Хирург по призванию (СИ)

Ломов во время нашего разговора стоял, но в тот момент, когда я попросил руки Екатерины, он сел.
— А…А Катя согласна?
— Понятия не имею.
Положительный ответ от Ломова я получил, оставалось только поговорить с Катей, что я и попробую сделать после лекции.
Но вот после лекции Катя быстро ушла домой, чтож, значит, попробую завтра.
На утренней лекции я распределил двух новых больных между Шестаковой и Рудянским, так как предыдущие их пациенты были выписаны. В руках Рудянского был букет цветов.
— Доктор Рудянский, если не хотите остаться без зачета, то прошу вас уже вручить этот букет тому, для кого он предназначается. — Хорошо, Олег Николаевич.
— Вот и замечательно. Все отправляются по больным, а вы доктор Немова идете со мной.
— Я? А куда?
— Мне предстоит сложная операция и рискованная, без вас точно не обойтись.
____
Катя
— Операционная закрыта, Олег, что происходит?
— Закрыта. Какая жалость, видимо я ошибся. Мы снова на ты, уже хорошо. Катя, вчера у Игоря нам не удалось поговорить.
— А при чем тут Игорь?
— Действительно, не при чем, хотя он оказался довольно приятным в общении, так долго и умело это скрывая.
— Что ты хотел?
— Катя, я понимаю, почему ты обиделась. Я уехал, ничего не сказал.
— Меня это не интересует.
— Правда? А я думал, тебе будет интересно узнать, что я оформил развод со своей женой.
Мне не послышалось? Он развелся с женой? Интересно, что это будет значить для меня. Дабы не накручивать себя и убедиться в услышанном, я решила переспросить.
— Что? Это правда?
— Правда. А сейчас нам нужно поторопиться, потому что мы действительно можем опоздать.
— Куда?
— Я знал, что любопытство победит.
Олег ушел в сторону ординаторской, я же быстро ушла в раздевалку. Возле центрального входа в больницу нас ждало такси, и как бы я не выспрашивала, куда мы едем, Олег не говорил. Только когда мы прибыли на место, я все поняла.
— Олег, ты серьезно? И ты уверен, что я дам положительный ответ?
— Именно. Потому что ты меня любишь, как и я тебя, а теперь пошли. И еще — я хочу, чтобы ты сегодня же переехала ко мне.
— Какой же ты самоуверенный, наглый…
— Да-да, а теперь пошли.
После того как мы подали заявление, я отправилась домой, собирать вещи.
— Уже уезжаешь. — В комнату зашла Алена Вячеславовна. — Да. — Ну, может это и лучше, Игорь как раз возвращается домой. — Его перевели на дневной стационар? — Да. Прости, помочь не смогу, мне нужно подготовить все к возвращению сына.
Мачеха подошла ко мне и обняла. Отношения у нас не наладились после нападения, но и не ухудшились. Был некий нейтралитет.
Женя тоже заходил ко мне.
— Сестричка, я сорвался к тебе, как только узнал, что ты съезжаешь.
— Эх ты… успел бы. Я как видишь тоже срываюсь.
— Да ладно тебе, это правильно.
— Не знаю Женя, а как ты тут будешь?
— Ну, я буду не один. Со мной же Игорь будет.
— Ты же будешь звонить мне?
— Да, а теперь хватит розовых соплей, давай помогу тебе собраться.
Вечером с больницы приехал Игорь. Мы с ним спокойно поговорили, но что интересно, он как брат, должен быть счастлив за меня, вот только в глазах печаль и боль.
— Я бы осталась на ужин, но мне нужно идти, скоро Олег приедет.
— Сестричка, ты же не в другой город едешь.
— Женя тоже самое сказал.
— Вот и правильно. Ты просто идешь в другую жизнь. Всё.
— Всё.
____
Олег
Скоро ехать за Катей. Дома все прибрано, вот только холодильник пустой, но ничего на обратном пути заедем и купим всё что нужно. В квартире раздался неожиданный звонок.
— Привет, гостей принимаешь?
— Тох, пока принимаю.
— Ну, тогда держи.
— Ты жук, ты же за рулем. — А я пить и не буду. — Спаиваешь?
— И правда, не дело. Олег, неужели ты свою принцессу в эту берлогу привезешь?
— Слушай, не дави на больную мозоль.
— М-да… она же у Ломовых в других условиях жить привыкла. В общем…
Антон берет рюмку и выпивает залпом.
— Ты что делаешь, ты же за рулем?
— Нет, брат, это ты за рулем, держи. Я все равно собирался машину менять. Ты же водишь? Так вот, на машинке, на комфортабельную дачку.
 
— Щедро, но…
— Никаких но. Временно, свою дачу я тебе насовсем отдавать, не намерен. Наливай.
— Морда не треснет? — Нет. — Пей, давай уже, с вами не захочешь- женишься.
Долго мы сидеть с Курбатовым не стали. Я подвез его домой, а сам отправился за Катей.
На даче нас ждал сюрприз- стол был накрыт на двоих, горели свечи, а в центре стола ведёрко с шампанским.
Но как бывает у врачей — времени на расслабление нет.
— Авдеев — слушаю. Лена, что случилось? Я тебя понял, скоро буду.
— Олег, звонила Лена. — Да, Катя, у нее сегодня дежурство.
— Но ты же сказал, что она уволилась и уезжает.
— Сказал.
— Значит, не уезжает.
— Катя, у нее сегодня последнее дежурство. Понятно, накрутила уже себя. Мне нужно уехать, пожар на заводе, всех везут к нам.
— Я с тобой.
— Не положено. Жди дома. Я постараюсь быстро вернуться.
  
Глава 36
 
Катя
Олега я прождала до трех часов ночи. Время я зря не тратила, успев разложить все свои вещи и переодеться.
В один из моментов я уснула и не сразу поняла что звонит телефон.
— Да, слушаю.
— Катенька, я тебя не разбудил?
— Нет, пап. Что случилось в больнице?
— Ничего серьезного. Пожар на заводе, у людей в основном одоги. Твоего Олега я уже отпустил. Поздравляю тебя еще раз с помолвкой, но мы с Аленой считаем, что все это как-то быстро.
— Для меня тоже все было неожиданно. Прости, что так получилось.
— Ты главное скажи мне — ты счастлива?
— Да.
— Это самое главное. Ладно, не буду тебя долго задерживать, празднуйте.
Через какое-то время приехал Олег.
Мы вновь сели за стол, но поесть нам так и не удалось. Выпив шампанского мы забыли обо всем, были только я и он. Как мы оказались в комнате, я не помню, но вот его теплые руки, то, как он обнимал и целовал меня, зарождало во мне самые приятные ощущения.
Утром мы не услышали будильник и проспали.
Быстро собравшись, поехали в больницу, где нас встретила вся группа, с криками поздравляем.
У Олега было хорошее настроение, как и в тот день, когда мы впервые были на той даче. Мне и ему было хорошо, будто и не было той ситуации с его бывшей женой и Леной Старшовой, не было нападения. Мы вернулись к спокойным дням.
Вот только позже моё настроение всё же испортилось.
После лекции мне удалось попасть в архив детской больницы и взять карту Жени. Его действительно лечили препаратом, который позднее был запрещен. Отец был прав, написав в своих статьях про то, что детей использовали как материал для исследования.
Уже дома открыв статьи, и наконец-то прочитав их полностью, я поняла, что власти, скрыли от людей смерти детей — в их историях болезни и причинах смерти писали, что дети умерли от пневмонии, менингита, и ни одного упоминания о том, что проводилось лечение непроверенным препаратом. Вот только видимо у детей, которые пошли на поправку после него, чистить карточки пациентов не стали.
Ночью мне снилась снова авария. Я проснулась с криком, чем привлекла внимание Олега.
— Катя, что случилось?
— Ничего. — Говорить не хотелось. — Катя, если б ничего, ты бы спала спокойно.
— Олег, это просто кошмар.
— Просто только у амёб, они простейшие. Рассказывай, давай.
— Это долго.
— Ничего. У меня время есть. Начинай.
И я рассказала. Про работу отца, про болезнь Жени. Про то, как я начала искать всю информацию и про папину статью касаемо Гентофлоксацина.
— Олег, кто же заведовал производством того препарата? Мой отец не написал в статье, кто это был, либо это осталось в поврежденном файле.
— Катя, в то время Курбатов занимался фармакологией. У него есть связи. Говорить тебе, что это все опасно, бесполезно. Ты же все равно продолжишь искать.