Багряный декаданс (СИ)

Я не видела её целиком, часть обзора мне загораживал воткнутый прямо в землю металлический обломок, но странно вывернутая набок голова наводила на определенные мысли. Живые так не лежат… в позе сломанной куклы.
А вот Инсара ничего не пугало и не останавливало. Быстро подойдя к девушке, он в мгновение резко замер, а после также быстро отвернулся. Лицо его на долю секунды изменила ярость, сквозь кожу проступили розовые линии, только теперь они не были ни плавными, ни изящными, а походили на разломы в застывшей лаве.
Ледяной волк крутился здесь же, рядом с демоном. Беспокойно перебегая с место на место, словно не зная, куда себя деть, но каждый раз возвращаясь к той, которую Инсар назвал Иннелией.
— Она мертва, — сквозь сцепленные зубы процедил демон, возвращаясь ко мне.
— Я догадалась, — тоже решила побыть односложной.
— Поэтому он привел нас сюда, — он оглянулся от волка, который вновь начал наворачивать круги вокруг тела девушки, держа морду у земли. — Хотел, чтобы её нашли.
— Он привел меня, — для ясности уточнила я. — На тебя он вообще внимания не обращал.
Собственные слова натолкнули меня на некоторые размышления.
— Но как волк узнал, где нас искать? Как он понял, что мы в лагере варангов?
— Правильные вопросы задаешь, мышка, — с мрачной удовлетворенностью хмыкнул Инсар. — Сперва ты встретилась с Даркером, потом тебя нашел Икас… И тот, и другой из Аттеры. Интересная тенденция…
— К чему ты ведешь? — не скрывая угрюмости, вопросила я.
— В тебе слишком много секретов, мышка, — сложил руки на груди неприятно озадаченный Инсар, рассматривающий мое лицо. — Можно было бы предположить, что к этому руку приложил Тай, вот только…
И он оборвал самого себя на полуслове. В серых глазах зажглась искра догадки, которая ошеломила даже самого демона.
— Нет… этого не может быть. Нет, — повторил он будто бы самому себе. — Он тебе что-нибудь дарил?
— Внушительная такая охапка проблем считается? — язвительно поинтересовалась я.
— Считается любая мелочь, пусть даже тебе кажется, что она не существенная, — требовательно заявил Инсар.
— В таком случае, — я сделала выразительную паузу, — он мне ничего не дарил. Даже ничего не давал просто подержать. Что за странные расспросы?
— Тогда это тем более невозможно, — парень вел беседу с самим собой, и мое участие в ней не предусматривалось. — Сколько таких девиц у него было…
— Чего-чего? — заинтересовалась я.
— Да, ладно! — закатил глаза демон. — Ты не глупая девочка и должна понимать, что Тай — взрослый мужчина, у которого есть свои цели на эту жизнь. Более того, он тот, на ком лежит огромная ответственность и кто должен справиться, несмотря ни на что.
— И это дает ему индульгенцию на скотство? — горечь, проскользнувшую в голосе, скрыть я не смогла.
— Скотство? — переспросил Инсар, будто ослышался. — Мышка, ты что себе позволяешь? Ты что, не понимаешь…
— Все я прекрасно понимаю! — не удержавшись, перебила. — Не надо передо мной оправдываться. Вы живете по своим правилам, я — по своим. Вот только… кем бы ни был Тай, я не стану его дрессированной зверушкой. Так можешь ему и передать.
— Зря, — хмыкнул Тиес и подмигнул мне. — Он отличный дрессировщик.
А после обошел меня, вернулся к разбитой дороге и неторопливо направился по ней дальше, с видом человека, наслаждающегося времяпрепровождением на свежем воздухе. Будто это не он совсем недавно стискивал кулаки и сжимал зубы, глядя на светловолосую девушку, лежащую в окружении руин…
И которая продолжала оставаться там за неимением другого выбора!
Соседство с мертвым телом, а также пустынность и отчужденность пейзажа не вызывала желания находиться здесь одной. А еще почему-то очень сильно стало жаль волка, который после долгого тревожного обнюхивания тела погибшей сел и, подняв треугольную морду к небу, завыл.
— Инсар! — бросилась я за демоном.
  
Глава 22
 
Он не остановился, чтобы меня подождать, и даже не замедлил шаг, а потому пришлось бежать следом, спотыкаясь на неровностях.
 
— Куда ты идешь? — догнав, уцепилась я за рукав Инсара, на что он отреагировал странной мимолетной улыбкой.
— Пока что прямо, — сообщил он. — Не мешай мне. Я думаю.
— О чем? — я попыталась приноровиться к его шагу, но угнаться за ним был трудно.
— О том, что происходит, — ответ был максимально размытым.
Мы помолчали, слушая шуршание пыли и перекатывание мелких камней под ногами под отдаленные вскрики редких птиц. Я посмотрела на небо, но знакомый пернатый силуэт давно исчез. Наверное, он устал бдеть и отправился по своим делам. Мне тоже хотелось поскорее покинуть это место, навевающее такую жгучую тоску, что казалось, будто она разъедает сердце, как кислота.
— Почему здесь всё так… запущено? — спросила я, шмыгнув носом. — Почему ваша империя, раз уж она такая великая, не займется восстановлением? Ведь здесь все можно отстроить заново… засеять поля… проложить дороги…
— Это наказание, — равнодушно проронил Инсар, не глядя на меня. Взгляд его напряженных глаз был подернут дымкой задумчивости.
— Наказание? — меня передернуло. — За что?
— За строптивость, — ответил светловолосый демон, но понятнее все равно не стало. — Разрушить можно все, что угодно, моя радость. Особенно, если цель оправдывает средства.
— А она оправдывает? — тихо спросила я, обходя возникшую на нашем пути идеально круглую яму с оплавленными краями, от которой зигзагами разбегались разломы в грунте. Чтобы её не сотворило, это было что-то очень мощное, безусловно убийственное… призванное сеять смерть и разрушение. Еще несколько таких же ям виднелись поблизости, будто кто-то швырялся раскаленными и увеличенными раз в пять шарами для боулинга.
— Да, — короткий жестокий ответ. И, словно прочитав мои мысли, заметил: — В жестокости заключается, помимо прочего, и сила. Утратив жестокость — утратишь силу.
Он замолчал. Молчала и я, обдумывая его слова. Но не долго.
— Эта Иннелия, — начала с осторожностью, поглядывая на демона из-под опущенных ресниц, — она была демоном?
— Демоницей, — поправил меня Инсар и решил съязвить: — Не трудно было догадаться, да?
— Но как её убили, если она такая же, как и вы? — воскликнула я, проигнорировав колкость.
— Любого можно убить, — холодно заметил Тиес. — И нас в том числе. Иннелию поразили клинком в сердце. И сделал это кто-то из своих. Клинок наш, демонский.
С того момента, как мы покинули Академию, оказавшись вдвоем, поведение Инсара менялось чаще, чем направление ветра на море. Он то был собой прежним — провокационным и двусмысленным чертенком с чарующей улыбкой. То погружался в мрачное молчание, которое почему-то казалось еще более пугающим, чем если бы он начал кричать и ругаться. То вдруг начинал отчетливо напоминать Сатуса — безжалостностью и желанием запугать.
Но когда он заговорил об этой девушке, Иннелии, я ощутила фальшь. Его слова звучали отстраненно, как если бы он говорил о ком-то совершенно безразличном ему, но сестра Феликса таковой не была. Они были не просто знакомы, я поняла это в тот момент, когда увидела лицо демона, отвернувшегося от страшной находки.
— Вы…, - я запнулась. Спрашивать о таком, тем более, кого-то вроде Инсара было странно и пугающе. Мы не были подружками, чтобы обсуждать такие темы. И я все еще не была до конца уверена, что семерка старшекурсников не водит меня за нос, пытаясь использовать в темную, не важно, в благих ли намерениях или нет. — Вы были с ней близки?
Инсар покосился на меня глазами, посветлевшими почти до прозрачности и попытался отшутиться:
— Серьезно? Неужели нашу благочестивую мышку заинтересовали такие пикантные темы?
— Чего это я благочестивая? — надулась я. — И вообще! Ты так говоришь, как будто благочестие — это что-то плохое!
— А что, хорошее? — насмешливо выгнул демон бровь.
— Не знаю, но…
— Прилежность и праведность — это скука смертная, — вздохнул парень. И добавил с бесстыдной улыбкой: — Хотя некоторых заводит совращать скромниц. Я даже знаю, кого…