Аист на крыше (СИ)
- Позвольте пройти, есть разговор! - грубо протиснул плечо в приоткрытую дверь. Остолбенев, парень не стал отпираться, решив, что перед ним сотрудник следственных органов.
- Итак, Будаков Павел Игоревич, куда пройдем, в кухню? - стряхнул снег с большой папки, заполненной пустыми файлами. Испуганно хлопая глазами, подросток протянул ладонь в сторону кухни. Времени на ошибку не было. Влад выбирал каждое слово, пытаясь говорить как можно более расплывчато. Хотя, судя по выражению лица, парнишка поверил бы даже, если он протянул корочку с надписью - прИзидент.
- Итак, сразу к делу, мой визит носит неофициальный характер, сами понимаете, иначе я пришел бы не один - строго посмотрел на него из- под темных бровей.
- Ну и ? - борзо воскликнул, вспомнив о влиятельных связях отца.
- Вы в курсе, что некоторые статьи предполагают пониженный возраст уголовной ответственности? Например, статья 131 уголовного кодекса?
- К чему вы ведете? Я не знаю никаких статей! - взъерепенился парень, агрессивно посмотрев на Влада.
- Хорошо, тогда спрошу проще, Вам знакома гражданка Романенко Светлана Валерьевна? Отчество придумал на ходу, наверняка Павел его не знает.
Услышав вопрос, подросток покрылся холодной испариной. Присаживаясь на табуретку, он долго не мог дать ответ, поглаживая костяшки пальцев.
- Так знакома? - обжигая пронзительным взглядом, произнес Влад, наблюдая за мимическими изменениями в его лице. Тот, наконец, ответил.
- Да, знакома. Учились вместе, но я ее ..
- Да, вы ее давно не видели, конечно... - сделал паузу, - ведь ей пришлось переехать в другой район после всего вами содеянного - ледяным ровным тоном ответил, словно нарочно похлопав по толстенной папке. В этот момент бледное лицо парня приобрело совершенно мертвенный оттенок.
- С чего вы взяли?? - воскликнул, вскочив со стула, - я ничего не делал.
- Ну как же, есть неопровержимые доказательства, свидетели, ваши же приятели, хотите, назову фамилии.. сделал многозначительную паузу - и , в конце концов, показания пострадавшей. Просто вам крупно повезло, что девочка испугалась довести дело до конца, а зря, я вижу, вы не раскаиваетесь. Влад откровенно блефовал.
- Этого не может быть. Она забитая мышь. Какие показания?
- Так, значит, вы не отрицаете факта содеянного преступления? - буквально навис темной тучей.
- Я все отрицаю. Уходите отсюда! - в панике указал на выход.
- Зря вы так, Павел Игоревич, ведь ваш отец, насколько мне известно, бывший сотрудник милиции, блюститель порядка и спокойствия граждан - удрученно покачал головой, - Как вы думаете, если я с ним встречусь также неофициально, и предъявлю ему ряд доказательств, он станет препятствовать возбуждению уголовного дела? - медленно встал из-за стола, собираясь уходить.
- Это невозможно, я не идиот, времени прошло куча! - обозлился подросток, - кто вас послал? Она? вы хотите денег? - округлил глаза, соображая где может достать крупные средства.
- Уже лучше, я вижу, мы поняли друг друга - не мог скрыть ликующего блеска в глазах, - Знаете, занимаясь этим вопросом, я накопал еще очень много интересных вещей, освежить вашу память? - собрался раскрыть папку.
Теперь парня и вовсе, казалось, проехало катком вдоль и поперек.
- Не надо! Я все сделаю, только отцу не говорите, он застрелит меня сразу, сколько вам нужно ? - лихорадочно потер ладонью ледяной лоб.
- Что же вы, Павел, все деньгами измеряете! - покачал головой, - о спокойствии близких думать надо, или вы полагаете, только ваш отец в органах работает? - на восковом лице промелькнула тонкая улыбка.
- Что тогда? Что вам надо? - повысил голос, посмотрев на часы.
- Вот о спокойствии близких думаю, близкий мне человек ходит с вами в одну и ту же школу, по одним и тем же коридорам... Одними и теми же дорогами возвращается домой. Страшно мне за него, понимаете?
- Это Лариска настучала? - стиснул губы, стукнув кулаком по двери.
- Я не могу разглашать ничего из того, что может быть в последствии пришито к вашему делу, поэтому, прежде чем уйти, я настоятельно предупреждаю: Еще один эпизод и к вашему совершеннолетию вас будет ждать весьма неприятный сюрприз. К сожалению, меня поздно поставили в известность о ваших деяниях, иначе сейчас мы сидели бы с вами в другом месте.
- Да..Да. - повторял, лихорадочно выпроваживая нежданного гостя, - я все понял, никакой наркоты.
- Вот-вот, а самое главное, пересмотрите собственное поведение в целом, и отношение к женщинам в частности - грозно прострелил его взглядом, - Надеюсь, наша встреча была последней.
Без лишних звуков за ним захлопнулась дверь. Ни на секунду не задерживаясь, Влад быстрым шагом вошел в лифт. Опьяняющая улыбка играла на его губах. Он ликовал: " Театральный по мне плачет, а я людей из канализации вытаскиваю"- саркастически подумал, проверив рукой сохранность чужого документа. Все было на месте, дело сделано, казалось, бы радуйся.. Но в душе смешались противоречивые чувства. С одной стороны облегчения от проделанной работы: парень оказался даже тупее, чем он предполагал. От страха этот Пашка даже не понял, что Влад закрыл большим пальцем руки половину фотографии на удостоверении. И фамилию даже не переспросил. Святая простота!
С другой - на поверхности сердца словно хорошенько поработали наждачной бумагой. Что-то саднило в груди. Может быть, горькое осознание того, что существует в реальности забитая девочка Света, которая пережив насилие, не нашла в себе больших сил, как покинуть школу. И может даже никому не сказала, а если и сказала, то этот " кто-то" ничем не смог ей помочь. Тоскливо стало и обидно.
И от осознания, что Ника могла вчера оказаться на ее месте, в жилах стыла кровь. Влад до сих пор не мог понять, как этот сопливый идиот мог проворачивать такие безнаказанные вещи. Хотя, ответ очевиден. Отец. Взрастив такого монстра, он наверняка не подозревал о том, за кого заступается, пытаясь восстановить доброе имя семьи. Печально. Власть, данная человеку, словно холодное оружие. В одних руках оно перережет тугие веревки на плененном теле, в других - блеснет клинком у самого горла. И попробуй что-то возразить: отдашь все, как последняя дрожащая мышь, и будешь молчать, если прикажут не раскрывать рта. Сколько последствий неоправданного применения власти он видел, даже и не вспомнишь, хорошо ушел, не было сил смотреть на масштабные заклания пушистых кроликов. Однако, как не убегай, боль навсегда остается в сердце, периодически вспыхивая новыми красками. Вот и вчера она снова окрасила сердце в темный цвет, ему стало больно и обидно за Веронику и ее мать. Также, как и в тот день, когда он заметил на ее щеке синяк.
Скулы парня напряглись, когда он распахнул дверь на улицу. Мелкая манка холодного снега брызнула в лицо. Физически стало теперь также противно, как и духовно. Под ногами рассыпался звонкий скрип, снег лежал сухой и искристый, словно плоские овсяные хлопья. К счастью, машина находилась поблизости. Выкручивая руль, продолжал мысленно рассуждать:
" Это даже хорошо, что получилось именно так. Я не уверен, что у меня хватило бы сил и терпения организовать всю цепочку, что предлагал Юрка. Этот пацан действительно никого не боится, кроме отца. И только этот страх будет держать его на цепи некоторое время. А потом. Не так важно, он уйдет из школы, а Нику я одну не стану отпускать вечерами"- успокаивал себя Влад, бросая на заднее сиденье массивную папку. Сердце постепенно оттаяло, наполняя грудь теплотой. Он сделал все, что мог. И главное, как мог. На сегодня можно спать спокойно и это стоило неоправданного риска.
****
Сидя на полу, заваленном игрушками, девушка смотрела на колечки, разложенные в правильном порядке. Даже веселое щебетание Лизы никак не могло вывести ее из состояния оцепенения. Уже второй час подряд у Влада был отключен телефон. Что только она себе не напредставляла. Даже темную камеру, с подтекающим потолком и серыми крысами под лавкой. Ника вообще не понимала, как возможно не поставить ее в известность?! Если он пошел разбираться по ее делам, то она непременно должна все контролировать. Всё и всегда! Похоже, старая привычка никак не собиралась искореняться из женского самосознания.