Посольская школа. Невеста Сокола (СИ)

— Разумно, — согласилась я. — Переживаешь, как им сказать?
— Нет, мне лин Саливан нужен, — замялся Бесо впервые за разговор. — Законники за оформление документов дорого берут, а он вроде как свой. Может, сделает скидку. 
— Думаю, что не откажет. Но он сейчас занят оформлением патента на омнибусы. Недавно был в особняке и жаловался лине Хельде, что бессалийская бюрократия начинает его утомлять. Не уверена, что сможет помочь тебе прямо сейчас.
— Нам не к спеху, — отмахнулся бывший воспитанник. — Лишь бы взялся. Я бы сам ему написал, но почтовая шкатулка стоит, как ещё одна мастерская. А если клановой почтой пользоваться, то письмо только к осени и доберётся.
— Да, закрытость Клана Смерти от внешнего мира — та ещё проблема. Хорошо, я напишу Артуру и передам потом Кондру с Дайсом ответ.
— Спасибо, лина Амелия, — Бесо чуть снова не полез обниматься. — Ну всё, я побежал, а то отвлекаю вас от дел.
— Да, у меня экскурсия для одной ведьмы, — улыбнулась я, попрощалась с ним и вышла из кухни. 
  
Глава 12. Под маской гнева
 
Глава родительского комитета пожелала осмотреть тренировочный полигон. Какой? С магической защитой, разумеется. Вдруг боевые маги Клана Смерти вместе с инструкторами академии напрасно золото получают за свой труд? Халтурят, рискуя жизнями детей? Я не стала вступать в полемику и просто повела ведьму на задний двор посольской школы. Вокруг полигона для наглядности поставили высокий забор и высадили деревья. Линней предложил ещё и таблички повесить для зевак “не влезай, убьёт”, но я шутку не оценила.
— Там кто-то есть? — спросила Лара, прислушиваясь к неясному шуму.
— Если есть, то нарушает правила школы, — нахмурилась я. — Практические занятия по расписанию начинаются через два дня. Сейчас на полигоне делать нечего. 
Но за высоким забором явственно раздавались ритмичные удары.
— Уши надеру, — шёпотом пообещала я, подозревая, что мальчишки затеяли какую-то каверзу. Или, не приведи боги, драку! — Не торопитесь, лина. Сначала я на полигон зайду.
— Пожалуйста, — ведьма жестом пригласила меня идти вперёд. — Вы здесь главная.
Вот да. Надо почаще об этом напоминать и работникам, и воспитанникам. 
Вход на полигон был устроен через склад с деревянными манекенами. Я открыла дверь своим ключом и вздохнула, заметив меч Сокола на стойке для оружия. Устраивать разнос за нарушение дисциплины резко расхотелось. По договору клана с министерством иностранных дел Фитоллии охранники имели право тренироваться на полигоне.
— Ложная тревога, — пробурчала я, оглянулась, но ведьмы и след простыл. — Лина Лара?
— Я здесь, — отозвалась настырная гостья. Пока я разглядывала меч, она вышла со склада на сам полигон. — Не хотите присоединиться? 
Проклятье! Сейчас она узнает лучшего убийцу, доложит Ведане, и рыжая стерва закатит фееричный скандал. “Я же просила держать вашего кобеля подальше!” Куда его деть, если министр иностранных дел по долгу службы бывает в каждом королевстве? Запирать в подвале, когда она приходит в школу с проверкой?       
— Лин Сокол — глава нашей охраны, — с порога начала оправдываться я, но ведьма приложила палец к губам.
— Тише, не спугните. Я тут стою, задержав дыхание. Пекло, какой мужчина.
Аромата жжёного сахара я в такой ситуации никак не ожидала. У Лары горели глаза, она украдкой облизывала губы и кокетливо накручивала на палец прядь волос. 
— Высокий, сильный, весь такой… Поджарый. Уф-ф-ф-ф. Почему я замужем? Предупреждала же мама: “Ларочка, не торопись!”
 
Я, наконец, посмотрела на полигон. Раздетый до пояса Сокол сражался сразу с пятью манекенами. Кружился между ними, нанося удары голыми руками. Чётко, выверено ритмично. Ладони, наверное, звенели, встречаясь с деревом раз за разом, на коже блестел пот. Напряжённые мышцы казались каменными. И да, он был удивительно красив. Грациозен и одновременно опасен настолько, что дух захватывало. Оживший меч, воплощенная в человеческом теле ярость.  
— Везёт же кому-то седлать такого жеребца каждую ночь, — промурлыкала Лара и томно прикрыла глаза. — Сплетники не врут. Воины Клана Смерти — особая слабость для ведьмы.
У меня от стыда лицо загорело. Ладно, аромат похоти, к нему я привыкла. Но как хватает раскрепощённости вот так в открытую обсуждать мужчину, словно он — вещь? Ни одного повода ведь сейчас не дал. Тренировался.
На последней мысли я запнулась. Грохот ударов слишком сильно напоминал барабаны на клановых праздниках. Танцоры под них впадали в транс. Кружились на поляне, являя миру звериную сущность, соединялись с природой. Но Сокол ушёл глубоко в себя по другой причине. Им управлял гнев. Над полигоном стояло настолько плотное облако чёрного перца, что грозило заслонить солнце. Напрасно я втянула носом воздух. Закашлялась до слёз из глаз и схватилась за горло. Невыносимая концентрация. И лучше Соколу от того, что он выплёскивал эмоции, не становилось. Бездна затягивала. Он не чувствовал боли, не видел никого вокруг. Просто бил, бил, бил, бил.
— Признаюсь, лина Амелия, это лучшая часть экскурсии, — проворковала Лара, а меня передёрнуло.
Сочетание перца и жжёного сахара — худшее на свете. Хотелось схватить ведьму за плечи и встряхнуть. “Очнись! Какая похоть? Ты не видишь, что ему плохо?”
Но она, и правда, не видела. Никто не видел. Все смотрели на улыбающегося Сокола, слушали его шутки и на мгновение не могли представить, какая бездна у него внутри. “Это же Сокол. Лёгкий, смешной, несерьёзный. Уж у кого у кого, а у него всё хорошо”.          
И я не замечала. Не хотела. Замкнулась в своих страхах, утонула в эгоизме и вот так походя, играючи, причинила боль человеку. Проклятый букет! Если б знала, что так выйдет, сожгла его в руках у Марко!             
— Я думаю, лина Лара, мы увидели достаточно. Экскурсия закончена, у вас есть ко мне вопросы?
— Нет, благодарю, — она вытянула спину, наткнувшись на мой сердитый взгляд. — Завтра мы приведём детей на праздник по случаю начала занятий. Заберём вовремя. До встречи.
— Тёмных ночей, — пожелала я, забыв, что правила вежливости требовали проводить гостью до дверей.
Но ведьмы была слишком горда и независима, чтобы злиться на отсутствие внимания. Поправила волосы в причёске, одёрнула короткую юбку и начала читать заклинание, открывающее портал. Тем лучше. Долгие проводы в нашем случае — лишний повод для ругани. Я закрыла глаза, ослеплённая рамкой портала. Мгновение считала, пока шипение не стихло. И опоздала сбежать. Сокол заметил зрителей. Стоял теперь, опустив руки, и высверливал меня взглядом. 
Чего я себе напридумывала? Причём тут букет? У лучшего убийцы клана, наверняка, проблемы посущественнее, чем ухаживания за мной.
— Браво! — тонким голосом закричала женщина, и раздались хлопки в ладоши. — Лин Сокол, это было великолепно!
А вот и пропавшая Малия. Пришла на полигон раньше нас с ведьмой и тихо стояла у борта трибун. 
— Хотите лимонад? Жарко же после тренировки.
Конечно, он хотел пить. Не велика наука угадать настолько простое желание. Подглядеть, кто именно пришёл на полигон, заранее приготовить лимонад, отпроситься у Сары и теперь выступать спасительницей от жажды. 
 
Я пожала плечами, но от скованности получилось так, будто дёрнулась. Сокол пошёл к трибунам, на ходу натягивая на мокрое тело снятую со столба рубашку.
— Благодарю, — хрипло и очень тихо ответил он. Губами пошевелил. И от усталости не расточал больше своё фирменное обаяние. — Лимонад весьма кстати.
— Я в него имбирь с мёдом добавила, — защебетала Малия и чуть не задохнулась от счастья, когда воин забрал у неё стакан, коснувшись пальцев. 
Кого-то и соблазнять не нужно. Сами готовы запрыгнуть в постель. А я ещё чихала из-за чужого гнева! От облака уже ничего не осталось. И тут я снова замерла. Малия горела эмоциональной свечкой, но внутренняя бездна Сокола поглотила всё. Я ничего не чувствовала! Абсолютная пустота царила вокруг.