Девушка с тенью пантеры (СИ)

— Отдохни, Лялька. Завтра будет непростой день. — протянув ко мне руку, Рома тут же её отдёрнул. Словно устыдился чего-то. Поспешно отвёл взгляд и направился к распахнутой двери. Митя последовал за ним, выдавив напоследок улыбку.
…интересно, а дверь можно забаррикадировать?
Почему же так гаденько на душе? Ну мальчишник. Что, меня впервые ограничили в чём-то? Вот уж нет. Свадьба-то ненастоящая. Он мне ничего не должен, наверное. Настоящие жених с невестой наверняка тоже бы озадачились, отмечай только один из них последнюю холостую ночь. Так ведь? Но мы ведь не настоящие жених с невестой. Обидно, да. Просто обидно! Кому-то пьянка и отдых, а мне четыре стены.
Почему я вообще злюсь? Ну, организуй он для меня девичник, кто бы на него пришёл? Точнее, не так, с кем бы я могла отдохнуть в этот вечер или даже ночь? Подруг у меня нет. Во всяком случае тех, с кем в огонь и воду. Я думала, что они есть. Что я счастливый человек, у меня тьма-тьмущая друзей. Но это оказалось совсем не так. После смерти родителей, когда я выпала из тусовки, они исчезли все. Нет, меня не предали и не бросили. Всё произошло постепенно. С кем-то иссякли темы для разговоров. Кто-то предпочитал более весёлое времяпрепровождение, более жизнерадостного собеседника, а не унылую меня. В общем, оно как-то само.
Так в чём дело? Разве в отсутствии девичника?
  
Глава 46
 
Да не буду я здесь торчать одна! Если Митяй и Зверь уедут это же всё, абзац полный. Не хочу я здесь с Яниной Александровной находиться!
Решение принято, я еду на мальчишник!
— Я с вами! — отслонившись от стены, я шагаю навстречу мужчинам.
— Что?
— Я говорю, я поеду с вами. — повторяю.
Я их, в конце концов, ждала у двери полчаса, пока они у Зверева в комнате прихорашивались. Пусть только не возьмут с собой! Ждала, кстати, не зря. Много интересного услышала.
— Ты? На мальчишник? — Дима щурится, готовый вот-вот рассмеяться.
— А что не так? Можете меня высадить где-то в центре, прошвырнусь по магазинам, схожу в кино. Не знаю. Позже созвонимся, или я вызову такси.
— Это небезопасно.
— А ты что молчишь? — отмахнувшись от Димы, я спрашиваю у молчавшего всё время Ромы. — Ты тоже считаешь, что поход в ТРЦ и кино небезопасен?
— Да. Это очевидно. — кивает Зверь.
— Видишь? — что-то Митяй меня сегодня очень сильно раздражает.
— Если Зверев скажет, что я могу поехать с вами, ты сегодня заткнёшься? — серьёзно спрашиваю я, вызывающе ухмыльнувшись.
— Я не скажу так! — протестует Рома.
— Видишь?
— В если скажет? — настаиваю я.
— Ладно. С удовольствием посмотрю на твоё мастерство обольщения, детка. — Митяй принимает вызов, весело подмигнув мне.
— Что вы несёте?
— Тс-с, Рома! Это уже дело чести. — подхожу вплотную к мужчине и кладу ладони на его грудь. Чувствую мягкую ткань кашемирового джемпера. Стук сердца отдаётся вибрацией мне в пальцы. — Я могу поехать с вами на мальчишник… — тихо произношу, глядя в его глаза.
Зверь хмурится. Я прикрываю глаза, подаюсь вперёд и растворяюсь в его сознании. Калейдоскоп прожитого дня мелькает перед моими глазами. Но мне нужно не это. Мне нужна я. Вижу себя, столь вызывающе приоткрывшую губы, словно для поцелуя, и льнущую к себе же. Короткая вспышка, и я выдыхаю.
— Митяй, она может поехать с нами на мальчишник. — произношу его губами, удерживая концентрацию. — И ещё кое-что, я дебил. — довольную улыбку сдержать не удаётся. Это сбивает с толку.
— Какого хрена?!
Ну вот опять. Вырвался, зараза, из-под моего контроля.
— Ты только что сказал, что… Что ты только что сказал? — Дима шумно выдыхает, подступив к нам.
— Упс…
— Упс?! — Зверь щурится и перехватывает мои ладони. Сжимает пальцы. — Значит, это была неслучайность…
— О чём ты? — Дима заглядывает в моё лицо, поджав губы. — О чём он говорит?
— Если ты не отпустишь мои руки, я заставляю тебя удариться головой о стену! — угрожающе шепчу я, глядя на наши сцепленные руки.
 
— Ты не можешь.
— Вообще-то, могу. — киваю, глядя в его глаза со всей стойкостью. — Если захочу, конечно.
— Мне, блядь, кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?!
— Да пожалуйста, Дима. — я киваю, избавившись от мужской хватки на своих руках. — Я не иная. Не совсем иная. Не хвалёный оборотень. Возможно, суп. Но если уж совсем проще и понятнее… — запинаюсь, встретившись с непонимающим взглядом, — Я Звягинцев. Вот.
— Это, по-твоему, проще и понятнее?
— Что значит, ты Звягинцев?
— А ты не понял? — удивление искреннее. Я думала, что Зверь давным-давно понял, как радикалу удаётся быть везде, всегда и разным. — Он контролирует сознания мужчин. Он является ими. Управляет ими. Как кукловод. И вот. Я как он.
— Это несколько другое… — мнётся Зверев.
— Нет. Это одно и то же. Просто мне не хватает практики. Пока ещё. — улыбаюсь, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Наслаждаюсь произведённым эффектом.
— И…на ком ты практиковалась? — шумно сглотнув, Дима задаёт правильный вопрос.
— Ты уверен, что хочешь знать? — он кивает, а я выдыхаю:- На тебе и персонале отеля. В частности, горничных. С ними получалось лучше, чем с тобой.
— На мне? На мне?! Когда?!
— Я аккуратно. Я всё контролировала! Ничего серьезного. И вообще, нам не пора на мальчишник? — отступив на шаг от мужчин, пискнула я. — Едем?
— Я не помню…
— Я же сказала, что ничего серьёзного. Подсмотрела кое-что, и так по мелочи. — отведя взгляд, я выдаю себя, мгновенно покраснев.
— Твою же мать…
— И что же ты там подсмотрела? — глядя на Митю, спрашивает Зверь, недовольно поджав губы.
— Я не понимаю, мы едем или остаёмся? — пытаюсь сменить тему разговора. — Потому что если не едем, то давайте что-нибудь поедим. Я проголодалась.
— Никуда мы не едем! — рычит Зверь, всё ещё буравя Диму взглядом. — Идём на кухню. Но учтите, там разговор продолжится!
  
Глава 47
 
— Мы с Димой займёмся едой, а ты, Зверь, прихвати свой планшет. Раз уж мы будем общаться, набивая животы, то пусть это будет хотя бы продуктивный разговор. — вздохнув, я медленно разворачиваюсь и иду к лестнице, ведущей на первый этаж.
Если я не ошибаюсь, в потоке хлынувших воспоминаний Зверева, было кое-что очень интересное. Я буду последней идиоткой, если не взгляну самолично.
— Подожди, Лиля. — не знаю, зачем Дима просит меня об этом. Он с лёгкостью нагнал меня в несколько широких шагов. — Что именно ты видела? И как это вообще возможно?
— Ты правда хочешь, чтобы я это сказала? — спускаюсь по ступенькам, упрямо глядя под ноги. — Просто знай, что мне этого всего не нужно. Не с тобой. Вообще, не нужно. Ни с кем.
— Ты не смела копаться в моей голове! — шипит он, обгоняя меня на две ступеньки.
— Да, ты прав. И я искренне прошу прощения за это. Только знаешь, что, — останавливаюсь, привалившись к перилам, — Вы со Зверем в один голос твердите, что я должна обращаться. Практиковаться, так скажем. Здесь так же. Мне нужна была практика. Заметь, если бы я не сказала, ты бы и не узнал. От этого никому не стало плохо, хуже…
— Я не могу сказать, что сейчас мне хорошо!
— Митя, прекращай. — продолжаю спуск, на мгновение закатив глаза. — Давай уже дойдём до кухни. Есть хочется.
В кухню идём молча. Нам встречаются лишь двое мужчин, явно из штата охраны. Дима с ними здоровается кивком головы, а я не обращаю внимания. Хватит, на одного уже обратила, что теперь неловкость просто зашкаливает. Пусть лучше я буду сама по себе.
 
…кто знает, переживут ли они завтрашний день.
— Янина Александровна, — выдыхаю, едва не столкнувшись с женщиной, выходящей из дверей кухни, — Добрый вечер. — улыбаюсь как можно шире. Просто чувствую, как её это злит.