Реанимация солнца

В конце концов, я же не утонченная литианка из Центра, и в операционной иной раз приходилось видеть и не такое. Перерывать гору нечистот было в чем-то даже легче, чем промывать открытую рану, обрабатывать химические ожоги или вытаскивать из ноги осколки раздробленных костей. Мусор, по крайней мере, не пытается сбежать, не заходится криком из-за нехватки в клинике сильных обезболивающих и не смотрит обреченным укоризненным взглядом, прежде чем испустить последний вздох.
Дротик не спешил находиться. Медленно ползущий конвейер уносил нас все глубже и глубже в недра коллектора, а расположенные над головами утилизаторы добавляли лишних проблем. Вокруг крутились осмелевшие грызы, так и норовя вцепиться в руку. Но шейдер не сдавался.
– Шей Кессель…
Мои слова эхом отразились от низких сводов тоннеля.
– Сола… – не поворачиваясь, откликнулся он.
– Зачем? – заговорила я о том, что не давало мне покоя с самого спуска в тоннели. – Для чего мы ищем этот шиссов дротик? Что в нем такого, что стоит прогулки по канализации?
– Не задавай ненужных вопросов, если не хочешь вляпаться в неприятности.
– Поздно, – скептически хмыкнула я, обводя взглядом полутемный коллектор. Мне показалось, или со стен пропал мох, а вокруг неожиданно стало темнее? – И все-таки?
– Тебе нет смысла это знать.
Негодование всколыхнулось внутри ядовитой волной.
– К сожалению, – едко заметила я, – я уже знаю куда больше, чем хотелось бы. Меня уже доставала полиция, потому что я, вероятно, спасла не того шейдера. А не стоило бы…
Спина Кесселя застыла.
Он обернулся, медленно, угрожающе, опасно – как дикий хищник перед броском. Последним для его жертвы броском.
Мне хотелось быть смелой. Хотелось не реагировать. Но что-то глубинное, инстинктивное, что-то заложенное внутри самой природой не смогло не застыть, послушное воле сильного манна. Шейдера. Машины для убийства из плоти и крови.
Он придвинулся ближе. Коснулся моего подбородка, сомкнул руку на шее, вынуждая запрокинуть голову и разомкнуть губы в ожидании…
Предвкушении…
Кессель наклонился. Потемневшие глаза манна завораживали, затягивали. Шейд внутри жадно ринулся навстречу.
– Скажи-ка, мелочь, – почти в самые мои губы выдохнул боевик «Механического солнца», – ты правда хочешь стать частью нашей жизни? Моей… жизни.
Рука соскользнула с шеи вниз. Прошлась вдоль глубокого выреза майки, едва касаясь обнаженной кожи. И нагло, уверенно, по-хозяйски нырнула под одежду, к груди.
Пальцы сомкнулись.
Я не сдержала рваного вздоха. Выгнулась, отдаваясь во власть умелых рук, и почти бессознательно качнулась вперед, к манну. Его губы были так близко…
Шейдер чуть отстранился, не давая мне прикоснуться.
– Ну?
«Да! Да! Еще!»
Усилием воли я загнала шейда куда подальше.
– Нет.
Манн усмехнулся.
– Я так и думал. – Он выпрямился. Жесткий взгляд отрезвил лучше холодной воды. – Тогда слушай меня, Солана Диаз. Ты молча, без единого вопроса поможешь мне найти дротик, а потом вернешься наверх в свою обычную трусливую жизнь и забудешь обо всем. Сделаешь, как я сказал, и обещаю, больше тебя никто никогда не побеспокоит.
– И ты? – зачем-то переспросила я.
– И я.
Что-то беззвучно шевельнулось за спиной Кесселя. Я покосилась через его плечо, пытаясь поймать в узкий луч света неизвестный объект, но жесткие пальцы, схватившие подбородок, не позволили мне отвернуться.
– Тебе ясно, Солана? – напряженно произнес шейдер. – Ищешь дротик, вопросов не задаешь, ни во что не вмешиваешься, тихо уходишь домой. – Темнота впереди вновь дернулась, заставив вздрогнуть. – Поняла? Или повторить?
А потом…
– Шисс, – прохрипела я, вырываясь из его хватки. – Шисс!
Шей Кессель раздраженно поморщился.
– Солана, ты поняла…
– Нет, это ты не понял! – уже во весь голос заорала я, указывая ему за спину и одновременно шаря в кармане куртки в поисках станнера. – Шисс!
Молниеносным движением Кессель перекатился вбок, закрывая меня от опасности. Толстое щупальце с острыми шипастыми наростами просвистело в считанных сантиметрах от того места, где только что была голова манна. Почти сразу же последовал удар с другой стороны, но шейдер был наготове. Бронированная лапа с отросшими когтями хлестнула по щупальцу, рассекая плоть, точно скальпелем.
 
Тьма вокруг нас взревела низко и утробно. Шквальный поток воздуха, неизвестно откуда взявшийся в тоннеле коллектора, едва не сбил с ног, а непереносимая вонь пробила даже притупленное шейдом обоняние. Я закашлялась, бессильно повалившись на груду мусора. Впереди маячила напряженная спина Кесселя, высматривавшего новые щупальца.
Темнота, густая и влажная, пугала, а еще больше пугала неестественная тишина. Пропали вездесущие тоннельные грызы, затих гул конвейерной ленты, перемещавшей мусор. И это было… неправильно.
Трясущимися руками я увеличила мощность фонарика – и едва не захлебнулась собственным криком.
Полукруглый тоннель сжался и потемнел, стены покрылись живой влажной слизью. То там, то тут торчали острыми зубцами белые сталактиты. По углам в клубах зловонного пара метались неясные тени. А внизу под грудой мусора…
– Ш-ш-ш… Ш-ш-ш…
Кессель проследил за лучом света, выхватившим из мрака очередной сталактит, и констатировал с убийственным спокойствием.
– Шисс.
Ага, шисс.
Изнутри.
Темнота словно ждала этой команды. Десятки щупалец разом обрушились на нас из углов, норовя обвиться вокруг тела и утащить в голодную пасть. Но шейдер в частичной боевой трансформации был быстрее и ловчее полуразумных отростков шисса. Я едва успевала уследить за его отточенными движениями – вперед, вправо, поворот, перекат, подсечка. Когтистые лапы наносили удар за ударом, и стены тряслись от оглушительного рева шисса, внезапно встретившегося с равным, пусть и уступающим чудовищу в размерах, противником.
Что-то склизкое обвилось вокруг лодыжки, вспарывая плотную ткань джинсов, впиваясь в кожу. Я вскрикнула и ткнула станнером в щупальце шисса, прежде чем оно успело сомкнуться кольцом на моей ноге. Энергетический разряд попал в цель, щупальце обиженно втянулось в темноту.
Я зашарила лучом света по кучам мусора в поисках новой угрозы, когда вдруг заметила в трех шагах тусклый металлический блеск. Внезапная догадка искрой вспыхнула в голове – дротик! Плоская цилиндрическая капсула и три длинных шипа, полускрытые грудой пластика. Перекатившись на бок, я осторожно подцепила дротик пальцами, стараясь не касаться острия игл, и сунула в карман.
С облегчением выдохнула – и вдруг почувствовала на своем плече когтистую хватку.
Разряд станнера ушел в никуда – крепкие пальцы до боли стиснули запястье, не позволив завершить удар.
– Кессель?
Сильные руки рывком вздернули меня на ноги, развернули и толкнули в спину – прочь от темноты, вперед к едва заметному пятну тускло-зеленого света.
– Беги, – только и сказал шейдер.
И я побежала.
Спотыкалась, падала, поднималась – и снова бежала. Скрытые способности позволяли мне не выдохнуться раньше времени, но я не настолько хорошо управляла шейдом, чтобы по собственному желанию трансформировать руки в такие же когтистые лапы, как у Шей Кесселя. Приходилось использовать станнер и отмахиваться им от атакующих со всех сторон щупалец, но несколько ударов мне сдержать не удалось. Порезы нещадно щипало, и я не могла не думать о заразе, попавшей через них в кровь. Секрет, выделяемый шиссом, в больших количествах мог вызвать токсический шок…
Впрочем, сейчас это была меньшая из наших проблем.
Кессель держался позади, мелькая то с одного, то с другого бока. Но мне и не нужно было его видеть. Я знала – на уровне инстинктов, – что он рядом. Что защищал, не позволяя опасным щупальцам приблизиться ко мне, что в любой момент готов был прийти на помощь.