Багряный декаданс (СИ)

Но сейчас ничего этого не было.
Сейчас все было по-другому.
— Это — целиком твоя ошибка, — веско заявила мама, а я сжалась, скользнула влево, скрываясь и держась поближе к зарослям, из которых однажды появилась неведомая кровожадная зверушка, вспоровшая принцу ногу.
— Моя? — запальчиво удивился Сатус. — Я тебе напомню, что наша встреча случилась твоими стараниями!
— Да, и ты должен был сделать так, чтобы Мира помогла нам! — скороговоркой подтвердила мама. — Мы с тобой в одной лодке и оба хотим избавиться от Луана! Я просила следить за Мирой, но так, чтобы она ничего не узнала! Я не просила влюбляться в неё!
— Поздно, — устало и даже чуть примирительно вздохнул Тай.
— Вижу, — проворчала мама. — У неё на шее твой брачный кулон.
— Теперь мы связаны, — в голосе демона звенела сталь. — Навсегда.
— Еще можно все изменить! — торопливо воскликнула мама. — До первой брачной ночи…
— А с чего такая уверенность, что она еще не состоялась? — с грубой насмешкой перебил Сатус.
— Потому что я вижу твое лицо, — смело заявила мама. — На нем оттенок трагедии. Ты не понимаешь, как кто-то мог отказаться от тебя. И ты разрываешься между двумя желаниями — получить свое, принадлежащее тебе по праву, и страхом окончательно оттолкнуть Миру попыткой применить силу. А еще я знаю, что ты топчешься на месте. Если бы она уже стала твоей, ты бы обрел все то, чего так долго добивался — полный контроль над ней.
— Судишь по собственному опыту? — хмыкнул Сатус без удивления, кажется, слова мамы его даже несколько забавляли. А дальше жестче: — Благородство — переоцененная благодетель. И я не так великодушен, как тебе кажется.
— Да, ты истинный сын своего рода, — это заявление могло бы показаться комплиментом, но таковым не являлось, скорее, наоборот. — И очень похож на Луана.
— Отвратительное сравнение, — начал раздражаться Сатус. Ни его, ни маму я не видела, лишь слышала.
— И все же ты идешь тем же путем, что и он.
Демон некоторое время молчал, а после сделал неожиданное признание:
— Ты знаешь, что Мира встречалась с Шай-Леей?
— Да, знаю. Но она ничего ей о нас не рассказала. Можешь не переживать. Мира не знает, что мы знакомы.
— А Шай-Лея была хитрой старушенцией. Так ловко служить всем троим и одновременно не быть верной до конца никому. Это особый талант… Ты уверена, что она не проболталась перед смертью?
— Мира бы мне сказала. Я знаю свою дочь, даже если не я её растила.
— Верно, её растил Луан, — едко заметил Сатус. — И кто знает, какие мысли и желания он вложил в её светлую головку.
— Нервничаешь?
— Она принадлежит ему в большей степени, чем тебе или даже мне. Она его дочь, пусть не по крови, но именно он воспитал девчонку. Воспитал так, как сам того желал. И никто не мешал ему лепить из неё то, что хочется. Она тебя знала сколько? До недавних пор она с трудом могла вспомнить, как ты выглядишь. А с ним она всю свою жизнь. Про себя я вообще молчу.
— Подозреваешь, что Мира в заговоре с Луаном?
— Сама посуди. Как-то уж очень ловко все сложилось. Просто одно к одному — у Миры проявилась её сила, Феликс потерял ключи от Путей, Луан начал искать и уничтожать горгулий.
— Ты обвиняешь Миру в заговоре с отцом против Аттеры?
— Я не могу отрицать вероятность такого исхода.
— А не ты ли в начале нашего разговора жаловался, что она тебе не верит? Как ты можешь говорить о вере, если сам ждешь от моей дочери подвоха? Сложно доверять тому, кто сам никому не верит и делает больно просто из желания посмотреть, что будет дальше, даже если заранее знает, что ничего хорошего.
— Она тоже делает мне больно…
— А по-моему, ты просто пытаешься подтвердить свои изначально ошибочные суждения. Решил, что она на стороне Луана, а не на твоей, и мучаешь её за это? — мама замолчала, молчал и демон. Когда ожидание стало почти невыносимым, она заговорила вновь: — Если ты хочешь, чтобы она была с тобой, пусть она сама тебя выберет. Но что бы между вами не происходило — это не должно мешать нашему плану. Мира должна научиться брать под контроль Огненные Пути без твоей помощи. Кулон обеспечивает обмен магией в обе стороны, как ты можешь управлять её силой, так и она способна научиться заимствовать часть твоей. То, что она практически сразу нашла нужную дорогу — отлично. Но она все еще не умеет ею управлять, находясь внутри.
 
— Я могу делать это за неё.
— Нет, не можешь, — категорично заявила мама и на удивление принц не стал с ней спорить. — Мы это уже обсуждали. К нужной нам единственной дороге у тебя доступа нет. Есть только у Икаса и Миры, потому что всех троих объединяет близкородственная магия. А при первой же насильственной попытке вторгнуться в магическое плетение путь может сместиться. Не забывай, что защита от проникновения особенно чувствительно реагирует на демонов. Ты лишь можешь направлять Миру, но только находясь рядом. Однако так будет не всегда. Ты не всегда будешь рядом. Поэтому чем быстрее дочь научится, тем лучше. Что-то готовится. И произойдет очень скоро.
— Конечно, что-то готовится! — небрежно воскликнул Сатус. Я ощущала горечь и упадок вперемешку с нетерпимостью, которые прокатились по мне горячим вибрирующим галопом. — Луан создает армию! И я не знаю, хватит ли у нас ресурсов, чтобы сдержать натиск его новых зверушек, если они атакуют все разом. Да еще в условиях, когда ключи от Путей неизвестно где! Твой муженек будет бросать своих солдат в бой не считаясь с потерями, и пока одни будут дохнут, он будет создавать других. Не зря же дядюшка выбрал в качестве экспериментального полигона один из самых плодородных миров, где всё буквально пропитано этой сублимированной энергией. Даже я почувствовал. И Мира там не просто так оказалась.
— Все-таки уверен, что между ней и Луаном существует какая-то связь? — и так высокий голос мамы стал еще выше, зазвенев в воздухе встревоженным хрустальным колокольчиком.
— Кто знает, — я, хоть и не видела воочию, но легко представила, как Тай запускает пальцы в блестящие мягкие волосы, проводя рукой ото лба назад. У него этот жест обычно выражал либо задумчивость, либо растерянность. Хотя растерянным он бывал редко, чаще злым или невыносимо заносчивым. Но именно сейчас он будто бы не чувствовал под собой твердой почвы. — Сама подумай. Даже сейчас, зная, кто он, она не воспринимает Луана и человека, которого она называет своим отцом, как единое целое. Для неё это по-прежнему две разных личности.
— С её стороны — это защитный механизм! — встала на мою стороны мама.
И я почти испытала прилив нежности и благодарности.
Почти, потому что стала невольным слушателем разговора, доказывающего, что моя мама и принц Аттеры заодно.
И, кажется, уже очень давно.
Возможно… даже дольше, чем я могла бы себе представить. Дольше, чем мы с демонами знакомы.
— Я понимаю, — остановил мамины заверения Тай и продолжил, легко отвоевав себе право говорить: — И так, наверное, даже лучше. Потому что она не может в один день перестать любить своего отца. А если она не воспринимает Луана как кого-то близкого, то она и не будет переносить любовь с одного на другого. Это поможет абстрагироваться от чувства привязанности. Но остается еще кое-что. Луан мог применить к ней магию, пока она была маленькой.
— Думаешь, он пошел бы на это? — мама яростно не желала верить в то, что её пугало.
— Пошел бы кто-то вроде Луана на манипулирование ребенком? — с невеселым смехом переспросил Сатус. — Да. Потому что в тех условиях, в которых он оказался я бы тоже так сделал. Я думаю, он как-то связал её с собой. Не знаю, как именно, не знаю, как это работает, но точно что-то есть.
— Ты же мне сказал, что все проверил! — в некоторой панике воскликнула мама.
— Проверил, и я ничего не нашел на твоей дочери. Но Луан старше и в некоторых видах магии намного искусней меня. Существуют практики, изобретенные им лично и которые никто не может повторить. Думаешь, почему мы до сих пор не смогли его устранить? Он слишком хорош!