Overlord. Трудно быть Богом. Том 1 (СИ)

От слов Владыки Серафолл слегка скуксилась. Она кучу времени потратила, выстраивая стройную и могущественную магическую систему, а её бездарные ученики по большей части не прошли даже половину её пути.
— Нинья действительно неплоха. Я знаю, кто её учитель, и она уже его вскоре превзойдёт. Неудачник лишь четыре года назад сумел построить второй магический круг, и сделал это наверняка перед своей ученицей. Полагаю, она как минимум знает, что нужно сделать дальше. У неё может даже получиться. Но пока она не перешагнёт на планку 5-го ранга мне нет никакого смысла с ней встречаться, — в отрицающем жесте покачала головой Левиафан. — Она лишь в начале пути. Пока мне хватает и тех четырёх обалдуев, что наконец-то достигли нужного нам минимума. Хотя, конечно, хотелось бы больше…
Момонга, заметив понижение настроения сидящей у него на коленях подопечной, нежно погладил ту по голове своей правой рукой. После его действий лицо Серафолл сразу озарило улыбкой. Несмотря на уже внушительный срок реальной жизни по сравнению с обычными людьми, иногда многие НИПы продолжали вести себя как дети. Но Владыка не возражал. Он давно научился наслаждаться их взаимодействием с ним, друг с другом и с окружающим миром, каким бы оно при этом ни было.
— Эсдес? — мужчина скосил глаза на самую молчаливую из его сегодняшних спутниц.
— Почти половина высокоуровневых авантюристов в этом бою владела одним из наших боевых искусств. В какой-то мере это успех, особенно если учесть, что именно в Ре-Эстизе мы не особо старались распространить его повсеместно. Но вот качество самих бойцов, — Эсдес показательно сморщила моську, — меня удручает.
Момонга лишь вздохнул на это. Несмотря на жестокость окружающего мира люди совершенно не меняются. Казалось бы, пришёл в храм научиться сражаться, так выложись на полную. Но большинство останавливаются на середине пути. Вышедших из-под их крыла мастеров буквально единицы. Зато учеников числится уже больше тысячи. Конечно это всё без учёта НИПов Назарика. Вот уж где никто и никогда не отлынивает.
— Но в целом этого достаточно на сегодняшний день, — всё же высказался Момонга. — Сегодня мы увидели много полезного и интересного. Это была одна из самых больших стычек, устроенных нами после прибытия. Думаю, после такой лажи в городе королевские войска окажутся достаточно подготовлены к нашему следующему этапу. Тем более, что мы оставили некоторые следы, ведущие к столице королевства.
— Да, муж мой, — проворковала суккуба, расправив своим чёрные крылышки. — Проект «Подземелье» уже вышел на финальный этап. Выбранные вами столицы погрузятся в хаос и ослабнут. Кроме Империи, конечно. Те как раз будут неожиданно готовы к подобному повороту событий.
— Да, любовь моя, — могущественный бог Старого и Нового мира подарил своей жене нежный поцелуй. — Всё идёт согласно плану.
  
Глава 17. Эпилог
 
На дорогом диване из королевского дерева и красного шёлка лежал мужчина. Он весь был обмотан белоснежными бинтами, от которых исходил запах лекарственных трав и мазей. Каждая лента источала небольшое свечение, что говорило о дополнительных целебных свойствах бинтов, вложенных в них жрицами храма при помощи святой энергии. Сам мужчина, не смотря на своё не завидное положение, копался в принесённых ему бумагах, стараясь не двигаться слишком резко из-за пронизывающей всё тело боли. Он был мастером гильдии, и у него было много работы после недавнего фиаско на кладбище города.
Внезапно со стуком в дверь в обширный кабинет вошёл худой и невзрачный маг. Но не смотря на свой неказистый вид, этот чародей был мастером здешней гильдией магов и обладал обширной властью в пределах Э-Рантэла. Поглядев на перемотанного владельца кабинета, что даже с обширными ранениями продолжает свою работу, Тео Рейкшир не смог сдержать усталого вздоха:
— Аинзак, тебе бы отдохнуть. Ты уже не столь молод, да и зелья тебя почти высушили.
Мастер гильдии магов был прав. Во время сражения главе авантюристов пришлось принять три чрезвычайно токсичных зелья, созданных гением Лиззи Барел. Благодаря им он смог двигаться, как в молодости, смог сравниться в силе со своими врагами и даже одолеть их. Однако цена была достаточно высока, чтобы по окончанию их действий он ступил одной ногой в могилу. Лишь своевременная помощь со стороны его друга смогла вытащить его бренную душу из лап загробного царства, каким бы оно ни было.
 
— Тео, разбирать бумажки — это всё, что я сейчас могу. И, скорее всего, теперь это будет единственным, на что я буду способен, — с нотками грусти произнёс Аинзак Плутон. Его друг, умостившись в кресле напротив лежащего авантюриста в отставке, поинтересовался причинами слов собеседника:
— Что ты имеешь ввиду? Мне говорили, что ты идёшь на поправку.
— Это так, но… Я скоро смогу встать на ноги, но отныне во мне нет силы, чтобы взять в руки свой меч. Моё тело истощило большинство ресурсов. Мне больше не суждено использовать наработанные мной навыки и умения. Я даже активировать магию своего меча больше не смогу, — с непритворной болью разъяснил свой настрой Плутон. — Слишком большая нагрузка пала на моё старое тело. Оно не выдержало. Всё, что у меня есть, это максимум 10 лет спокойной жизни, прежде чем оно развалится. Или минуты две прежней боевой славы.
Тео, посмотрев на кривую ухмылку своего товарища, выглядывающую из-под бинтов, лишь обречённо покачал головой.
— Не стоит тебе ставить крест на себе. Ты не так уж и стар, да и мало ли, что вновь сможет выдать гений нашего великого алхимика. А она ведь нам обязана за спасение своего сына. Так что живи, следи за своим здоровьем и не сдавайся, друг мой. Я тоже поищу кого-нибудь, кто сможет тебе помочь.
На этот раз кривая улыбка Аинзака стала гораздо ровнее и теплее. В глазах мастера гильдии плескалась благодарность, а его уста непроизвольно прошептали:
— Спасибо.
На время в кабинете установилась тишина. Лишь звуки перебираемой бумаги нарушали приятное безмолвие. Так продолжалось несколько минут, пока нырнувшего в свои размышления Рейкшира не вернул к реальности голос Плутона.
— К слову об алхимиках. Как мальчишка? Энфри?
— Порядок. Пролежал немного без сознания, а потом вскочил, как горный козлик. У него лишь лёгкое умственное истощение. Что бы не делал найденный на нём артефакт, он ему практически никак не навредил.
— Артефакт? — Аинзак заинтересованно посмотрел на своего друга.
— На мальчишке была диадема. Дорогая на вид. С кучей драгоценных камней. И переполненная какой-то магией. Сам парень был словно послушная марионетка, пока её носил. Никто не рискнул трогать неизвестный артефакт, но пришёл Альберт и просто разбил его.
— Разбил? Сходу?
— Ну, он оценил сначала, что это такое. У него есть, оказывается, высокоуровневая магия оценки. Ну а после просто, не говоря ни слова, использовал Разрушение предметов. Диадема исчезла, парень упал без сознания. Слышал, к слову, о подобной магии?
— Нет. Впрочем, я не удивлюсь, если он сам изобрёл её для утилизации своих неудачных свитков. Он же постоянно с ними экспериментирует, и только боги знают, что из-под его руки могло выйти.
На время разговор прервался. Аинзак просмотрел остатки отчётов в своих руках и отложил макулатуру на стоящий рядом с ним низкий столик.
— К слову, опиши мне ту диадему. Ты же её видел?
— Я — нет, — отозвался Тео, — но мои подопечные — да. С их слов она выглядела словно корона, сшитая из тонких золотых нитей, с которых на равном удалении друг от друга свисали множество драгоценных камней как капельки на паутине. И в центре лежал большой чёрный кристалл.
— Чёрт, — единственное, что выдавил из себя Аинзак в ответ.
Тео всерьёз обеспокоился реакцией своего друга. Он подался вперёд и настороженно посмотрел в глаза Плутона:
— Ты что-то знаешь?
— Ты только что описал Корону Мудреца. Один из ценных артефактов Теократии Слейн, — обречённым голосом ответил Аинзак, откинувшись на свою подушку и вперив пустой взгляд в потолок.