Верь в меня (СИ)

— Ты издеваешься надо мной? Почему нельзя было заказать для меня отдельный номер, как у всех девочек?
— Зачем? У девочек обычные номера, а этот люкс. Две разные спальни. Джакузи с бассейном и шикарный вид из окна. Я неплохой сосед, моё присутствие ты даже не заметишь.
Я смотрю на него с нескрываемым негодованием. На языке крутится колкость. Хочется нагородить с три короба, окатить ушатом ледяной воды. Но я думаю о последствиях, понимаю: к чему может привести моя открытая агрессия.
* * *
В номере расходимся по разным спальням. Моё негодование не стихает, а лишь усиливается, особенно когда пересекаемся с боссом возле ванной комнаты.
— Прошу. Дамы вперёд.
Шутливым тоном Артём хочет побороть возникшую между нами неловкость, но это априори невозможно. Мы чужие друг другу. Не друзья. Не любовники. Но оказались в одном номере по прихоти моего надменного босса. Кстати, раньше за ним ничего подобного я не замечала или просто не хотела замечать. Это последний месяц Артём активизировался: открыто не подкатывает, но всё чаще нарушает мои личные границы.
Смерив мужчину недовольным взглядом, я дёргаю ручку двери на себя и вхожу в ванную. Дважды проверяю замок, хотя отродясь не страдала забывчивостью.
Приняв душ, стою напротив зеркала с феном, пытаясь уложить непослушные волосы. Пока укладываю вьющиеся локоны, не перестаю думать о том, как избавиться от неплохого в кавычках соседа. И уже через десять минут на ломаном английском пытаюсь узнать на ресепшене: есть ли свободный номер.
Облом. Номеров свободных нет. Ещё больше злюсь, а от мыслей, что сегодня вечером у нас намечается небольшой сабантуй, меня вообще в пот холодный бросает. Никогда раньше я не видела Артёма подшофе. Не зря же говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.
Решаю немного успокоить нервы и пока не возвращаться в номер, где с лёгкостью могу столкнуться с вынужденным соседом.
На первом этаже в ресторане заказываю себе алкогольный коктейль. Подключаюсь к вайфаю, и в этот момент на Вайбер поступает видеозвонок от Данила. Разницы в часовом поясе между нами нет, так что Потоцкий сейчас на обеденном перерыве.
— Привет, как долетела? — внимательным взглядом он разглядывает моё лицо, будто пытается найти какие-то изменения.
— Я проспала весь перелёт. А у тебя как дела?
— Да нормально. Заебался уже на работе.
Вижу, как он движется. Открывает дверь и на заднем фоне появляется городской шум. Закуривает.
— Понравился Стамбул? — интересуется Данил и когда я ему отвечаю, что ещё нигде не была, он выпускает в сторону кольцо серого дыма и ухмыляется: — И часто у тебя такие поездки?
— Не поверишь, это в первый раз. Я сама не в восторге, Дань. Всё бы отдала, чтобы быть сейчас с тобой.
— Пришли мне фотки своего контракта.
— Я сама разберусь.
— Самостоятельная, да?
Теперь мне хочется закурить. Данил постоянно хочет узнать условия моего контракта, но я даю заднюю. Я привыкла самостоятельно разгребать свои проблемы и если обращаться к кому-то за помощью, то лишь по критически важным вопросам. Мои трудовые отношения с работодателем — не его зона ответственности. В конце концов, через полгода истечёт срок договора и вопрос решится сам собой. Зря я ему сказала, что всё бы отдала, чтоб быть сейчас с ним. Он же буквально всё воспринимает и действует в привычной ему манере — идёт к достижению цели напролом.
— Дань, давай не будем об этом? Кстати, у меня есть отличная новость. Я после Стамбула приеду к тебе на пару дней. Уже билет даже купила, — с энтузиазмом в голосе произношу я, но Потоцкого эта новость трогает гораздо меньше, чем я ожидала. — Ты не рад?
— Рад, конечно же. Просто пиздец как.
Разговор не клеится и я понять не могу, что делаю не так. Почему он разговаривает со мной так холодно? У нас же всё было хорошо или же есть что-то такое, чего я не знаю?
— Ладно, созвонимся ещё, — я не спешу первой завершить звонок, просто разговор, как мне кажется, зашёл в глухой угол.
— Пришли мне фотки, — просит он, а я хмурюсь — опять всё сначала. — Я не про контракт сейчас, Насть. Свои личные пришли. Интимные.
 
— Э-м-м…
— Я тебе тоже свои пришлю, если ты хочешь, — подмигивает он и, судя по улыбке во все тридцать два, настроение у Потоцкого резко взлетело ввысь, что не скажешь обо мне.
— Хорошо, вечером сделаю, — молчу, что мне для этих фоток нужно будет подыскать подходящий момент, когда я буду в гордом одиночестве, а это очень непросто сделать, когда рядом в буквальном смысле этого слова крутится мой босс.
  
11. «Непристойное предложение»
 
— Он весь вечер на тебя смотрит. Колись, Насть. Ты мутишь с нашим Артёмом? — говорит Кристина, одна из моделей, с которыми мы все вместе прилетели в Стамбул.
Поперхнувшись коктейлем, громко кашляю. А затем хватаю воздух открытым ртом, пытаюсь отдышаться. Цепкий взгляд, прилипший к моей спине, заставляет невольно обернуться и столкнуться с холодными как сталь глазами.
Я смотрю на него смущённо, а он подмигивает и снова возвращает внимание турку, с которым общался до этого.
— Да ну, между нами ничего нет. Тебе показалось, — отмахиваюсь я, залпом выпиваю остатки коктейля,
— Ага, именно поэтому вы поселились в одном номере. Насть, ты не подумай ничего плохого. Это твоя личная жизнь и, конечно же, ни я, ни кто другой не имеет права вмешиваться в неё. Но я должна тебя предупредить. Артём женатый. Жена у него красавица. Просто он… э-м-м, как бы правильно сказать. В общем, кобель он редкостный, ни одной юбки не пропустит. Ты не первая у него и не последняя. Если мне не веришь, то можешь спросить у кого-то из девочек.
— Крис, не распыляйся. Между нами действительно ничего нет. Я сама была в шоке, когда узнала, что буду жить с Артёмом в одном номере, — я не пытаюсь оправдаться, но меня реально напрягает этот разговор.
— Ну как знаешь, — ухмыляется девушка, вряд ли она поверила моим словам. — В любом случае я тебя предупредила.
Кивнув, я заставляю себя улыбнуться. Не люблю, когда меня ставят в неловкое положение, но и переубеждать в том, чего нет — тоже не горю желанием. Я не могу себе позволить распыляться на всё и на всех, потому что в таком случае происходит эмоциональное выгорание, а это куда хуже, чем обычные сплетни за твоей спиной.
Атмосфера вечера давит на мою психику тяжёлым прессом. Такие мероприятия быстро утомляют. Громкая музыка, новые люди и незнакомая обстановка — всё не для меня. После подобных встреч у меня каждый раз происходит сенсорная перегрузка. Хочется поскорее сбежать от всего этого и спрятаться в своём уютном коконе, восстановиться морально.
Убедившись, что моё отсутствие никак не повлияет на исход неформальной встречи с партнёрами, я незаметно покидаю ресторан. На такси еду в гостиницу. Впереди два активных дня работы, мне просто архиважно нормально отдохнуть, выспаться и набраться сил.
Оказавшись в номере, облегчённо вздыхаю. Стягиваю с уставшего тела ненавистное платье, в котором приходилось весь вечер изображать из себя светскую львицу, а ведь на самом деле я далека от всего этого. Настоящая я — это джинсы и максимально удобные кроссовки, с хвостом волос на затылке и чаще без грамма макияжа на лице. Нет, я не пацанка и мне нравятся женские украшения, платья и в таком духе, но это всё не про комфорт. А когда тебе уже тридцать, то между красиво и удобно, не задумываясь, выбираешь второе, потому что срать на все эти эталоны красоты, когда у тебя все пальцы на ногах в мозолях от неудобных, зато красивых туфель.
Когда телефон автоматически подключается к вайфаю, приходит сообщение от Потоцкого: «Я всё ещё жду твои фотки». И подмигивающий смайлик в конце.
Блин… Я реально забыла.
Стоя перед зеркалом в одном нижнем белье, навожу камеру на своё отражение и делаю снимок. Отправляю ему, в ответ получаю: «И всё?».
Вздыхаю. Не то что я слишком консервативна в этом плане, но не оправдываться же перед любимым мужчиной, что один говнюк со своим навязчивым вниманием испортил мне настроение.