Пустота

– Ты хотела меня видеть. Вот он я, – изрек он.
Тиг жаждал того, что грань откажется от нас, своевольных и недисциплинированных Тейлоров из Саванны, и возложит ношу на его могучие плечи. Из всех, кто в тот день имел шанс быть избранным, Тиг оказался самым злобным. Если, конечно, не считать Мэйзи, которая намеревалась убить меня ради того, чтобы заполучить всю силу. Надеялся ли Тиг преуспеть в том, что не удалось моей сестре?
– Что ты здесь натворил? – осведомилась я.
Тиг небрежно скрестил руки на груди и принял непринужденную позу. У него это почти получилось.
– Мерси, я просто сделал то, на что не хватило духу ни у кого из нашей ведьмовской ватаги. Я собираюсь защитить грань. А здесь я, чтобы разобраться с тобой.
И меня озарило. Я сопоставила заклинание Тига, черно-белую реальность, невидимые преграды и недавнее нападение на жилище матушки Хило.
– Так это был ты! – воскликнула я.
Значит, еще несколько месяцев назад Тиг преследовал меня до самого дома Хило, а потом устроил фокус, едва не схлопнув мир вокруг нас. Мы – Хило, Мартелл и я – тогда выбрались живыми, но домик Хило был стерт с лица земли – по-настоящему, а вовсе не фигурально. Магия Тика оказалась даже чернее той, с которой я столкнулась в клубе «Тилландсия». Он пользовался столь ядовитой силой, источник которой терялся в непроглядной тьме.
– Ну и что с того? – ухмыльнулся Тиг.
– Ну и что с того? – передразнила я его, покраснев и сжав кулаки. – Ты думаешь, что крутой! Ты напал на пожилую женщину! Если бы не ты, она бы могла и не…
– Могла что? Кони двинуть? В ящик сыграть?
Тиг наклонился ко мне, яростно сверля меня взглядом.
– Старая карга была уже никому не нужна, а ты не имела права подвергать опасности грань, давая Хило доступ к ней! Кстати, старуха была умной и очень ловкой. Что, если бы она нашла способ заимствовать у грани энергию? Неужто ты считаешь, что она бы поставила потребности грани выше своих? Зачем – какая тут выгода? Это ты якорь. Хотя, сказать по правде, ты не якорь.
Я решила не обращать внимания на колкости Тига, я отступила назад. Он знал, что бьет по больному месту, и провоцировал меня, чтобы повеселиться и достичь своей цели. Раньше ему бы удалось сыграть на моем горячем нраве, но не теперь. Мне стало противно. Зависть и жадность превратили Тига в изверга. Наверное, именно он осквернил могилу матушки Хило.
– Ты гуль [10]. Могилы топчешь. С демонами сделки заключаешь. Расчленил невинную женщину. Ты вообще понимаешь, куда ты влез?
– Что ты лопочешь? Я пришел сюда, чтобы защитить грань. Ко всей прочей дряни, в которую ты ввязалась, я не имею никакого отношения.
Я пошла вокруг него против часовой стрелки, вынуждая Тига поворачивать голову. Я многому научилась от Хило. Даже если движение не создает магический эффект, оно влияет на противника психологически, заставив того обороняться.
Я впервые посмотрела на Тига глазами ведьмы. Когда у меня не было силы, он мог мне угрожать, но сейчас ситуация была иной. Тиг оказался слабаком и бездарем: что бы он там ни воображал, он всего лишь ублажал свой эгоизм. А если говорить о сообразительности, то магическая пентаграмма никогда не была его оружием.
Интуитивно я ощущала, что Тиг считает себя хозяином положения, хотя он был банальным дураком. И вовсе не тем, кто это устроил, у парня, конечно, мозгов на такое не хватило.
– Ладно. Если ты не пользовался магией крови, то как же ты сотворил столь серьезные чары? – спросила я, резко притормозив. Он обескураженно молчал, а я усмехнулась: наконец-то я нанесла ему удар. – У тебя, Тиг, энергии маловато. Чью магию ты используешь? За чьей юбкой прячешься, малыш?
Дернув головой, Тиг бросился на меня, сжав массивные кулаки, вокруг которых засверкали красные искры. Я гадала, пытается он применить против меня магию или просто ударить. Или и то, и другое одновременно. Поэтому я собралась и предельно сконцентрировалась. Будь я проклята, если сдамся.
– Я еще никого не убивал, – прошипел Тиг. – Но определенно могу начать с тебя.
 
Мне следовало испугаться, ужаснуться, но в моем сознании вдруг сложились части головоломки, и я ощутила глубочайшее умиротворение.
– Разумеется, ты бы убил меня, если бы это требовалось. Но ты не можешь, поскольку, если ты ко мне хоть пальцем притронешься, грань никогда, слышишь, никогда не выберет тебя якорем.
Я рассмеялась.
– Напротив, она лишит тебя всякого доступа к ее магии. Ты превратишься в ничтожество, в импотента!
Я подалась в его сторону.
– Вот почему ты отлавливал меня! Тебе не нужна моя смерть. Ты пытаешься меня заточить.
Естественно, заклинание, уничтожившее дом Хило, было ловушкой, а не оружием.
Тиг криво улыбнулся.
– Хочешь еще раз попытаться прыгнуть в родную Саванну? Смешно было наблюдать за тем, как барьер отбросил тебя обратно. Давай, пробуй! Готов сутки напролет на это смотреть.
Тиг уже приободрился, а я лишь снисходительно покачала головой: дескать, сомневаюсь в том, что ты, парень, среди ведьмаков самый умный.
– Ну и каков твой гениальный план? – спросила я шутливым тоном. – У тебя же набралась куча идей, верно? Но скажу тебе по секрету, только неудачники берутся за важные дела с налету.
Тиг выпрямился во весь рост и презрительно прищурился. Облизнул губы.
– Да, у меня есть план, и есть магическое место, где мы находимся. Я тебя поймал. Ты в заточении и не сможешь вырваться отсюда.
Я с равнодушным видом огляделась по сторонам.
– И что такого особенного в твоей Стране Калейдоскопии? Согласна, сперва немного теряешь ориентацию, но рано или поздно я найду выход.
– Ты почти права, – прорычал Тиг и разразился хохотом. – Но «поздно» означает чертовски позже, чем ты думаешь.
Он подмигнул.
– А ведь такой крутой якорь, как ты, должен пару трюков знать! Не в курсе, что время в разных измерениях по-разному идет, а?
– Ах, как гениально! Перенести меня в место, где время быстрее идет. Где я проживу свою жизнь не за многие годы, а за месяцы, чтобы тебе не пришлось долго ждать. Правда, имеется маленькая проблема, вундеркинд-переросток. Похоже, ты застрял тут вместе со мной.
Тиг хмыкнул:
– Нет, ты ошиблась, рыжая. У меня есть пропуск.
Он повернул ко мне свою руку предплечьем, демонстрируя на покрасневшей коже свежую татуировку: круг, состоящий из символов, напоминающих молнии или заостренные буквы «s». Уставился на меня с горделивым самодовольством и улыбнулся. Мне бы его возненавидеть в этот момент, но пожалела Тига.
Я видела этот символ – среди бумаг моего деда, который собирал информацию о «Лебенсборн», нацистском проекте по выведению идеальной расы. Результатом того эксперимента и стало мое появление на свет. Но у меня не было выбора: «Лебенсборн» впечатали в мою ДНК, а вот Тиг выбрал метку добровольно. Я почувствовала отвращение, смешанное с презрением. Нет, я не могла позволить себе роскошь жалеть Тига.
– Сколько времени ты работаешь на Эмили? – спросила я.
Тиг провел ладонью по рту, и улыбка исчезла с его лица.
– На кого? – недоуменно произнес, округлив глаза.
Наверное, притворяется.
– Не придуривайся. На Эмили. Мою мать.
Я поразилась его тупости.
– Она тебе не союзник. Она не заодно с тобой. Она тебя обманывает. Она хочет уничтожить грань.
Тиг фыркнул.
– Я думал, твоя мать мертва, – удивленно пробормотал Тиг.
Он действительно не придуривался. Он вообще ничего не знал. Но если он берет силу не у моей матери, тогда откуда он черпает энергию?
Когда я задала себя этот ключевой вопрос, меня осенило. Я увидела истинный образ Тига. Что еще более странно, не со стороны, а изнутри, как будто я стала им. Блеснуло его отражение в зеркале, и я взглянула на мир его глазами. Он находился в комнате, в которой горела восковая свеча.
Он – ведьмак, как же мне так легко удалось проникнуть в его мысли? Даже несмотря на то что я гораздо сильнее? Но какая-то непрошеная сила дала мне такую возможность. В моем сознании промелькнули его воспоминания, похожие на немое кино.