Тупиковая ветвь (СИ)

А дальше произошло то, к чему Шрам оказался не готов. Стройная, на вид хрупкая, явно изнеженная и избалованная блондинка, легко подхватила кружку дракона. Без напряга, будто миниатюрную чашку из кофейного сервиза. Взяла одной рукой за ручку, выполненную в виде эльфийского уха, и, наклонив чан, наполнила по золотистую каёмку чаем.
Денис застыл, выпучив глаза и впившись зубами в фарфоровый край своей пиалы, которую неосмотрительно поднёс ко рту.
Принцесса почтительно подала кружку, поставив донышком на ладонь. А когда тюремщик с благодарностью принял, сделала изящный реверанс и удалилась.
На секундочку представьте то, что выглядело в лапе Макфлая, как изящный предмет для чаепития. В сопоставлении с размером обычного человека, какими являлись Шрам и похищенная принцесса, эта утварь размером напоминало ведро. Изящное ведро из фарфора, емкостью никак не меньше восьми литров.
Если кроткая и хрупкая на вид пленница так легко жонглирует столь большим весом, то какой силищей должны обладать рыцари, спешащие освободить принцессу из заточения? Каким физическим законам подчиняется этот мир? Во сне человек может летать. Не каждый, но может. Это почти аксиома. Но ни один индивид не справится с предметом, неподъёмный для него в реальности. В мозгу есть некий ограничитель, не позволяющий, даже в самый буйных фантазиях, преодолевать рамки своих возможностей.
— Что именно, тебя удивило? — не без ехидства спросил Макфлай, сделав глоток и одобрительно крякнув.
— Глупо перечислять, — кое-как смог проговорить Шрам, найдя в себе силы разжать челюсти, — Я ведь во сне? Вернее, в проекции, созданной домовым Иннокентием, ради обучения меня языку импов?
— А я значит учитель, призванный помочь усвоить речь древних драконов?
— Получается так. Разве нет?
— Ты слишком доверчив. Давай рассуждать логически или предпочитаешь поиграть в игру: вопросы и ответы?
— Давай! С твоего разрешения объединю оба твоих предложения, — поддержал сержант, обрадовавшийся возможности разгадать череду странных нестыковок, — Можно я начну?
— Безусловно. Ты гость.
— Я сплю, но как утверждает Бесёнок, это не мой сон. Получается домовой каким-то образом переместил моё сознание в чуждую мне реальность? Он ещё предупредил, что могу зацепиться за этот мир краем своего сознания и навсегда остаться здесь. Мой вопрос не как Иннокентий это сделал, а зачем?
— Ты сам минуту назад ответил на свой вопрос. Чтобы я обучил тебя языку импов.
— Не катит! В этом нет логики. Если ты репетитор, то должен учить меня щёлкать, шипеть, клекотать как Бес. Ведь именно таков его язык. За два года я достаточно наслушался и даже стал понимать некоторые звуки. Во всяком случае интонацию точно. А вместо этого имп говорит со мной на прекрасном русском, словно он его родной. Как так? Он признался, что домовой просто подключил его к инфополю и скачал в его мозг какой-то файл. Допустим со мной такой номер не пройдёт. Охотно поверю. В моей башке нет разъёма, куда подойдёт штекер от неизвестного процессора. Тогда зачем я тут? Уже два дня мы с Бесом прекрасно общаемся. Следовательно, моё присутствие тут не относится к категории обучения иностранному языку. Так?
— Хороший вопрос, — похвалил Макфлай, — Наверное, чтобы расширить рамки твоего сознания. Такая версия устроит?
— Мне не нужна версия. Скажи правду!
— Да нет никакой правды, недоверчивый ты мой гость. Это понятие настолько субъективно, что у каждого своя правда. Твоя ошибочна, а моя тебе вряд ли понравится. Не потому, что она ужасна, а потому, что не сможешь её понять.
— Как-нибудь сдюжу. Выкладывай.
— Чур, не обижаться! Сам попросил. Вы, люди-человеки, жертвы собственных постулатов и навязанных вам нравоучительных сентенций. Самое интересное, что, вызубрив какое-нибудь глубокомысленное изречение, вы гордо повторяете его при каждом удобном случае, даже не вникая в смысл. Как можно верить, не понимая? Приведу наглядный пример. Некий монах Уильям из Оккама, сформулировал странный принцип, который показался ему весьма правильным. Ну, ляпнул что-то и ляпнул. Создатель ему судья. Все благополучно забыли о нём, пока новый поворот в философии не подогнал фразу под свои нужды. Спустя пятьсот лет после смерти монаха. Понимаешь, о чём я толкую?
 
— Кажется, да, — подтвердил Денис, — Не следует привлекать новые сущности без крайней на то необходимости. Другими словами то, что проще, то и есть истина. У нас в армии говорят: если не знаешь, как поступить правильно — поступай по уставу. Это же верно?
— Для кого? Знаешь, зачем лошадям надевают на глаза шоры? Чтобы животное видело только тот путь, на который указывает кучер. Вы даже теорию плоской Земли понимаете буквально. А ведь изначально предполагалось противостояние двухмерного плоского мира с бесконечно большим числом степеней свободы квантовых полей. Но вы ничего не поняли и упростили смысл, решив, что живёте на клочке суши, которое располагается на спинах трёх бедных слонов. А дальше, с присущим вам представлением о закономерности, дорисовали картинку черепахой. Ну, логично же. Слоны должны на чём-то стоять, а черепаха может плавать в бескрайнем океане вселенной. И после этого удивляетесь, что существует некий мир Нави, где обитают фантастические твари и сетуете, что не можете их лицезреть. Вы просто не хотите их видеть. Зачем множить сущее, если удобнее довольствоваться малым, не вылезая из своей раковины? Думаешь, ваша печать доверия — это чудодейственная жидкость, которую закапали в глаза? Нет! С вас шоры сняли. Только и всего.
  
Глава 22
 
Долго, очень долго, сидел Шрам, пытаясь осмыслить сказанное драконом. Если Бес сейчас смотрит на происходящее в пещере, находясь в своём воображаемом 5Д-кинотеатре, то перед его глазами разворачивается милая сценка, где два персонажа, человек и крылатый ящер, мирно попивают чай, созерцая языки пламени в очаге.
— Прости, великий Макфлай, сын Крыла Неба, но я ничего не понял. Я солдат, а значит по определению тупой, как мысок армейского сапога. Ты, конечно, восхитил меня глубиной своих безграничных знаний, но не впечатлил, поскольку не могу оценить их важность. Единственное, что усвоил — ты просто стебаешься надо мной. Мы договорились, что на вопрос последует, пусть образный или, скажем, эпичный, как принято в ваших Сагах, но логичный ответ. Сейчас, ничего кроме философского бреда не услышал. Ты обманул меня.
Дракон закряхтел, издавая звуки, напоминающие клёкот Бесёнка. Скосил глаз, нависающий над Шрамом в районе третьего этажа. Раздражения или обиды в кислотной желтизне радужки не наблюдалось.
— Ох, люди, мнят себя главным угощением на блюде! А на самом деле даже на аперитив не тянут! Говна в вас много. Твоё дело не оценивать мои наставления, а жадно внимать, как полагается приличному школяру. Впитывать новые знания и благодарить судьбу, что я снизошёл до общения с двуногой недорослью. И уж тем более не обвинять, испытывая терпение жуткого монстра! Пей тца, он полезный.
Сам же Макфлай, поставив кружку на шкуры, изловчился и извлёк из-за спины огромный фолиант, в обтянутой грубой кожей обложке. Раскрыв книгу на заранее проложенной закладке, прочёл:
— «Количество сущностей должно быть соразмерно заявленным параметрам». Вот-с, значится как! Если мне не изменяет память, в вашей истории имелся один психиатр, который помогал Норберту Винеру разрабатывать первые принципы кибернетики. Уильям Эшби, если не ошибаюсь. Так вот. Этот господин выдал как-то принцип необходимого разнообразия. Сказал, что сложность системы управления должна быть равна сложности управляемого объекта. И ни одной шестерёнкой больше! Опять не понимаешь?
— Всё должно быть соразмерно, — подумав немного, выдавил Шрам что-то умное, но тут же низверг до бытового достояния, — Двумя палочками, по примеру азиатов, есть можно, но вилкой удобнее, а значит рациональнее. Это мой личный вариант. Возможно я неправ, но он основан на традиции моего народа.