Саймон Тэйкер и первый год в Хогвартсе (СИ)
— Да ладно, — великодушно махнул рукой Малфой, — на самом деле ты тоже коё в чём прав. Подставлять весь факультет тоже нельзя. Ничего, я до этих индюков ещё доберусь. А о чём ты с деканом говорил?
— Мне стало интересно, почему ему захотелось судить матч.
— И ты прямо так у него об этом и спосил? — восхищённо выдохнул Малфой, — ну ты и безбашенный! Да кто ж вот так прямо спрашивает? И что он сказал?
— Сказал, чтобы я возвращался в спальню, — фыркнул Саймон.
— Дёшево отделался, — авторитетно сказал Драко, — больше с такими наглыми вопросами к нему лучше не подходи. А если будет совсем невтерпёж — спроси ради приличия хотя бы в его кабинете. А не посреди Большого Зала.
Саймон взял этот, вне всякого сомнения, очень дельный совет на вооружение. Об этом он, и в самом деле, как-то не подумал.
— А ты сам, Драко, как думаешь, для чего Снейпу нужно было судить этот матч?
— А есть какие-то варианты, — поинтересовался Драко, когда они уже почти пришли к гостиной.
— Вот об этом я как раз и думаю, — развёл руками Саймон. И в этот момент он вспомнил о том, что напрочь вылетело у него из головы. Философский камень. Он здесь, в Хогвартсе. И его охраняет эта трёхголовая собака.
* * *Впрочем, в следующие несколько недель у него было мало возможностей об этом подумать. Приближались экзамены, и преподаватели буквально завалили учеников домашними заданиями. Даже Саймону мало чем помогали уже имеющиеся навыки: приходилось столько писать и запоминать, что под конец дня отваливалась рука и плавился мозг. Когда же обессиленный Саймон падал лицом в книгу, чтобы дать хоть несколько секунд красным глазам и измученному мозгу, к нему на плечо тут же садился Тритон и нежно покусывал за мочку уха. Удивительно, но это всегда давало спасительный глоток сил.
— А это ещё пасхальные каникулы, — пробурчал в один из таких дней Драко, — представляю, что будет в последнем семестре.
Впрочем, это была единственная его жалоба за все каникулы. Старшекурсники охотно помогали новичкам в тех или иных вопросах несмотря на то, что сами были по уши загружены домашней работой. Однако в то же время они крайне неодобрительно относились к жалобам и нытью. И Саймон находил это очень полезным воспитательным моментом. С одной стороны, случайных людей на этом факультете нет: каждый из этих учеников принадлежит к чистокровной семье, каждому из них с детства говорили, что он особенный. Теперь же приходило понимание того, что особенными так просто не становятся. Требуется учиться не меньше, а зачастую и больше других.
* * *Впрочем, был на Пасху и один приятный момент. Помимо посылок от родителей и Алисы с Денисом он получил ещё одну, завёрнутую в блестящую зелёную бумагу. Посылка оказалась от родителей Драко, мистера и миссис Малфой:
Здравствуй, дорогой Саймон.
Мы очень рады, что ты подружился с нашим сыном, Драко. Мы так же очень рады и тому, что тебе приятно его общество. Драко сообщил нам, что ты был бы не прочь приехать к нам на Рождественские каникулы. К сожалению, в силу ряда причин это было невозможно, однако на летние каникулы в августе мы были бы рады видеть тебя у нас в гостях, если, конечно твои родители не будут против. Нам бы очень хотелось познакомиться с тобой поближе.
Поздравляем с Пасхой.
— Вот видишь, — сказал Драко после того, как Саймон показал ему письмо, — уже и официальное приглашение получил. Так что давай, не тяни, пиши своему отцу. Если он начнёт упрямиться — у тебя как раз будет время его переубедить.
Саймон решил последовать этому совету и в тот же день отправил отцу письмо, заодно приложив и письмо от мистера Малфоя.
* * *В один из таких дней Саймон, решив размяться походом в библитоку, взял стопку книг и, левитируя их перед собой, направился в библиотеку. Тритон же вскарабкался на самую верхушку стопки и с царственным видом оглядывал всё, что происходило вокруг.
На лестнице перед библиотекой Саймон встретил Хагрида. Тот шёл с большим старым томом подмышкой.
— Эвона, какой у тебя красавец сидит, — неожиданно сказал Хагрид. Несмотря на то, что стопка в десять книг была почти на голову выше Саймона, великану она едва доставала до груди. Хагрил тем временем поднял руку и пальцем бережно почесал Тритону спинку. И тот, к удивлению Саймона, отнёсся к ласке вполне благосклонно, хотя, как правило, не одобрял подобных поступков от посторонних людей без своего выраженного согласия.
— Подрастёт, будет ещё красивее, — с нежностью сказал Хагрид, — люблю эту породу: умные, сообразительные. Ещё не нарадуешься на него.
— Спасибо, сэр, — смущённо пробормотал Саймон.
— Ага. Ладно, пойду я дальше. Ах да, ты, это, — Хагрид обернулся и с грубоватой заботой сказал, — ты, конечно, молодец, что ни первом курсе уже вот так умеешь, но колдовать в коридорах нельзя. Так что смотри, не попадись Филчу — оштрафует.
— Спасибо, сэр, — снова смущённо пробормотал Саймон. Великан ушёл, а Саймон задумался. И этот человек говорил Гарри Поттеру о том, что все слизеринцы плохие? Но если бы он сам в это верил — разве стал бы так вести себя с Саймоном? С другой стороны — не стал бы Драко ему врать? Зачем? Да и с Поттером ему хочется подружиться, как бы сильно тот этого не скрывал.
При входе в библиотеку он встретил Гарри, Рона и Гермиону. Саймон поздоровался с ними. Рон и Гермиона тоже пожелали ему доброго дня, но Гарри даже не обратил на него внимания. Кроме того, вид у всех троих был, мягко говоря, неважный. Впрочем, азартный блеск в глазах Гермионы горел так же сильно, как и в первый день её пребывания в Хогвартсе. И снова Саймону пришло в голову, что у них куда больше общего, чем это кажется на первый взгляд.
* * *Однако Саймон стал замечать странные вещи. Хагрид перестал появляться за завтраком и ужином. Да и обедал так быстро, что, казалось, просто опрокидывал в себя содержимое тарелки и тут же уходил. Впрочем, Саймон не придавал этому значения. В конце концов, сейчас была весна, следовательно, у многих зверей начинался брачный гон. Мало ли каких это хлопот добавляло леснику.
Однако ещё неделю спустя к его удивлению Малфой отвёл его в сторону после урока травологии. Выглядел он при этом таким радостным и возбуждённым, что Саймон подумал, будто Драко уже получил Превосходно за все экзамены.
— Ты не поверишь. Этот остолоп Хагрид завёл в своей халабуде дракона. Настоящего дракона! Ты можешь себе представить?
— Ты серьёзно? — удивился Саймон, — неужели это разрешено?
— В том то и дело, что нет, — ликовал Малфой, — ну теперь-то я с ним расквитаюсь. Пусть это бревно вышвырнут из школы. Меньше будет свой поганый язык распускать.
— И как же ты это сделаешь? — полюбопытствовал Саймон, — приведёшь Дамблдора в хижину к Хагриду?
— Очень надо, — отмахнулся Малфой, — сначала я их помучаю. Хорошенько так помучаю. А потом… видно будет. Они теперь наверняка что-то задумают. И если мне удастся выяснить, что…
* * *Следующие несколько дней ничего не происходило. Откровенно говоря, Саймон надеялся, что и не произойдёт. В конце концов, Дамблдор наверняка и без Малфоя в курсе этого дракона и вряд ли допустит, чтобы по этому поводу разразился публичный скандал.
Однако в субботу вечером Драко снова смог удивить Саймона. Ворвавшись в гостиную, словно на пожар, он почти силой утащил Саймона в спальню и, включив свет, закричал:
— Прочитай! Нет, ты прочитай это!
Саймон взял листок, который, судя по всему, являлся чьим-то письмом.
Дорогой Рон!
Как у тебя дела? Спасибо за письмо. Я буду счастлив, взять норвежского горбатого дракона. Но доставить его сюда будет непросто. Я думаю, лучше всего будет переслать его с моими друзьями, которые прилетят навестить меня на следующей неделе. Проблема в том, что никто не должен видеть, как они перевозят дракона, — ведь это незаконно.
Будет идеально, если вы сможете привести дракона на самую высокую башню замка Хогвартс в субботу в полночь. Тогда они успеют добраться до Румынии до наступления утра.
Пришли мне ответ как можно быстрее.