Реанимация солнца

– Слушаюсь, капитан. Будет сделано, – нестройно откликнулись полицейские.
Оттерев с лица и экзокостюма мою кровь, Ли Эббот широким шагом вышел из кабинета. Полицейские поплелись за ним. Идти самостоятельно я не могла, и литианам пришлось тащить меня волоком, подхватив под руки.
Услышав шорох открывающейся двери кабинета, секретарша торопливо вскочила с места и мгновенно застыла, не решаясь приблизиться. В темных глазах феммы плескался ужас. Никс, не выходя из образа любопытной недалекой уборщицы, тоже обернулась, чтобы посмотреть на опасную Шей, которую только что обезвредили бравые защитники закона и порядка. Поймав ее взгляд, я несколько раз едва заметно сжала и разжала кулак, подав знак, что карта у меня. Заметила хакерша или нет, я не знала, но хотелось верить в лучшее.
Я готова была решиться на еще одну неудачную попытку побега, но совершенно неожиданно двери лифта общего пользования распахнулись, выпуская в коридор Ли Френнеля-Сайнса в сопровождении робота-охранника – механического куба на гусеничном ходу, ощерившегося лазерами, камерами и датчиками.
– Капитан Эббот, – с порога проговорил он. – На нижнем этаже вооруженное столкновение, меня прислали для вашей охраны…
Внезапно литианин осекся. Светлые глаза уставились на меня. Что-то промелькнуло в его взгляде – недоумение? жалость? – но не успела я задуматься, как Ли Френнель-Сайнс отвернулся.
Того же, что случилось дальше, я, на собственной шкуре испытавшая все прелести полицейского произвола, не могла даже предположить.
– Что здесь происходит? – поинтересовался Ли Сайнс у капитана. – В базе данных значится, что эта фемма – ваша приемная дочь. Она пришла, чтобы встретиться с вами по личному делу, действительного ордера на ее арест не существует, а вы обращаетесь с ней как… нет, я даже определения этому подобрать не могу. Что происходит, капитан?
– Лейтенант Сайнс… – Ли Эббот раздраженно сощурился. – При всем уважении к вам – и особенно к вашему отцу, – это не ваше дело.
– Если это связано с делами полицейского управления, то это меня касается. – Голос полицейского изменился. В нем почувствовалась уверенность и напор. – Эта Шей не задержана, не находится под следствием и не занесена в базу. Какие бы личные отношения вас ни связывали, применять силу к свободному гражданину Абисс-сити абсолютно недопустимо. Мы же цивилизованная раса! Подобный произвол – повод для серьезного внутреннего расследования, которое может и должно закончиться соответствующей отметкой в личном деле.
– Не забывайтесь, лейтенант. Прямо сейчас вы находитесь рядом с моим кабинетом на моем этаже в моем участке. И законы здесь устанавливаю я.
– Законы здесь, – сделал широкий жест рукой Ли Сайнс, будто собирался охватить весь город, – устанавливает администрация Абисс-сити при поддержке правительства Литианского сектора и членов Галактического Содружества. И избиение задержанных, которые таковыми даже не являются, в них не прописано. Зато есть несколько подходящих к данной ситуации статей о домашнем насилии. И… – взгляд литианина упал на мою разорванную рубашку, – сексуальном насилии тоже, раз уж на то пошло. Так что посторонитесь и разрешите мне снять побои для занесения в протокол.
Я мысленно зааплодировала упорному литианину. Вот уж не думала, что когда-нибудь скажу такое, но, похоже, я сильно недооценивала своего виртуального поклонника. Да, Ли Френнель-Сайнс оказался совершенно неподходящим для меня манном, но в некоторых случаях дотошный и въедливый характер был как нельзя кстати. Жаль, поблагодарить не удастся. Если Ли Эббот заподозрит чересчур активного лейтенанта в связи со мной, то сотрет его в порошок, невзирая на влиятельных родственников.
Ли Сайнс попытался шагнуть ко мне, но отчим преградил ему путь.
– Пропустите, – с нажимом проговорил лейтенант.
– С дороги! – Ли Эббот бесцеремонно оттолкнул литианина в сторону. – Угомоните уже кто-нибудь этого блаженного!
– Если вы продолжите сопротивляться, капитан, я вынужден буду применить силу.
Последнее слово окончательно вывело капитана из себя.
 
– Силу? – рявкнул он. – Здесь есть только одна сила, и это я!
Вместо ответа Ли Сайнс активировал робота.
«Вот он, мой последний и единственный шанс», – отчетливо поняла я.
Рванувшись из рук опешивших полицейских и не удержав равновесие, я упала прямо под ноги Никс, с любопытством наблюдавшей за заварушкой.
– Шей, – тоненько пискнула уборщица. – Што ш вами, Шей?
И откуда только в «Механическое солнце» понабрали столько выдающихся актеров?
Никс присела рядом. Ловкие пальчики скользнули по моей руке, будто в нерешительности. Тонкая пластинка чипа перекочевала из моего кулака в широкий рукав серой робы.
Дело сделано.
Лже-уборщица притворно заохала и обняла меня за плечи, помогая подняться. Что-то резко кольнуло кожу. Я обернулась к Никс и заметила исчезающий поршень шприц-ручки.
А в следующее мгновение стим подействовал.
Энергия прокатилась по телу мощной волной, отгоняя слабость и притупляя боль. Шейд, вырвавшийся из полумертвого оцепенения, возликовал. Кровь вскипела в венах, выжигая следы блокиратора и сыворотки. Я подскочила на ноги, пугая секретаршу и толкая прочь замешкавшуюся нор-ру – для поддержания легенды и с полной уверенностью, что Никс поймет и простит, – и бросилась бежать, прежде чем занятые внутренними разборками литиане успели сообразить, в чем дело.
Конечно же, я понимала, что нескольких капель стима, припасенных Никс, хватит едва ли на минуту-другую, но сейчас это было даже больше, чем все, на что я могла рассчитывать.
Поворот, коридор, дверь, коридор, еще дверь. Память услужливо воскрешала планировку этажа, где я не раз бывала за десять лет жизни с Ли Эбботом. Архив, комната для допросов, переговорная, личная комната отдыха. Бассейн… кажется. И вот – заветная дверь на служебную лестницу, которой должна была пользоваться обслуга, чтобы не попадаться на глаза капитану и не омрачать своим неприглядным видом заслуженный отдых хозяина. Заперто. Но способностей оживившегося шейда хватило, чтобы с корнем выдрать замок.
Позади послышался шум и тяжелые шаги.
Лестница узкими пролетами уходила вверх и вниз, тонким винтом пронзая здание управления полиции. Логичнее всего было бежать вниз, к выходу в гараж и подсобные помещения, откуда можно было прорываться на свободу. Но я понимала, что именно туда в первую очередь отправится сам Ли Эббот, а литиане в полных экзокостюмах быстрее и сильнее меня в нынешнем состоянии. Мне не оставят ни шанса. А значит…
Наплевав на здравый смысл, я метнулась наверх.
Сил и времени хватило, чтобы преодолеть семь крутых пролетов. Офис отчима располагался на семнадцатом, и выходило, что я успела добраться до двадцать четвертого. Что, если вспомнить общую высоту здания, было не очень-то хорошо. Но выбора не осталось. Внизу громко хлопнула дверь, и я съежилась у стены, прижавшись к техническому коробу и отчаянно надеясь, что ни у кого из преследователей не окажется под рукой тепловизора или не хватит ума им воспользоваться.
Глупая надежда.
Гулкое эхо шагов раздавалось все дальше и дальше – похоже, Ли Эббот действительно решил, что я пойду вниз. Выждав несколько секунд, я осторожно поднялась на ноги.
Шаги затихли.
Я замерла, задержав дыхание.
Тишина.
Можно… идти?
Красный луч энергетического выстрела просвистел в узком пространстве между пролетами, заставив меня испуганно отпрянуть в сторону.
– Она наверху, капитан! – выкрикнул кто-то.
Шисс!
Бежать, бежать, бежать!
Пространство вокруг наполнилось голосами и звуками – бешеным топотом ног, скрипом сочленений экзокостюмов, писком перезаряжаемого оружия. Спотыкаясь, шатаясь и едва не падая, я бросилась наверх, перепрыгивая через две ступеньки и прижимаясь к стенам, чтобы уберечься от выстрелов, но литиане стремительно догоняли. Силы утекали как вода сквозь пальцы. Еще несколько десятков секунд – минута максимум, – и я окажусь в зоне видимости первого стрелка.