Железное сердце (ЛП)

– У них есть марионетки. И как это мисс Бишоп не пригласила выступать перед нами целый зверинец или цирковую труппу.
– Ты просто завидуешь, потому что она подписала контракт трэли с лордом Мейси, а ведь ты считала, что он сделает предложение тебе.
Лена взглянула на балкон, где лучащаяся счастьем мисс Бишоп попивала шампанское. Подписав контракт, счастливица обеспечила себе будущее. Для дебютантки – предел мечтаний. Защита, драгоценности, роскошные позолоченные паровые экипажи.
И за все это нужно отдать самую малость – свою кровь.
Лена поежилась и уставилась в полупустой бокал.
– Как будто я согласилась бы на контракт с кем-то вроде Мейси, – фыркнула Адель и залпом выпила свой напиток.
Однако она не спускала красивых миндалевидных глаз с пары на балконе, следя за ними точно ястреб.
Мейси медленно поглаживал затянутую в перчатку ладонь мисс Бишоп. Даже из сада Лена видела, как дыхание новоявленной трэли участилось, а глаза Мейси потемнели от желания. В этот момент он казался намного старше мисс Бишоп. Намного сильнее. Лену затошнило.
«Прекрати, не думай об этом».
Бишоп сама выбрала свой путь, ее никто не заставляет.
Разве что обстоятельства.
– Поверить не могу, что они так ведут себя в свете, – продолжала Адель. – Он бы еще набросился на нее у всех на глазах.
Смутившись, Лена ответила резче, чем собиралась:
– Убери коготки, а то поранишься.
Подруга выдала сногсшибательную улыбку, ту, что некогда завоевала половину сердец в Эшелоне, а потом разбила их.
– Мяу.
Несмотря на неприятное чувство, Лена улыбнулась. Адель нельзя доверять. После прошлогоднего фиаско, когда ее застали в садах с лордом Фенвиком, и тот отказался заключать с ней контракт, она стала парией. И теперь карабкалась обратно в общество, используя ледяное сердце и уверенную улыбку, но ее время тоже подходило к концу. В отличие от Лены, которая здесь на задании, у Адель не было иного выбора.
Перед занавешенной сценой собралась толпа. Механические слуги болтались рядом, с полными напитков серебряными подносами на головах. Лена взяла пару бокалов с шампанским, стараясь не задеть паровую вентиляцию автомата. Механизмы были очень практичными, тихо бродили в толпе, но часто портили платья молодых леди, а она сегодня надела наряд из фиолетового жатого шелка.
Лена держалась начеку, пробираясь через толпу, небрежно прислушиваясь, а затем отвлекаясь от разговоров. Дебютантка – идеальное прикрытие. По сути невидимка. Люди говорили в ее присутствии то, о чем обычно помалкивали.
Как удобно шпионить, даже напрягаться особо не приходилось.
– Марионетки. – Адель покачала головой.
Однако тоже подошла к сцене, отчаянно стараясь ничего не пропустить.
Ночь выдалась теплой, в небе блестели звезды. Лена подняла голову, пока глаза привыкали к освещению. Тысяча бриллиантов, как называла их мама.
– И все для меня, – кричала Лена, а мама смеялась и целовала ее на ночь.
Теперь звезды, как и бриллианты, потускнели. Мир вокруг был слишком ярким, блестящим, весь из шелка, золота и зловещего смеха. Когда-то она только и мечтала об Эшелоне, а теперь, балансируя на грани, задумывалась, есть ли для нее другое место.
Правда, никогда бы в этом не призналась.
Лена умоляла сестру дать ей шанс, когда стало ясно, что в Уайтчепеле для нее ничего не осталось. Неделями просила позволить вернуться к прежней жизни и получить возможность заключить контракт трэли.
Как ни странно, поддержка пришла с неожиданной стороны: от их сводного брата Лео Бэрронса. Наследник герцога Кейна, Лео никому не мог рассказать об их родстве и собственной незаконнорожденности, но предложил взять Лену в подопечные, и она с благодарностью согласилась. Если при жизни отца их положение вызывало вопросы, то теперь, при поддержке влиятельного опекуна, ее приняли целиком и полностью.
В то же время Лена никогда не чувствовала себя более одинокой.
От неприятного ощущения, что за ней следят, волосы на затылке встали дыбом. Лена осмотрелась, но вокруг никого не было. Что-то зашипело, и она вздрогнула. Похоже на чайник. Толпа приблизилась, а разговоры стихли. За сценой заиграла шарманка.
 
Лена вспомнила о шуме и смехе Уайтчепела, толпе немытых тел и вульгарном говоре, который старалась пропускать мимо ушей. О музыке на улицах и в дешевых театрах. Лучше обо всем этом забыть. Лена уехала из Уайтчепела год назад, но казалось, прошло гораздо больше. За это время она распрощалась с девичьими иллюзиями, поняла, в каком мире живет и что вряд ли сумеет на него повлиять.
«Но что смогу – сделаю». В обществе поднялась кампания за возвращение людям равного статуса с голубокровными, отмену кровавой дани и военного положения. За запрет правящему классу брать трэлей против их воли. И Лена находилась в идеальном положении, чтобы помочь. Она способна узнать секреты Эшелона… если будет держать ухо востро.
– Похоже, у мисс Бишоп и правда есть обезьянка, – прошептала Адель.
– Тс-с, – прошипела Лена и приподнялась на цыпочки. Обвела взглядом толпу и расслабилась, осознав, что за ней никто не следит.
Просто нервы… В толпе, рядом с Адель, она в безопасности.
Занавес утрированно резко раздвинулся. Газовые лампы на террасе притушили, и слабые огоньки сверхъестественным светом озаряли собравшихся. На сцене возникла фигура в облаке пара. Ее руки рывком поднялись и повисли на явно заметных нитях.
– Марионетки, – отмахнулась Адель.
Целый месяц бал в честь контракта мисс Бишоп считался событием сезона. Слухи обещали невиданные забавы и редкости, но пока что вечер был сплошным разочарованием. Лена опустилась на пятки и расслабилась, как раз, когда зрители восхищенно ахнули.
– Боже, смотри, нити упали! – воскликнула Адель.
На их глазах марионетка слабо дернулась и опустила руки, а потом загадочный пар медленно окутал ее ноги, и фигура выпрямилась.
– Это машина, – прошептала Лена.
Металлическое создание задвигалось, поднимая руки, словно чтобы заключить кого-то в объятия. А затем начало танцевать вальс под шарманку.
Лена открыла рот. Она видела множество служебных устройств и дюжины бронированных металлогвардейцев, защищавших улицы и насаждающих власть Эшелона, но подобное – никогда. Движения робота были изумительно плавными, почти человеческими.
Представление закончилось, шарманка медленно затихла. Машина замедлилась и начала замирать в такт музыке. Марионеткой управлял удивительно ловкий кукловод.
Лена бурно зааплодировала и захотела посмотреть поближе. Она делала замечательные заводные механизмы, но до такого мастерства ей было далеко.
К несчастью, большинство зрителей тоже жаждали рассмотреть диковинку, и Лена, потеряв Адель, осталась одна, как обломок в бушующем потоке.
Отмахнувшись от упавшего на глаз пера, она поискала подругу и… похолодела.
Аларик Колчестер, герцог Ланнистер, смотрел на нее с хищной улыбкой на тонких губах, попивая бладвейн. Сердце екнуло. Бледная напудренная кожа, красные губы вызвали далекое воспоминание. В тот раз кровь не потрудились разбавить вином.
Его тут быть не должно. Лена убедилась в этом, прежде чем принять приглашение. Сегодня в Башне из Слоновой кости заседал правящий городом Совет герцогов, и она была уверена, что в безопасности.
Наверное, рано закончили.
Лена отвела взгляд, слыша стук сердца в ушах. «Не беги». Она уже давно выяснила, что страх жертвы вызывает в голубокровных неуправляемый голод.
Краем глаза она отметила, как светловолосая голова врага поплыла над толпой в ее сторону. Лена встала на цыпочки. Куда же запропастилась Адель? Иногда наличие свидетеля могло спасти.
Если Колчестер намеревался играть по правилам.
Все-таки он герцог, глава одного из семи великих домов, правящих городом. Если захочет взять ее прямо тут, то просто утащит в уголок, и никто и слова поперек не скажет. Только Лео мог бы противостоять Колчестеру, однако сейчас ее опекун находился на собрании в Башне из Слоновой кости вместо отца, герцога Кейна.