Пустота

Питер нервозно покосился на Мэйзи, но ответил на мое рукопожатие.
– Я люблю тебя, Питер. Правда.
Он кивнул, и по его щекам потекли слезы. Он медленно вытер их.
– Я не пытаюсь разлучить тебя с Мэйзи. Поверь мне. Но мне нужно побыть наедине с сестрой. Позволишь нам?
– Ага, – прошептал Питер и сглотнул. – Я буду снаружи, – добавил он, но, видимо, вспомнил об Эммете. – На крыльце.
Я заметила, что, говоря это, он смотрел на Мэйзи. Он будет ждать Мэйзи, и, возможно, так будет правильно.
Питер развернулся и вышел через главную дверь.
Мы сидели молча, погрузившись в невеселые раздумья. Спустя, наверное, целую вечность мы чуть-чуть успокоились.
– У меня ощущение, что я – мать Колина, – проговорила Мэйзи, нарушив первой долгую и тяжелую паузу. Эллен была права. Мэйзи раздирали противоречивые чувства. Она подняла голову и посмотрела мне в глаза. В них светилась радость, связанная с моим возвращением, но она очень тревожилась, какова цена этого. – У меня ощущение, что я – жена Питера.
– Потому что ты и то, и другое.
– Но ведь ты тоже.
Мэйзи обхватила себя руками. Я взъерошила Колину волосы и протянула Мэйзи ребенка.
– Вот, – сказала я, отчаянно борясь с желанием не отпускать моего мальчика.
Мэйзи выпрямилась. Теперь Колин не сопротивлялся. Его разноцветные глаза – зеленый и голубой, – озорно поблескивали. А еще я прочла в них понимание. Мэйзи обняла Колина и разрыдалась, зарывшись лицом в его кудри.
– Не знаю, каким образом, но мы все уладим, – произнесла я, гладя Мэйзи по волосам. – В жизни Колина найдется место для двух матерей.
– А в жизни Питера?
То, что Питер смотрел на Мэйзи, разговаривая со мной, доказывало только одно: его сердце уже сделало выбор. Но я решила не отвечать Мэйзи прямо сейчас. Потребуется не один месяц, чтобы все улеглось. Но в будущем мы обязательно поговорим: Питер, Мэйзи, я и, конечно, Эммет. Нам придется быть откровенными, чтобы решить новую головоломку. Мы можем начать с того, что нас объединяет – любовь к Колину. И мы во всем разберемся. Найдем способ примирить два несхожих временных потока, два набора воспоминаний, две реальности. Мы поймем друг друга. Кроме того, мы вместе, ну а остальное встанет на свои места. А сейчас меня волновало лишь то, сколько времени я смогу провести с самым главным мужчиной в моей жизни. Моим сыном.
 
Эпилог
 
Сентябрь принес в Саванну голубое небо и умерил жару. А еще пришла посылка в большом картонном ящике. Я направилась к гаражу, где меня ждал старенький велосипед, возможно, первый мой настоящий друг. Он стоял у стены. Я смазала цепь и выкатила его на дорожку, где лежала коробка. Ради смеха наставила на нее палец и приказала ей открыться. И была вполне довольна тем, что ничегошеньки не произошло. Вернувшись в Саванну, я лишилась магии. Вероятно, такова была цена моего обратного билета. Я потеряла все свои прежние ведьмовские таланты, магическую силу и уже не была волшебницей. Я превратилась в обычного человека, но ни секунды не жалела об этом.
Вернувшись в гараж, я нашла резак и монтировку. Вскрыла острым лезвием упаковку и увидела неоново-оранжевый прицеп для велосипеда, который я купила моему мальчику. Кричащий цвет не очень-то и подходил к моему розовому велосипеду. Прицеп контрастировал с ним даже хуже, чем сумка-холодильник Хило – с ее садовым стулом, но мне было наплевать. Зато теперь нас будет хорошо видно на дороге. Я подкатила прицеп к заднему колесу велосипеда и, быстро пролистав инструкцию, попыталась соединить их. Потом поняла, что все делаю неправильно, углубилась в изучение текста более внимательно. Да, надо руками поработать, подумала я. Странно, но отсутствие магии только взбодрило меня, и я переполнилась такими сильными чувствами, что едва не разревелась от облегчения.
Но не расплакалась. Сложила картонную упаковку и унесла к остальному мусору. Вспрыгнула на велосипед и лихо покаталась по кварталу, убеждаясь, что все в норме. Вернулась на дорожку. Зашла в дом, смыла с рук машинное масло и поднялась наверх, в детскую, где сидел Колин. При виде меня он радостно захлопал в ладошки и засмеялся.
 
– Нам пора, – сказала я, наклоняясь и доставая его из манежа. Поцеловала его в щеку, потом в макушку. Прижалась к нему носом, вдыхая его запах. Наслаждаясь тем, что он настоящий. И тем, что я тоже настоящая.
– О’кей, малыш, – прошептала я, чмокнув его в лоб. – Мама надеется, что ты готов, поскольку собирается устроить тур по городу, рассказав тебе самые дикие небылицы о людях нашей родной Саванны.
Колин громко и нетерпеливо взвизгнул.
– Думаю, ты захочешь спросить, зачем твоей маме сочинять небылицы про город, о котором можно рассказать столько интересного, чистую правду.
Я мягко ткнула пальцем в его пухлый животик.
– Давай, не стесняйся…
 
Благодарности
 
Хочу поблагодарить моего друга Рича Вейсмана и моих чудесных приемных дочерей Ребекку и Маделейн за их любовь, поддержку и воодушевление. Огромное спасибо моему агенту Сьюзен Файнсмен из «Файн Литерари», а также потрясающей команде из «47 Норт», в особенности – Джейсону Керку и Ничи Джордан Хуберт, которые отредактировали последнюю книгу трилогии и помогли мне преодолеть не менее девятнадцати нервных срывов. Отдельно упомяну мою повитуху на ниве литературы Кристен Вебер, которая поддерживала меня с самого начала. Искренне благодарю Дэвида Померико, утвердившего эту серию, а также Анджелу Полидоро – за проделанную ею работу над первыми двумя книгами «Ведьмовской Саванны». Однако этот список был бы неполным без выражения сердечной признательности моим пушистым соавторам Дьюку и Шугар.