Посольская школа. Невеста Сокола (СИ)

— О, не волнуйтесь, — махнул он рукой. — Вам я могу позволить почти всё, что угодно. Одолжить шейный платок или у вас есть на примете какой-нибудь отрез плотной материи?
— Только шаль, но она, наверное, не подойдёт, — сказала я. — Лучше воспользоваться вашим платком. 
Франко выставил на центр комнаты стул, сел на него спиной ко мне и заклинанием переместил по воздуху тёмно-синий треугольник шёлка прямо с вешалки в мои руки. 
— Трёх слоёв ткани я думаю, будет достаточно, — подсказал сильнейших маг. — Хотя вы можете проверить на себе. 
“Поверю на слово, — мысленно ответила я. — Но если будет подвох, обязательно замечу!”
Он промолчал. Или сделал вид, что не слышит или притворялся. Уже не видел меня, даже без платка.
“А ваш настоящий облик гораздо симпатичнее, чем притворный, — продолжала экспериментировать я, завязывая бантик на затылке Франко и принюхиваясь, дабы уловить малейшее изменение в его эмоциях. — Только на Сокола слишком похож, как будто в прошлое вернулась и смотрю на него лет пять назад”. 
— Ничего не слышите? — недоверчиво спросила я.
— Нет, а вы? Я только что напоминал вам, как Фелиция таяла в руках Марко.
Я едва не рассмеялась, прожигая взглядом спину неугомонного мага. Вот недавно извинялся за поцелуй под мороком, а спустя пять минут — снова напомнил. Знал, что я засмущаюсь. И совершенно точно наслаждался, даже если мысли не читал.  
— Слава предкам, нет, — я осторожно положила ладони на плечи Франко. — Чувствовать себя другим человеком — ужасно некомфортно... А ведь вы очень долго носили маску Марко Ведари. Не тяжело было притворяться?
— Тяжело, — признался он. — Я и маску-то снял только ради того, чтобы вы увидели меня настоящего. Иначе было чувство жизни взаймы. А как бы я рвал на голове волосы, если бы вы влюбились в рыжего студента. Нет, спасибо. 
Он осторожно потянулся к моей руке и погладил кончиками пальцев тыльную сторону ладони. 
— Не уверена, что в ближайшие годы влюблюсь хоть в кого-нибудь, — я не сдержала горькой улыбки.
Сокол крепко засел занозой в сердце и выходить пока не желал. 
“Фредерико, — мысленно произнесла я его настоящее имя. — Рик. Риччи… Да чтоб тебя Малия до круглых боков бараниной закормила!” 
Тряхнула головой, прогоняя светлый образ бывшего жениха. Хватит. Хва-тит. 
— Плохая идея, — я зажмурилась. — Нельзя же постоянно вам глаза завязывать? Каждую беседу о погоде и природе будете от меня отворачиваться? 
— Хотя бы до тех пор, пока вы не привыкнете мне доверять. Других вариантов я не вижу. Заклинание ослепления — штука неприятная. Уж лучше платок. 
Вот уж интересный способ пообщаться. Ослепить, чтобы поговорить. Нет, платок действительно лучше. В крайнем случае можно просто вставать за спиной, чтобы не попадать в поле зрения менталиста. 
— Хорошо, — согласилась я и потянула за кончик шёлкового бантика. — Жаль прерывать нашу беседу, у меня осталось ещё много вопросов, но пора возвращаться на работу. 
У детей вот-вот должен начаться перерыв между занятиями, а у меня очередная жалоба на Кондра. И Невила нужно проведать. Не задел ли он кого-нибудь даром снова? Испугается, замкнётся в себе. Нет, нужно уделять ему побольше внимания, пока лин Ксанир не поступит в штат как постоянный учитель.  
— Спасибо за утро, — сказал Франко, поймав меня за руку и притянув её к губам. Поцелуй получился мимолётным, почти официальным, но у меня всё равно дрожь прошла по телу. — До встречи, лина Амелия. 
— До встречи, — эхом отозвалась я и поспешила сбежать, пока не надумала чего-то, за что потом будет стыдно. 
За спиной раздался тихий смех. Ну и бездна с тобой, веселись на здоровье!
  
Глава 34. Брат
  
Студент Домус Визарис уже уехал из трактира, а Пруст продолжал жить в одной из комнат, изображая его собутыльника. О прибытии Кеннета Делири воины ещё не докладывали, так что у Сокола было полчаса, чтобы выяснить, замешан ли глава разведки в подставе с Малией.
Странно, он думал, что вихрем влетит в комнату друга, и забыв о магии, начнёт молотить его кулаками. Но гнев уходил куда-то внутрь, не выплёскивался наружу. Отчего в груди будто камень твердел. Больно было, тяжело, невыносимо. Больше года он ухаживал за Амелией, а потерял её в одно мгновение.
“Нет, ещё не потерял, — твердил внутренний голос с интонациями Магнуса. — Не смей сдаваться, слышишь?”
Жаль, время не обернуть вспять, и винить, кроме себя, некого. Традиция клана запрещали прикасаться к невесте до свадьбы. Он забыл о них. А если б помнил, то никакой морок не заставил бы его совершить ошибку. Репутация не бралась из пустоты. Неужели он действительно настолько пропащий, что не заслуживает ни любви, ни счастья? Только презрительного “бабник” и свадьбы с той, что не побрезгует им.
Сокол остановился в коридоре трактира и упёрся лбом в стену. От боли уже хотелось волком выть и плевать, как долго учился её терпеть. Вот бы снова забыть несколько лет своей жизни. Чувствовать пустоту там, где была надежда и не переживать больше ни о чём. Или умереть, бросившись грудью на острые клинки. Это легче, чем до конца своих дней жить в бездне, ставшей реальностью.
— С ума схожу, — прошептал он.  
— Сокол, — тихо позвал Пруст, появившись из-за поворота. — Ты меня слышишь?
Нужно взять себя в руки. Даст волю демонам, терзающим душу, — никогда ни в чём не разберётся.
— Да, что там с Ведари? — он отошёл от стены и посмотрел на разведчика. — Мы берём его сегодня?    
— Если ты готов, — Пруст держался на расстоянии. Купола тишины вешал щелчками пальцев. Никогда не забывал о безопасности. — Пока я вижу взгляд безумца.
— Кто-то морок на меня навёл, — слова срывались с языка почти без контроля. Выдержка трещала по швам. Нет, не до студента сейчас… — В спальню пришла Малия, а я был уверен, что Амелия. Подмена вскрылась утром. Моя невеста сняла помолвочный браслет. А кто у нас умеет насылать морок? Кто пенял мне, что я подставил Ведану и суд Фитоллии казнит невиновного человека?
— Сокол, стой, — разведчик выставил вперёд руки. — Это не я, клянусь. Весь вечер вчера и половину ночи я сидел в трапезном зале и подтверждал легенду. Святые предки, да меня половина твоего отряда видела! Это раз. И два — я умею насылать только кошмары. Малия умерла бы от разрыва сердца и уж точно не дошла до твоей спальни! 
“Я ни в чём перед тобой не виноват, — звучал собственный голос в памяти. — Ни в чём не виноват, Амелия”.
— Пойдём в комнату, — предложил разведчик. — Нормальную защиту поставим и поговорим спокойно. Я уверен, что Марко Ведари с мороком постарался. Франко там, больше некому. Показал тебе свою силу и заодно клин между нами вбил. Как бы я не злился за Ведану, но вредить девушкам клана точно не стал бы. Это наше с тобой дело. Ни Амелия, ни Малия не причём!
Гнев продолжал спрессовываться внутри. Слой за слоем укладывался, пока тело не начало чувствовать могильный холод. 
— Сокол, — тихо продолжал Пруст, — да мне легче рожу тебе разбить, чем такое устраивать. Амелию с детства знаю, с братом Малии был знаком. Ну зачем? Вчера же всё выяснили. 
 
— Ты прав, — бесцветным тоном отозвался он.— Пойдём в комнату.
Туман в голове медленно рассеивался, стены и двери в коридоре обретали очертания. Разведчик уже повернулся в нужную сторону, но вдруг замер.
— Подожди, лин Делири вызывает.
— Маска, — сказал глава клана из зеркала, когда связь установилась. — На Франко была маска. Он снял её перед Амелией и стал собой. Где ты стоишь? Сейчас портал открою.
  
34 (2)