Аист на крыше (СИ)
- Ого! - шепнула Ника, округлив глаза от увиденного. Ощущение неловкости отпечаталось на лице извиняющейся маской.
- Ужас! - в ответ прошептала соседка, устало закрывая глаза рукой. Этот жест можно было бы назвать трагичным, если бы не общий антураж, создающий определенную сатирическую нотку. Приглашая проследовать за ней, Ника тихо прикрыла дверь. Стало даже как-то неудобно, словно по ее вине Ольге пришлось пережить вторжение пришельцев в миниатюре.
- Спасибо огромное, я бы не попросила, но сама понимаешь... - поджала нижнюю губу, виновато покосившись на пакеты с едой.
- Это последний раз. Я не впрягалась на весь этот кошмар - возмущенно прошептала девушка, скидывая домашние тапки, - и тебе советую закругляться, это же идиотизм чистой воды, пусть мать девочку воспитывает. Последние слова были произнесены с особой жестокостью, от чего Вероника даже сменилась в лице. Протестовать не стала - невозможно вложить в человека то, что не преподают в институтах и нельзя купить ни за какие деньги. Это либо возникает спонтанным безусловным импульсом, либо никогда не беспокоит совесть, отгораживая от чужих проблем.
- Всего хорошего!- без лишней иронии обронила в след уходящей девушке.
В ответ Ольга вымученно улыбнулась и закрыла за собой дверь.
Тем временем Влад не находил себе места. Вернувшись в палату, он постарался загладить собственную вину клятвенным обещанием соблюдать постельный режим. Однако, похоже, медсестра разозлилась не на шутку, от души "вкатив" ему болезненный укол.
- Лидия Петровна! Это бесчеловечно! - шутливо возмущался парень, придерживая ватку на месте укола.
- Бесчеловечно было бы, расскажи я все главврачу - прошипела медсестра, - а так, это последнее предупреждение, ясно Вам? - пристально зыркнула зелеными глазищами, словно пытаясь загипнотизировать.
- Да, да, ясно - приложил ладонь к сердцу - спасибо большое за терпение, с меня причитается - дважды приподнял бровь в прозрачном намеке.
Не обернувшись, женщина вышла из палаты, шмыгая белыми тапками на высокой резиновой подошве.
Оставшись наедине с собственными мыслями, Влад принялся разрабатывать план по досрочному освобождению. Меньше всего его сейчас заботило собственное здоровье. Главное - избавиться от волнения за дочь и вины перед Никой, повисшей свинцовым грузом. Влад прекрасно понимал, что она слукавила, сказав, что присмотр за девочкой не доставит ей особого беспокойства. "Конечно, доставит, да еще какое!" Уж он-то знал этот ежедневный калейдоскоп, состоящий из истерик, капризов и поиска компромисса. А если до кучи нарисовать две собачьи морды, требующие хлеба и зрелищ, то становится совсем весело. Схватившись за телефон, Влад поймал себя на мысли, что не может думать ни о чем другом, кроме душевного подвига Вероники. Ему захотелось непременно услышать ее голос, узнать, справляется ли она с возникшими трудностями, поддержать, хотя бы так... на расстоянии. Словно по волшебству куда - то исчезла вся злость и непонимание, стерлась в памяти обида и желание закрыться в собственном коконе. Напротив, сердце было переполнено благодарностью: она лилась через край, отражаясь блеском в глазах, застывая в уголках губ при каждой мысли о ней.
Скрип старой кровати абсолютно не настраивал на интимный разговор. Напряженно покосившись на коллегу по несчастью, Влад потер колючий подбородок. " Говорить здесь не хочется, а в коридоре напряжно, поймает тётка - баклажан, придется опять оправдываться, пойду в туалет"- с этими мыслями он встал и тихо вышел из палаты. Очевидно, последний ремонт в данном заведении был еще во времена перестройки: облупившаяся краска на стенах мрачного болотного оттенка, матовая плитка, с паутинкой тонких трещин, и в завершение ансамбля - живописные ржавые подтеки на раковине. В общем - лечись, не хочу! "В таком антураже можно снимать ужастики"- подумал парень, подойдя к узкому окну, выходящему во внутренний двор. Желание курить усилилось многократно, ведь он прекрасно знал, что там, в батарее, лежит припасенная пачка сигарет. Ради нее он пошел на такие ухищрения, которые даже не снились злостной медсестре в белом халате. Но слово есть слово, "ведь обещал не курить", да и к тому же, после каждой сигареты наступал новый приступ удушья. Это сравнимо с тяжелым прессом , сдавившим грудную клетку, вздох получается поверхностным и неглубоким. Дышишь, а надышаться не можешь. Противное ощущение, однако. Прислонившись к подоконнику, он задумчиво посмотрел в сторону двери.
"Девять вечера. В это время Лиза обычно готовится ко сну. Может попозже позвонить"? - ловко покрутил в руках телефон, - нет, позвоню сейчас". Острое желание пересилило здравый смысл. Влад был подобен нетерпеливому ребенку, разрывающему подарочную упаковку, не дожидаясь родительской помощи.
Действительно, желание услышать ее было настолько сильным, что пальцы сами начали отбивать торопливую дробь, касаясь виртуальных клавиш. Не прошло и пяти секунд, как в трубке послышался знакомый голос.
- Привет! - улыбнулась Вероника, строго посмотрев в сторону собак. Заметив пристальное внимание девушки, Пинч сделал вид, будто вовсе не собирался кусать задиристого щенка, а просто оказывает ему добрую услугу по ловле блох.
- Как вы там? Все живы? Я вот на пять минут, узнать. А то мне последнее предупреждение вынесли. Не хотелось бы злить медсестру, я планировал в понедельник выписаться - отчеканил, будто и не волновался вовсе. Кого он хотел обмануть? Ника ни разу не слышала в его исполнении столь торопливой манеры говорить.
- Мы хорошо, даже отлично - улыбнулась, отметив про себя его волнение, - поужинали, вот идём с прогулки вчетвером, сейчас искупаю Лизу и буду укладывать - размеренно сообщила Ника, скрывая усталость в голосе. В реальности все выглядело куда менее гладко: Во время ужина Лиза устроила настоящую истерику, уронив тарелку с едой на пол, пока Ника собирала осколки, Пинч и Гуфф беззастенчиво слизывали с пола остатки тефтелек с подливкой, пачкая все вокруг жирными лапами. А поскольку лап не две, и даже не четыре, пришлось изрядно повозиться ванной. Оказывается, собаки тоже боятся щекотки, точнее мыльной губки, касающейся подушечек лап. Гуфф отчаянно вертелся, огрызаясь, а Пинч изобразил нечто похожее на улыбку, или оскал, она не разобрала, да и времени не было присматриваться. Вернувшись к Лизе, Ника заметила ее с полным ртом, набитым вафлями. Как говорится, хомяк ушел в отрыв." Не надо было ставить её стульчик так близко к столу"- сокрушалась Ника. Ужин пришлось отложить, так как впихнуть еще что-то было нереально. Вот тебе и тихий семейный вечер. Но она совершенно не собиралась рассказывать об этом Владу: во-первых, он будет нервничать и сбежит из больницы прямо в "трениках", во- вторых, его осведомленность никак не облегчит ситуацию.
- Здорово, а я представлял, что они тебя захватили, заперли в ванной, а сами съели все сладости в доме - хмыкнул парень, в душе удивившись столь гладкому течению событий. От этих слов Ника даже поперхнулась, почти так все и было, только в разной последовательности.
- Нет, ты что, я кремень! Никаких вредных лакомств и сладостей, правда Лиза? - укоризненно посмотрела на ребенка, бросающего камушек в замерзшую лужу. Девочка вопросительно посмотрела на нее голубыми пронзительными глазами, а потом шепнула тихое "да". Очевидно, ей не сложно было согласиться, учитывая полное непонимание заданного вопроса. Вот если бы Ника спросила про сладкую вафельку...тогда другое дело!
Облегченно расправив плечи, Влад поймал себя на мысли, что слова Ники вызывают в нем безмерное уважение.
- Респект тебе, я бы не справился один, ну или справился, если только связал собакам лапы, а Лизу отправил на трехчасовой просмотр мультфильма, честно, вот приеду, покажешь мне мастер-класс?
- Ага, покажу - саркастически выдавила Ника, представляя, как обрадуется Влад разбитой тарелке, двум дыркам в диванной подушке, обгрызенной ножке обеденного стула, - но я не уверена, что ты впечатлишься - хмыкнула себе под нос.