Академия Карлайл (СИ)

— Джек, не надо. — Я убрала его руку, инстинктивно поглядывая на Тома. В какой же ужасной я ситуации. — Я в норме.
Думаю, Джек таким образом хотел поддержать меня, но его прикосновения ко мне делали только хуже: любое касание ко мне в тот момент я воспринимала как нечто грязное, отвратительное, мерзкое…
— Я хотел поговорить с тобой. — Джек чуть наклонился ко мне и прошептал на ухо. — Это действительно важно.
— Ладно… — Я закатила глаза. — Идём.
Джек жестом пригласил идти вперёд. Я встала и пошла в сторону стойки. Моё внутреннее состояние немного успокаивалось. Но руки до сих пор потрясывало и это было очень заметно, потому что стакан с водой никак не хотел держаться в ладонях.
— Говори. — я поставила стакан на поверхность. — Что случилось?
— Ана, ты точно в порядке? — Старк мягко опустил ладонь на моё плечо. Я перевела взгляд на его руку и вернула глаза на него, показывая, что не стоит прикасаться ко мне, во всяком случае, сейчас. — Извини… — Он убрал руку с плеча. — Я кое-что увидел перед случившимся… Я видел, как твоя «закадычная подруга», рыжая эта… как её… Алекс, кажется…
— Джек, ближе к делу.
— Алекс разговаривала с каким-то парнем, показывала ему на женский туалет, а потом он пошёл в эту сторону. Я не уверен, что это именно он, но…
— Ты знаешь? — На глазах скапливались вновь начавшиеся слёзы, но я смогла их сдержать. — Больше всего мне хотелось, чтобы об индиденте в туалете знали как можно меньше людей.
— Да, слышал. Имей в виду, — Джек сделал шаг вперёд ко мне, — не ведись на её провокации. Не отвечай ей. Хотя бы сейчас.
Проигнорировав мои прошлые немые просьбы не прикасаться, он обнял меня. Объятия вышли какими-то чопорными, но в тоже время в его руках было так тепло и спокойно, что не хотелось, чтобы он отпускал меня.
— Джек… — отстранившись, я мягко улыбнулась. — Давай вернёмся. Сейчас не время для проявления сочувствия. Мне неловко.
Джек кивнул и отстранился. Не знаю, может, я себе напридумывала, но складывалось ощущение, что он сам испытывал неловкость. Он явно не понимал, как стоит вести себя в подобных ситуациях. Да и я, впрочем, тоже… Мы вернулись к ребятам за столик. Всё это время Томас пристально наблюдал за мной. Джек оставил меня с Амелией и подошёл к Роберту, и они начали о чём-то разговаривать.
— Анастейша Кортез. — Амелия подсела ко мне ближе. — И что это было?
— Амелия… — Я перевела взгляд с парней на неё. — Всё так сложно. Я смотрю на Тома и чувствую, что он мне нравится, но вот появляется Джек и я… аж колени подкашиваются. А ещё мне безумно страшно. Мне постоянно мерещется этот мужик и его руки… — Я даже вздрогнула.
— Да уж… — Амелия поджала губы и положила свою ладонь на мою руку. — Всё будет хорошо. Смотри. — Она указала дверь. — Полиция уже здесь, долго же они ехали.
Около трёх часов мы прождали, пока допросят всех очевидцев случившегося. Не обошлось и без меня. Пришлось вспоминать в мелочах всё, что происходило с момента входа в клуб.
— Вы запомнили его лицо? — Один из офицеров записывал за мной, попутно задавая вопросы.
— Обычное лицо… — Я задумалась. В стрессе я не смогла сообразить, что нужно запомнить его лицо. — Тёмные волосы, светлые глаза. Ничего примечательного.
— Хорошо. На сегодня вы свободны, мисс Кортез.
Я незамедлительно вышла из маленького кабинета на втором этаже клуба. В помещении было душно и давили стены, будто сужались с каждой минутой моего нахождения там. Уже в самом низу я встретила Роба и попросила увезти отсюда как можно быстрее.
***Через несколько дней позвонил папа и сказал, что заедет за мной и отвезёт на допрос в штаб. Кажется, дело обретает крутые повороты… Подключили и внешнюю разведку, и внутреннюю службу безопасности. Голос отца был встревожен. Хотя, о чём это я… Его дочь пытались изнасиловать. Я вообще восхищаюсь стойкостью и выдержкой своих родителей. Всё равно, голос его мне очень не понравился.
Почти всю дорогу мы молчали. Как мужчине, папе было явно сложно спросить у меня про инцидент в туалете. Да и самой было неловко и стыдно обсуждать это с ним, но по его поведению было ясно, что он хочет задать вопросы, и я решила его подтолкнуть:
 
— Давай, — я чуть развернулась к нему, сидя на пассажирском сидении автомобиля, — спроси уже.
— Ты в порядке? — Папа лишь на секунду повернулся ко мне и снова развернулся следить за дорогой. — Мама очень волнуется за тебя. И я тоже. — Его голос… такой грустный и поникший… от этого стало ещё больнее.
— Да, пап, я в норме. — Я легонько пододвинулась к нему и положила голову на плечо. — Том, то есть Купер, вовремя меня спас, за что ему большое спасибо.
— Это хорошо. Очень хорошо. — Папа слегка тарабанил пальцами по рулю. — Стоит поблагодарить его. Ты же это сделала?
И тут я задумалась… Я же даже не сказала ему «спасибо» за своё спасение. Как только вернусь в Академию, обязательно поговорю с ним.
— Пап, а почему допрашивать снова будут твои агенты? — Я решила перевести тему, чтобы, не дай Бог, он не застыдил меня из-за моего ужасного поступка. — Разве стрельбой в клубе и… ну, моим случаем занимаются обе службы? Мне, конечно, приятно…
— Ана, дело серьёзное… — Отец сбавил скорость. — Девушка, которую подстрелили, это ребёнок одного из моих агентов. Это уже второе покушение на родных членов моей группы. — Он несильно ударил кулаком по рулю, от чего я чуть вздрогнула. — Девочка пока жива, но в реанимации… Не знаю, очнётся ли вообще…
— Ну, хорошо, а я здесь причём?
— Дочка, судя по записям с камеры, те двое, кто стрелял в Саманту и напал на тебя, знакомы, они разговаривали в клубе.
— Realmente apesta…{?}[прим. испанский — Это очень хреново.] — Я закусила губу, так как даже боковым зрением увидела, что отец не одобряет моё сквернословие, но промолчал. — А больше никого там с ними не видели?
— Пока не нашли, но даже если и был момент, то лиц вообще не разобрать. Записи настолько ужасного качества, что ни одна наша программа не смогла обработать и улучшить изображения.
Я решила, что пока не буду ничего говорить про Алекс. Мало того, что Джек не уверен, так ещё и агенты её не обнаружили с преступниками. Какая бы не была Алекс гнилым и ужасным человеком, вот так, без прямых доказательств, вешать ярлыки и обвинять я не буду.
Приехав на место, папа повёл меня в допросную. Стало не по себе от кабинета, как будто это я преступник. В помещении сидел уже «старый знакомый» — агент Зак.
— Здравствуйте, сэр! — Зак учтиво поднялся со стола и протянул руку в знак приветствия.
— Добрый день, агент Шелби! — Папа ответил на жест, но более жестко и официально.
— Пап, иди. — Я мягко коснулась руки отца. — Не хочу, чтобы ты слышал. Мне будет неловко. И не подсматривай в окно, ладно?
Папа лишь поцеловал меня в висок и дал понять Заку: переступать грань не стоит. Допрос длился около часа. Агент задавал много вопросов, которые я считала незначительными и даже ненужными. Всё это время он всячески пытался флиртовать, что получалось у него очень плохо:
— Значит, говорите, он пытался поднять вашу юбку. — Шелби встал со стула и подсел почти вплотную ко мне на угол стола.
— Да, именно так. — Я демонстративно подняла на него озлобленные глаза, показывая, что мне не комфортно от таких вопросов. Более того, я в принципе не довольна его поведением. Он сидел настолько близко, что мне хотелось грубо оттлкнуть его.
— Хорошо… — Но он даже не пошевелился. — Внешность описать сможете?
— Я уже говорила офицерам полиции, что не помню. У него заурядное лицо. Нет ни шрамов, ни отметин, ни татуи… — я запнулась. — Стойте… Кажется, у него была татуировка на шее, точно вспомнить не смогу, но что-то вроде паука.
— Мисс Кортез. — Он поднялся с угла стола, обошёл меня и за спиной нагнулся к моему уху. — Я произвожу на вас такое сильное впечатление, что вы каждый раз вспоминаете мелкие детали, которые могут помочь в расследовании?
— Не льстите себе, агент Шелби. — Я даже не хотела разворачиваться к нему, чтобы не видеть его глаз. — Просто пытаюсь помочь, в первую очередь, своему отцу!