Проводница
Она подлетела к вагону, когда на семафоре мигнул и зажегся зеленый. Поезд вздрогнул, лязгнул вагонной сцепкой и дернулся с места. Ольга подпрыгнула и изо всех сил заколотила кулаком по запертой железной двери тамбура. Посадка-то шла с противоположной стороны, и Лидка не додумалась открыть еще и эту дверь.
Поезд потихоньку набирал ход, Ольга бежала рядом, успевая колотить по двери кулаком и злясь оттого, что звук получался едва слышным, слабеньким. Лидка в вокзальном гомоне его не различит…
Обидно… Так спешила… И почти ведь успела. А теперь вагон проплывает буквально мимо носа.
На ее счастье, Лидка услыхала-таки, громыхнула телом о дверь, суетливо всовывая ключ, рванула тяжелую дверь на себя и протянула Ольге руку.
— Подножку опусти! — крикнула, задыхаясь от бега, Ольга.
— Не успею, сейчас ходу прибавим.
Ольга глянула вперед. Действительно, они уже почти поравнялись с семафором, миновав который состав обычно прибавлял ход. Тогда она уже не сможет за ним угнаться.
Лидка перегнулась вниз, ухватилась одной рукой за поручень, а второй исхитрилась-таки поймать Ольгину ладонь. Ольга резко оттолкнулась от насыпи и подпрыгнула вперед и вверх. Ноги скользнули по боку вагона, и она на секунду повисла на Лидкиной руке.
Свободной ладонью Ольга сумела опереться о железную площадку тамбура. Теперь Лидка тянула ее вверх, а она с тяжелым хрипом карабкалась на площадку, по очереди подтягивая то пятую точку, то одно колено, то другое, пока наконец не встала на карачки в тамбуре, тяжело дыша и отплевываясь.
От непрерывного курения Ольга совершенно задохнулась от быстрого бега. Стоило немного пробежаться, и легкие не выдержали — весь накопленный в организме никотин горьким спазмом сковал горло, не давая нормально вздохнуть.
— Ты чего? — испугалась Лидка. — Тебе водички дать?
Она сбегала в вагон, принесла открытую бутылку нарзана, но Ольга даже пить сразу не смогла — горло перехватило. Только булькнула и выплюнула струйку воды.
— Ну, ты даешь, мать! — взволнованно сказала Лидка и тут же прикрикнула на выглянувших в тамбур пассажиров: — Проходите в вагон! Здесь вам не цирк!
— Даю… — криво усмехнулась Ольга. — Как думаешь, видел кто мою акробатику?
Лидка пожала плечами.
— Вряд ли. Все с этой стороны торчали.
— Это хорошо, — кивнула Ольга. — Меньше разборок.
Она лизнула содранную ладонь и осторожно тронула сквозь джинсы ушибленную коленку. Поморщилась от боли.
— Черт… У нас пластырь есть?
— В аптечке должен быть… — Лидка немного оправилась от страха и строго сказала: — Ты что же это себе, подруга, думаешь? Где тебя черти носили'’ Ведь шутки шутками, но поезд и правда мог уйти!
— А я не шутила, — фыркнула Ольга.
Она поднялась и, прихрамывая, отправилась в служебку. Лидка, молодец, не растерялась, надела форму и провела посадку, хотя по уговору сейчас была Ольгина смена.
— Ты полежи, отдышись, — сжалилась над ней Лидка. — Я подежурю пару часиков. — Она подумала и великодушно добавила: — А хочешь, и до утра досижу…
— Не надо жертв, — усмехнулась Ольга. — Пары часов мне хватит.
Она прилегла на постель и уткнулась лицом в подушку.
— Оль, ты его нашла? — с интересом спросила Лидка.
— Да… потом… — нехотя ответила ей Ольга.
Глава 5
В магазине электротоваров рядом с Рижским вокзалом работал телевизор. Звук врубили на полную громкость, так что слова диктора перекрывали гомон гудящего как улей универмага. Ольга забежала сюда купить Корешку ко дню рождения обещанный лазерный фонарик с насадками, а Лидка потащилась с ней за компанию, чтоб время скоротать.
Они обе замерли, услышав информацию о том? что в Рязани бдительные жители предотвратили взрыв своего дома.
На экране оперативная съемка показывала, как выволакивали из подвала мешки, как рвалась с поводка, заливаясь лаем, служебная собака, как один из офицеров зачерпнул из мешка щепотку порошка и рассыпал узкой лентой по асфальту перед подъездом «Совсем как я», — машинально отметила про себя Ольга.
Чиркнула зажигалка, узкая змейка рассыпанного порошка занялась пламенем, резко пыхнула и угасла, оставив после себя черный выжженный след.
Лидка толкнула Ольгу в бок и шепнула ей на ухо:
— Зря ты, Олька, наш кулечек выкинула. Надо было тоже так поджечь, хоть бы узнали, горит или нет…
— Горит, — буркнула Ольга.
— Ты что? — испуганно округлила глаза Лидка. — Ты что, попробовала?…
— А то! — Ольга понизила голос. — Давно уже.
— А чего ж мне не сказала? — обиделась Лидка.
— А зачем? Меньше знаешь, крепче спишь.
— Как тебе не стыдно! — зашипела Лидка. — Подруга называется! Ты что, мне не доверяешь?
— Да не в этом дело…
— Нет, — подбоченилась Лидка. — В этом! Так не поступают, подруга. Или мы вместе, или развод и делим ложки.
Ольга протиснулась к прилавку, выбрала фонарик, купила его, а Лидка с молчаливой укоризной стояла за ее плечом.
— Ну, так что? — баском спросила она, когда они вышли из магазина. — Теперь людей нет, так что можешь сказать.
— Да не собираюсь я тебе ничего говорить! — взорвалась Ольга. — Ты заткнись тряпочкой и молчи, целее будешь!
— Ладно, не кипятись, — шикнула Лидка. — Ты лучше скажи, когда ты проверила, а?
— Недавно, — нехотя ответила Ольга.
— И что?
— Ты же видела.
— И все так и было, да? Так же пыхнуло? — возбужденно зашептала Лидка.
— Точно так же. — Ольга достала сигареты и закурила. — Только я тебя умоляю, молчи. Ты ведь понимаешь, во что мы вляпались?
Лидка быстро закивала, глаза ее лихорадочно блестели.
— И ты сразу догадалась, да? Ну, ты, Олька, голова! А я не допетрила… Значит, это не наркота/… Значит, это гексоген, да?!
— Молчи, дура! — разозлилась Ольга.
Лидка испуганно оглянулась и закрыла ладошками губы:
— Ой! Молчу, молчу! — И тут же не утерпела: — Оль, так ведь надо бы позвонить… Их же ищут, этих гадов!
— Звонила уже, — тихо ответила Ольга — Сказала, кто получал и откуда привезли.
— А нас теперь тоже искать станут! — испугалась Лидка. — Еще припаяют за соучастие… А мы ж ведь ни ухом, ни рылом…
— Не найдут, — убежденно сказала Ольга. — Через Тоннельную столько поездов в сутки проходит… А в каждом восемнадцать вагонов. Чтоб каждого опросить, посчитай, сколько времени убить надо.
— Ну, знаешь, — с сомнением ответила Лидка. — Когда им надо — они так землю роют, что экскаватор отдыхает!
И точно, Лидка как чуяла — накаркала ментов. Едва они вернулись в вагон, как примчалась баба Таня и велела идти к бригадирше Варваре. Ольга с Лидкой переглянулись: началось…
У Варвары Ивановны в купе сидели три парня в штатском. Один из них достал удостоверение, раскрыл его и на секунду поднес к Ольгиным глазам. «Старший следователь по особо важным делам Смирнов…» — успела прочесть она.
— Вы были в конце августа в Москве? — сразу, без обиняков спросил он.
— Были, были, — вместо них ответила Варвара. — Я ж вам говорила, у меня вся бригада уж месяц не менялась, с оборота мотаемся.
— Подождите, — остановил ее следователь. — Я хочу с каждой поговорить отдельно. Вы пока в коридоре подождите.
Он выпроводил за дверь Варвару и Лидку, а Ольге кивком головы велел сесть напротив.
Она села и подняла на него глаза, стараясь казаться как можно спокойнее. Двух других, настойчиво сверлящих ее взглядами, она словно не замечала, только отметила про себя, что они ненамного старше нее.
Лица у обоих сероватые, утомленные, около губ жесткие складки. Такие не любят шутить, им глазки строить бесполезно. Они уже столько повидали на своей работе, что не «ведутся» и не «покупаются» на всякие милые женские штучки.
Она смотрела на Смирнова, а он на нее, словно мысли сканировал. От этого взгляда становилось не по себе, как будто человек все-все о тебе знает и только ждет, когда же ты сама ему все расскажешь… Профессиональные приемчики…