Багряный декаданс (СИ)

— Таким, как я — это каким? — почти оскорбилась я.
— Слабым, — пропел шагающий впереди Тиес.
— Людям, — выбрал более щадящую формулировку Кан.
— По вашей теории я, вроде как, только наполовину человек, — проворчала я, думая о том, надо ли рассказывать демонам о разговоре с мамой или нет.
— Считай, что именно об этой половине мы и заботимся, — щедро предложил Инсар.
— А ребята, которых вы привели, они кто? — я оглянулась назад, на конюшню, а потом перевела взгляд на лес. Скорее всего, именно туда умчались отпущенные демоном кони ветра. Те, которые не улетели. Но и недавно паривших в небе животных тоже было не видно. Меня невольно заинтересовала мысль, с какой скоростью эти волшебные существа могли передвигаться.
— Первокурсники-боевики, — скупо пояснил Кан.
— Надо же, не думала, что у вас процветает дедовщина, — попыталась пошутить я.
— Мне не знакомо это понятие, — демон был само хладнокровие и немногословность.
Когда мы пришли в столовую, она была заполнена наполовину. Но стол демонов по традиции пустовал, к нему меня и повели, после того, как Инсар изящно и непреклонно пресек мою попытку устроиться за обычным столом для простых смертных.
Ферай отодвинул стул, а Тиес надавил на плечи, усаживая на предложенное место. Сам он устроился напротив, а Кан отправился за едой, предварительно поинтересовавшись:
— Что ты хочешь?
— Не знаю, все равно, — я смирилась с перспективой принудительного кормления, решив, что стоит поберечь силы для чего-нибудь более важного.
Ферай ушел, а я огляделась. В столовой присутствовали представители практически всех факультетов, что было редкостью. По крайней мере, для меня, потому что я такое видела впервые. А еще я впервые видела такое повышенное внимание к собственной персоне. Даже в моей первый день в Академии, когда по студентам разнеслась весть о появлении в их рядах шельмы, было спокойнее. Сейчас же на меня пялились десятки глаз и в этих глазах я видела всё — осуждение, презрение, зависть и даже обиду. На кого обижались некоторые девушки в красной и синей форме, на меня или на демонов, было непонятно. Но еще меньше, чем есть, хотелось думать о чужих претензиях.
— Кажется, меня ждут проблемы, — безразлично заметила я, поворачиваясь обратно.
Инсар всё прекрасно понял, даже без объяснений.
— Забудь. Для тебя они — лишь пыль на дороге.
— А где Сократ? — вспомнила я и занервничала.
— Я видел его недавно, — это Кан вернулся в большим подносом, заставленным едой. Начав выставлять передо мной тарелки, демон проговорил: — Он разговаривал с Тагирой на фехтовании, которое ты, кстати, пропустила. Итан был недоволен, так что, будь готова отрабатывать пропущенное.
— Ничего, Тай об этом позаботиться, — многозначительно хохотнул Инсар. — Он ведь теперь её напарник на эксклюзивных, так сказать, правах.
— Это быстро может измениться, — сухо проронил Кан, разводя шире могучие плечи.
— Вряд ли, — дернул уголком губ Инсар, начав раскачиваться на стуле. — Потому что в этом случае Итану придется возиться с малышкой самому, а ему лень.
— Ешь, — приказал мне Ферай, отодвигая стул и садясь напротив, будто бы он собрался самолично контролировать процесс.
Я оглядела стол. Передо мной стояло с десяток блюд, каждое из которых выглядело весьма неплохо, но желания попробовать все равно не вызывало. Перед мысленным взором еще покачивались и подрагивали образы убитых лебедей, обезображенных трупов и разрубленного напополам монстра, предварительно выбравшегося из груди так и не добравшегося до своей жены мужчины. И мы до неё не добрались… Что с ней будет дальше и вообще, выжила ли она?
Наверное, этого я никогда не узнаю.
Ферай продолжал пристально наблюдать за мной, а потому я с тяжелым сердцем все же пододвинула к себе тарелку с чем-то, похожим на фруктовый салат и начала засовывать в рот бледно-оранжевые слегка волокнистые, но сочные кусочки.
— А о чем Сократ говорил с Татой? — спросила я, жуя.
— Не знаю, — Ферай Кан, стоически игнорируя всеобщую заинтересованность и оживленность, вызванную появлением нашей троицы в столовой, пододвинул к себе кружку с молочно-голубой жидкостью, пахнущей мятой и цитрусами.
 
До меня вдруг дошло.
— Так вот почему от него пахнет мятой! — и только потом поняла, что сказала это вслух.
— От кого? — нахмурился Ферай.
— От Сатуса, — нехотя ответила я, понимая, что они все равно не отцепятся, и отправила в рот кусок какого-то зеленого листа.
— Ну, да, — кивнул демон и снял куртку, оставшись в тонком свитере с поддернутыми к локтям рукавами. Его гладкая смуглая кожа имела приятный медовый оттенок, который лишь подчеркивала черная школьная форма. — Это из-за чая. Мы все его пьем.
— И от всех нас пахнет мятой, — блеснул белозубой улыбкой Инсар, вкладывая много, чересчур много в хищный прищур глаз. — А от тебя пахнет смертью.
Я испуганно выпрямилась, уставившись на демона.
— Не всегда, — соизволил он пояснить. — Обычно от тебя исходит приятный запах — ты пахнешь самой собой. Но сегодня вокруг тебя будто бы кружит запах гниющей плоти.
— М-м-м-м, — невнятно промычала я, жуя и даже не чувствуя вкуса.
— Так, где вы были и что с вами случилось? — Кан решил перевести разговор на другие рельсы. — Тай кое-что успел рассказать, но хотелось бы услышать подробности.
Я украдкой оглянулась по сторонам. Столовая уже, кажется, вернулась к своему привычному состоянию, пережив первый шок, но многие, особенно девушки, продолжали многозначительно поглядывать на нас. Вернее, поглядывали они на парней, а за мной пристально следили. Наверное, для того, что налететь бешенными фуриями в случае, если решат, что я посягаю на их святыни.
— Думаете, это хорошая идея — обсуждать все здесь? — громким шепотом спросила я, пригибаясь ниже.
— Ты должна все доесть, — отрезал Кан, сходу срезав мою попытку смыться.
Инсар похихикал над моим расстроившимся лицом, оттого, что трюк не удался, а после проговорил, даже не пытаясь понижать голос:
— Не переживай, этот стол заколдован. Все, что мы здесь обсуждаем не услышит никто, даже если будет очень стараться, если мы сами этого не захотим. Думаешь, почему мы всегда сидим только здесь?
— Раньше думала, это потому что ваше завышенное самомнение пробило стратосферу и теперь болтается где-то в космосе.
— Чего? — глаза Кана округлились.
— Где чего болтается? Я что-то ничего не понял, — заморгал Тиес.
— Забудьте, — махнула я рукой. — То есть, даже если кто-то подойдет к столу, он ничего не услышит?
— Ничего такого, что следовало бы скрывать, — объяснил Кан. — Поэтому можешь смело рассказывать.
И я рассказала. Обо всем.
  
Глава 11
 
Когда в своем повествовании я достигла момента общения с тем, кто назвался командиром гарнизона, в руке Кана вдруг лопнула кружка, брызнув во все стороны острыми осколками. К счастью, весь напиток демон уже выпил и на полу оказалось лишь несколько капель.
— Ой, ты не поранился? — подскочила я, но быстро села обратно увидев злые молнии, которые метнула в меня стайка колдуний со старших курсов.
— Мы — демоны, Мира, — выразительно закатил глаза Инсар, который даже не вздрогнул от звука разламывающейся на куски посудины, небрежно растянувшись на стуле и вытянув вперед ноги в высоких ботинках. — Нас трудно ранить, тем более, ранить какими-то черепками.
И действительно, Кан стиснул пальцы, превращая в пыль останки некогда весьма полезной емкости, а после небрежно стряхнул с по-мужски широкой ладони мельчайшие крошки, повелев:
— Рассказывай дальше.
На его лице застыло такое выражение… очень жестокое. И я вновь подумала, что играю в очень опасные игры с теми, кто взрослее, сильнее и, чего греха таить, умнее меня.
Я потянулась к своей кружке с чаем, сделала глоток, смочив горло, и продолжила повествование, еще тщательнее, чем прежде пытаясь обходить острые углы. Хотя я и до этого не особо вдавалась в подробности, но Ферай каким-то невообразимым для меня образом всё понял даже без уточнений, проявив неожиданную прозорливость.