмовые воспитатели часто выпинывали её на встречу приключениям, дабы она могла познать окружающий мир и набраться боевого опыта. С одиннадцати лет такие вылазки во внешний мир стали для неё довольно регулярными. Ей даже позволили зарегистрироваться в местной гильдии авантюристов, дабы любой имел возможность проследить её успехи с самого раннего этапа собственной карьеры. Да, не смотря на то, что она была рождена в семье паладинов с талантом паладинов и воспитана в храме паладинов, Лалатина мечтала стать авантюристом. Притом одним из сильнейших, дабы сравниться с легендарными Тринадцатью Героями и оставить в истории мира собственное имя. Храм лишь вздохнул и пошёл ей на встречу. Тем более, в таком случае она ни в коем случае не зарывала собственный потенциал. А потому и противодействия не было. Разве что отец дочери слегка поворчал, но он уже вовсю занялся тренировками собственного сына. Клинок порядка кому-то передавать всё-таки нужно.
Так и продолжалась жизнь необычной авантюристки, пока ей не исполнилось 19 лет. Она наконец-то решила пойти дальше, за границы Королевства Робл. Посмотреть на знаменитую Империю, глянуть на столицу Королевства Ре-Эстиз. Возможно, повстречать легендарных адамантовых авантюристов на своём пути. Из-за всеобщей мобилизации таковых практически не было в её родной стране, ведь подобные им личности всегда были весьма свободолюбивы. И Лалатина их активно поддерживала в этом, ведь сама была из того же теста. К тому же, она надеялась, что среди людей её калибра сможет найти настоящих подруг, на которых, не смотря на все старания окружающих, её детство было довольно бедно. Сейчас, добравшись до мифрилового ранга исключительно самостоятельно, без сторонней команды, она захотела прервать свой одинокий путь и найти достойных спутников. И лишь другие страны могли ей подарить подобную возможность.
Именно поэтому она сейчас, стоя на пороге чёрно-белого храма, выслушивала последние наставления от Алариэль, что как курица наседка квохтала вокруг неё, изливая тонны беспокойства в воздух. Эльфийка уже давно стала для Лалатины кем-то вроде второй матери, потому юной девушке было даже несколько грустно на столь долгий срок покидать её.
Но наконец-то прощание закончилось, и юный крестоносец вскочила на своего коня, дабы поскорее отправиться в своё путешествие. Её ждал порт столицы, откуда она отправиться прямиком в Ре-Эстиз.
Глядя на спину удаляющейся юной Дастинесс, Алариэль достала из инвентаря небольшой платочек с детским кривым рисунком, явно выполненный не особо умелыми руками ребёнка, и промокла собственные глаза. Этот платок был одним из первых подарков, который она получила от Лалатины после уроков вышивки. Вот уже с десяток лет она хранит его при себе. Возможно, Лалатина не была рождена частью Назарика, но она стала его частью в момент перерождения. Стала его частью после того, как его обитатели вложили в неё всю свою душу. Сейчас, глядя на спину своей воспитанницы, она как никогда это прекрасно поняла. Она поняла, что всё было не зря. Что её ученица не подведёт свою наставницу. Что Владыка будет доволен той работой, которой они себя посвятили последние пятнадцать лет.
И теперь, когда первый саженец дал всходы, настала пора на основе полученного опыта построить новые грядки. Проект Крестоносец переходил во вторую фазу.
* * *
На третий этаж дорогого и представительного здания молча пробиралась закутанная в плащ фигура. Многие могли бы принять её за профессионального воришку, однако некоторая неуклюжесть и скованность движений говорили о том, что происходящее для неё также не является нормой. Тем не менее, силуэт обладал явно выдающимися физическими способностями, поскольку несмотря на неуверенность, его обладатель успешно подступал к требуемому балкону. Этот балкон принадлежал одной из элитнейших гостиниц столицы Королевства Ре-Эстиз. Более того, балкон примыкал к довольно дорогому номеру, что полностью сняла целая команда легендарных адамантовых авантюристов. И именно к ним с достойным упорством лезла фигура в тёмном плаще.