Приручая тебя (СИ)
А у меня от фразы «между ними отдельная связь» по спине промаршировали мурашки. Дикость какая-то. Зачем главному боссу создавать отдельную сеть между нашими компьютерами? Для чего?
— Вам что-то ещё нужно мистер Сторм?
— Нет, можешь идти, — Эдриан моментально потерял интерес к работнику и с горящими предвкушением глазами направился к накрытому столу.
— Лилиан если хочешь помыть руки, то здесь есть ванная комната, — предложил мне Эдриан.
Я ошеломлённо уставилась на него. Действительно, богачи вряд ли будут скупиться на собственный комфорт и благополучие. Я хмыкнула: «Это ж надо придумать такое — персональная ванная комната в персональном офисе на персональном верхнем этаже частной стеклянной башни. Красиво жить не запретишь!»
Но прошла по указанному кивком головы направлению, не столько ради мытья рук, сколько от снедаемого любопытства. По содержанию ванная ничем ни отличалась от любой другой. Душевая кабинка, огороженная тёмно-серым непроницаемым стеклом, белоснежные унитаз, биде и раковина, шкаф с полотенцами. Полы и стены в мраморе серого цвета смешанной палитры от светлых до очень тёмных тонов, многоуровневое освещение. Вычурно, дорого, идеально подходит какому-нибудь высокомерному богатею из верхней общественной прослойки.
Я помыла руки душистым мылом, промокнула влагу белоснежным полотенцем, до невозможности мягким и пушистым. Даже наши с Линдой домашние банные полотенца не могли похвастать особой мягкостью. Чёртовы богачи!
Эдриан терпеливо меня дожидался, стоя вплотную к окну и заложив руки за спину.
— Почему не обедаешь, — я тихо нарушила тишину.
— Не хотел начинать без тебя, — его прямолинейность порой обескураживала, примерно, как сейчас. Мне сложно поверить в его заверения о заинтересованности во мне, но простые искренние фразы непринуждённо проскальзывающие в наших диалогах вольно невольно рушат нежно-выпестованные мною барьеры против всего мужского, особенно наделённого властью и богатством.
Спорить по поводу подобранного меню не стала и молча проглотила предложенное, едва ли почувствовав вкус. Но выдала заученную похвалу выбору блюд и поварскому искусству. Откинувшись на спинку кожаного дивана, я нервно теребила собственные пальцы, не зная, как подступиться к разговору первостепенной важности — какого чёрта я теперь работаю в этом шикарном кабинете.
— Кофе, чай? — Эдриан сама невозмутимость. Но его красноречивый взгляд на мои дёрганые движения руками не оставляли сомнения, что ему прекрасно известно моё состояние.
— Всё равно, можно воду, — раздражённо пожала плечами.
Он подошёл к столу и нажал кнопку селектора:
— Два кофе, Оливия.
Значит пышногрудая мисс новая секретарша величается Оливией.
— В прошлый раз у тебя в помощниках числился только Джек, — закинула первую удочку.
— Джека я привёз с собой. Он работает на меня несколько лет. Предыдущая секретарша уволилась вслед за бывшим боссом, должно быть он забрал её на новое место работы. А Оливию прислали из отдела кадров. Может твоя Линда отбирала кандидатуры.
Я отчётливо видела глумливые хитринки в карих глазах, но раздражение накатывало волнами, и каждая последующая перекрывала предыдущую, мне на короткое мгновение показалось, что возможно грядёт шторм.
Я конечно предпочла бы его избежать, позориться неуравновешенной психикой в первый день совместной работы с главным боссом — это несмываемое пятно на собственной профессиональной репутации.
Поэтому стискиваю пальцы, растягиваю губы в улыбку:
— Вряд ли новичку доверили бы отбор сотрудника на столь ответственную должность.
Его бровь подпрыгнула вверх:
— Считаешь должность секретаря, в чьи обязанности входит варить кофе и следить за наличием канцелярских принадлежностей в начальственном кабинете, такой уж ответственной должностью?
— Во-первых я считаю, что любая работа важна и уважаема, секретарь, уборщица или президент США, а во-вторых, следить за ручками и блокнотами приходится в кабинете самого главного босса, у которого на столе могут лежать документы разного уровня секретности. Так что очевидно, что непроверенную девушку с улицы на столь ответственный пост не назначат. И проверяла её точно не Линда.
Открыто усмехаюсь после выданной тирады, но насладиться сиюминутным триумфом мне не дала Оливия, которая после стука зашла в кабинет, просеменила до нас и хозяйской твёрдой рукой расставила кофейные чашки, благоухающие раем, в придачу, не забыв маленькие вазочки с печеньем.
Я демонстративно отвернулась, не обращая внимание на Оливию и её пышный бюст, который так и норовил впечататься в довольное лицо Эдриана. Тот же ехидно ухмылялся на мои жалкие попытки показной невозмутимости.
Когда мисс-чумовая-грудь удалилась, я шустро поменяла местами наши с Эдрианом чашки. И быстренько отпила со своей. Кофе оказался отменного качества, но другого я не ожидала. На этом этаже жизни всё отменного качества. Жаль только, что с каждым ярусом ниже понижается не только цифровое обозначение, но в первую очередь индивидуальные возможности, зарплата и прочее, что указывает на социальный статус. Мой 21 этаж, отдел маркетинга, на много-много уровней ниже, чем верхний этаж, принадлежащий Эдриану. Также и в жизни, между нами многоярусная пропасть, преодолеть которую затруднительно, а если честно — то попросту невозможно.
Громкий смех Эдриана заставил меня не только отвлечься от размышлений социального неравенства, но прежде всего подпрыгнуть на диване от неожиданности. Я успела позабыть какой фокус провернула с чашками. А вот босс забывать не собирался.
Отсмеявшись и утерев влажные глаза, он, резко переменив полярность настроения, угрожающе зарычал:
— С чего ты взяла, что Оливия решится на плевок в твою чашку?
Усмехнулась про себя, отмечая сообразительность босса. Но как известно лучшая защита — это нападение, либо полное отрицание. Поэтому я выпучила удивлённые глаза и ринулась на передовую:
— Ничего подобного, наверняка у тебя как у самого главного самый вкусный кофе, только и всего, — изображаю покер-фейс.
— Ты вообще соображаешь в чём обвиняешь моего штатного сотрудника? — босс не сбавлял обороты, видать воспитательного процесса мне не избежать.
— Не слышала, чтобы обвиняла кого-либо, это лишь твои наглые инсинуации!
— Ещё раз провернёшь подобное и будешь отшлёпана по всей строгости корпоративного кодекса.
— Кодекс RLSCP не предусматривает наказание в виде «шлёпанья», — последнее слово выделила воздушными кавычками.
— Зато мои личные стандарты Эдриана Сторма предусматривают в отношении дрянной девчонки по имени Лили не только шлёпанье. А для тебя — напоминаю по причине твоей дырявой памяти — я единственный главный босс!
Последнюю фразу он почти проорал, яростно разбрасывая вокруг себя злые искры карими глазами. «Всё-таки странно, — задумчиво тарабаню указательным пальцем по нижней губе, — когда я успела разозлить главного босса, ведь вчера мы не виделись?»
Дикий рёв пронёсся по комнате, отражаясь от стёкол и стен, врезаясь в барабанные перепонки.
Эдриан дёрнул меня вверх, заставляя подняться с дивана. И через секунду мои губы были смяты сокрушительным поцелуем. Его небритая щетина больно колола щёки, лёгкие жгло от нехватки воздуха, а мистер звериный босс и не думал сбавлять напор. Я думала он сгрызёт мои губы, напоследок откусив язык. Так сильно и яростно он засасывал то одну губу, то другую, затем переключался на язык. Одной ладонью он удерживал мой затылок со всей силой вдавливая в себя, второй таким же манёвром действовал на пояснице. Мои пальцы цепляли плечи, сначала в попытке удержаться, потом чтобы стать ближе, но, когда кислород кончился вечность назад я царапала и тарабанила его в бесплотной попытке отстраниться.
Иисусе, я же задохнусь! Отчаянно замычала ему в рот…. Хвала небесам, дикарь отстранился! Я складываюсь пополам в попытке отдышаться, но один раз приподнимаю тело, чтобы врезать наглецу кулаком по твёрдой груди: