Межрасовая Академия Кагорон. Истинная для принца (СИ)

И единственный звук, потревоживший затихшее от выброса энергии пространство, был мой отчаянный вскрик: — Нет!
Но что я могла сделать?
Эвар понял, куда попал, перевёл взгляд, полный отчаяния, на меня.
«Прости», — прошептал он одними губами. И он… развоплотился с тихим хлопком. Навсегда.
В Эваре было очень много энергии, она не успела вся впитаться в контур пентаграммы и мощной волной вылилась в пространство, подчиняясь последней воле своего носителя, уничтожая всех тех, кто мог мне навредить. Я чувствовала его желание защитить меня, даже если цена этому будет его жизнь. Те отступники, которые смогли укрыться от магической атаки Эвара, спрятаться от последнего выброса не смогли. Никто из них не остался в живых. Поляну накрыл многоголосый вой — умирали действительно в муках. И больше всего досталось тому, кто всё это затеял. Выползла из-под замертво свалившегося на меня Доминика, поднялась на колени, утёрла тыльной стороной ладони струйку крови, стекающую из рассечённой щеки, смахнула слёзы, застилающие глаза. Неужели я больше никогда не увижу Эвара? Не обниму? У нас так мало времени было… Если бы я так долго не сопротивлялась своим чувствам и желаниям, счастливых моментов было бы больше. Пентаграмма-разрушитель медленно угасала. Ко мне подошёл Лорен. Ничего не говоря крепко обнял. Не выдержав я закричала, выплёскивая боль от утраты любимого человека. Неожиданно Лорена отбросило силовой волной. А меня начало трясти, да так что я не могла сообразить, где небо, а где земля. Всё также быстро закончилось, как и началось.
Посмотрела вниз и поняла, что произошло. Я перевоплотилась в бриллиантового дракона. Почему в бриллиантового? Всё просто, моя чешуя была какого-то серого цвета и переливалась на солнце всеми цветами радуги. Подпрыгнув я взлетела, всё было так знакомо, как будто я летала постоянно, а не только первый раз. Всё чего мне сейчас хотелось, это улететь подальше и просто побыть в тишине, оплакивая своё горе.
Так и поступила, одним взмахом крыльев я поднялась достаточно высоко и взяла курс на Драконий хребет. Через полчаса быстрого полёта, я неуклюже приземлилась на высокий, заснеженный пик. Моё тело моментально начало перетекать в человеческую форму. Я уселась на самый край скалы. Слёзы по прежнему застилали глаза. Здесь бушевал суровый северный ветер, смахивая мои слёзы и слушал вой боли. Я смотрела, как в сером небе появляются и исчезают последние птицы этого сезона, как растворяются белоснежные облака. Это, должно быть, происходило быстро, но для меня тянулось несколько вечностей.
Но это было не важно. Мне уже ничего не было важно. Вновь заплакала, выплёскивая боль от потери. Слёзы не прекращая текли по щекам, я даже не пыталась их утереть. Великие боги, как больно… как же это больно. Почему он?
Почувствовала, что рядом открылся портал. По звуку шагов определила, что это был Чар. Я даже не обернулась. Почувствовала, как Чарльз притянул меня к себе, настойчиво обнимая, устроил мою голову у себя на плече, поглаживая по спине, разделяя со мной боль утраты любимого человека. Он ничего не говорил, просто был рядом. Когда-нибудь я скажу ему за это спасибо, но только не сейчас.
Я рыдала так громко как никогда в жизни. Выла от собственного бессилия что-либо изменить, от невозможности вернуть Эвара. Плакала, пытаясь хоть как-то заглушить боль, которая никуда не уходила.
На рассвете пошёл снег. Крупные белые хлопья кружились в воздухе, освещаемые первыми красноватыми лучами солнца, выбившимися из-за туч, — они стали для меня символом этой ночи. Холода смерти, убивающей боли. Не знаю, сколько мы сидели с Чарльзом в обнимку на холодной земле, я потеряла счёт времени. Мне было всё равно.
И когда появился отец с Лореном, я никак не отреагировала. Они пытались подойти и расспросить меня, но Чарльз дал им понять, что сейчас не самый лучший момент, а я всё продолжала плакать от убивающей меня боли.
  
Глава 39
 
Эмилия
Я не знала, как жить дальше. Как жить без такого самодовольного, но такого нужного оборотня. Моего принца. Когда папа забрал нас с Чарльзом и Лореном домой, я попросила оставить меня одну.
 
— Ты уверена? — тихо спросил Лорен.
Смахнула слёзы и молча кивнула. Папа навёл мне успокоительного зелья и оставив его на прикроватной тумбе, обнял меня напоследок.
— Зови, как понадоблюсь. Примчусь в ту же секунду.
Я кивнула.
— Спасибо, — сипло выдавила я из себя.
Ни на что больше я была не способна. Залезла под одеяло, прячась в этот уютный мирок ото всех в надежде, что станет хоть немного легче. Не знаю, сколько времени я так провела, меня не трогали, а я не выбиралась из комнаты даже за едой, оплакивая собственное горе в одиночестве. Казалось время остановилось, превращая мою жизнь в жалкое существование.
Папа однажды зашёл поговорить.
— Эми? — позвал он.
Высунулась из-под одеяла.
— Очень плохо? — он присел на край кровати, отводя взгляд.
— Очень, — севшим после долгих рыданий голосом, ответила я. — Не думала, что может быть… ТАК плохо.
Адэр вздохнул. Я догадывалась, что он винил себя в произошедшем, хотя никак повлиять не мог. А потом пришёл и дядя, всё обиды давно были забыты. И сейчас мы сидели возле камина в моей комнате. Опухшими глазами, я наблюдала за таким красивым и одновременно загадочным танцем пламени.
— Как мне, — я запнулась, боясь задать вопрос, который всё это время крутился в моей голове, — Как жить дальше… без него?
— Помнить, Эми, — тяжело выдохнул он.
— Помнить и любить. Когда моя жена умерла, для меня это было хуже всех девяти кругов преисподней. Но я не опустил руки и продолжил жить ради моей Феи. Единственное, что меня тогда держало, это мысль, что она хотела бы, чтобы я жил. Жил и радовался твоим успехам за нас двоих. Не страшно умереть ради кого-то, сложно жить ради кого-то.
— Страшно, когда родной человек, жертвует собой ради тебя, — прошептала я, пытаясь унять вновь накатившие эмоции.
— Не замыкай эмоции в себе, — сказал дядя, поднимаясь. — Больно — плачь. Кричи. Ломай всё, на что падает взгляд. Сделай что-нибудь, дай выход эмоциям, не копи их в себе.
Он тихо закрыл за собой дверь. А я… а что я?
За это время многое изменилось. В М.А.К. е после всех событий ввели более жёсткий контроль за адептами и преподавателями. У моего курса началась практика.
Я стала заместителем главного тёмного алхимика, в канцелярии Императора. В отведённую мне лабораторию направили двух ведьмаков и три черных ведьмочки.
— У нас новый заказ от императорского ордена зачистки, — Прохор, один из моих подчинённых, положил сообщение передо мной. — Мне сходить? — тихо спросил он.
— Нет. В конце концов, это моя работа. Завлабораторией я или кто?
Я направилась в кабинет, который служит приемной для клиентов. Перед входом смахнула набежавшую слезу, поправила на голове серый платок, скрывающий теперь уже абсолютно белые волосы. — я поседела за это время. Глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. От работы не сбежишь…а как хотелось бы. И открыла дверь со словами:
— Добрый день, я — Эмилия Вильерс, заведующая отделом ядов и покоя…я… — и закричала.
— Дракончик, я тоже рад тебя видеть, безумно. — улыбнулся Эвар, поднимаясь со стула для посетителей.
— Это… правда ты? — я боялась моргнуть, чтобы не спугнуть видение.
Смотрела на ласково улыбающегося принца и не осмеливалась подойти к нему.
Я так хотела, чтобы это было на самом деле, но я так боялась, что только прикоснусь к нему, и он растает в воздухе. Боялась потерять его снова.
— Это правда я, — Эвар обошёл стол, заключая меня в объятия.
— Я думала, что ты… умер, — прошептала, уткнувшись носом ему в шею.
— Нуу, попытка была, конечно. Практически удачная, если бы Мануэль свою жену не подключил, — Эвар обнял меня крепче. — Давай я потом расскажу, ладно? Как-нибудь… м-м, никогда. Не хочу, чтобы ты чувствовала эту боль. Я украдкой смахнула слёзы.