Плененная грешником (ЛП)

— Надень платье, именинница. Я подожду внизу.
Я наблюдаю за его уходом, все еще не понимая, что происходит, но обещание выбраться из дома слишком велико, чтобы его игнорировать. Я быстро подхожу к кровати и дрожащими пальцами развязываю ленту. Подняв крышку, я отодвигаю серебристую бумагу и смотрю на бледно-голубую ткань.
Когда я достаю его, то ахаю от того, насколько красивое летнее платье. Это мой любимый цвет, и половина моей одежды того же оттенка.
Не в силах остановиться, улыбка медленно изгибает мои губы. Подарок не должен ничего значить для меня.
Я качаю головой и быстро снимаю джинсы и футболку, чтобы надеть платье. Я беру пару туфель-лодочек и пару секунд смотрю на свое отражение в зеркале.
Платье сидит идеально.
Я перевожу взгляд на дверной проем и, преодолевая непреодолимое искушение оказаться среди других людей, выхожу из спальни.
Когда я спускаюсь по лестнице, Виктор засовывает свой телефон в нагрудный карман пиджака и смотрит на меня. Он выглядит так эффектно в официальной одежде, что я на мгновение теряю способность дышать.
Подняв руку, он протягивает ее ко мне.
Не желая быть трудной и рисковать своим шансом на свободу, я вкладываю свою ладонь в его. Мои щеки вспыхивают, когда его сильные пальцы обхватывают мои, и он останавливает меня перед собой.
Его глаза скользят по моему лицу, и его голос низкий и глубокий, когда он говорит:
— Ты выглядишь потрясающе, маленькая Роза.
Прежде чем я успеваю остановить слова, мои манеры выталкивают их с моих губ.
— Спасибо.
Довольная улыбка превращает его лицо из жестокого в такое чертовски привлекательное, что я вынуждена отвести взгляд.
Когда он переплетает свои пальцы с моими, я чувствую дискомфорт, находясь так близко к нему, и в то же время влечение. Последняя эмоция поднимает чувство вины в моей груди.
Виктор ведет меня к входной двери, и когда мы выходим из дома, передо мной открывается большая асфальтированная дорожка и желтый Lamborgini.
Там же стоит черный внедорожник с пятью вооруженными охранниками.
— Постарайтесь не отставать, — шутит Виктор со своими людьми. Он открывает пассажирскую дверь и помогает мне забраться внутрь. Внезапно он наклоняется надо мной, и я замираю, когда он пристегивает меня ремнем безопасности.
Прежде чем отстраниться, он смотрит на меня с игривой усмешкой.
— Должен убедиться, что ты в безопасности.
Мой желудок переворачивается как сумасшедший, и я бросаю взгляд на дорогую кожу своего сиденья на случай, если нежелательное влечение отразится на моем лице.
Виктор садится за руль и расстегивает пиджак, прежде чем пристегнуть ремень безопасности.
 Мы действительно покидаем территорию. 
Мощный двигатель с ревом оживает, и он грохочет, когда мы подъезжаем к двум гигантским железным воротам. Они распахиваются, и как только Виктор выводит нас на дорогу, мое тело вжимается обратно в сиденье, когда он мчится по улице.
Мое сердце колотится в груди, и я хватаюсь за края сиденья.
Виктор смотрит на меня, затем усмехается, прежде чем сбросить скорость спортивного автомобиля до приемлемой.
Я смотрю в окно на дома, и вскоре богатый район остается позади, когда мы приближаемся к городу.
 Боже, я даже не знаю, где я. 
Осознание поражает так сильно, что я задыхаюсь.
— Что? — Спрашивает Виктор, на его лбу быстро появляется хмурая складка.
— Где я?
— В Лос-Анджелесе.
 Святое дерьмо. 
Я перевожу на него свой потрясенный взгляд.
— Как ты вытащил меня из Канады?
Он высокомерно усмехается.
— Контрабанда – одна из тех вещей, в которых я хорош.
— Одна из вещей?
Сосредоточив все свое внимание на дороге, он умело управляет мощным автомобилем в утреннем потоке машин.
Я смотрю на здания и чувствую проблеск волнения, когда мы сворачиваем на Родео Драйв.
Мы проезжаем мимо магазинов дорогих брендов, затем петляем по другим улицам, прежде чем Виктор останавливает Lamborgini.
Мои губы приоткрываются, и меня захлестывает волна эмоций, когда я смотрю на здание Barnes and Noble4.
 
— Ты привез меня в книжный магазин? — Я спрашиваю.
— Это один из твоих подарков на день рождения. — Он оглядывает окрестности, затем говорит. — Не заставляй меня никого убивать сегодня. — Он кивает в сторону магазина. — Ты подвергнешь риску всех, кто там находится, если выкинешь какую-нибудь глупость. Поняла?
Когда я просто смотрю на него, он добавляет:
— Не забывай, кто я такой, только потому, что я был добр к тебе.
 Глава Братвы и мой похититель. Как я могу забыть?  
Он, вероятно, убьет всех невинных людей в Barnes and Noble, если я попытаюсь попросить о помощи.
Я быстро киваю, думая, что могу попытаться сбежать, воспользовавшись туалетом. Таким образом, я никого не подвергну опасности.
Виктор вылезает из машины и подходит, чтобы открыть мне пассажирскую дверцу. Непреднамеренно я хватаюсь за его протянутую руку и следую за ним в магазин.
Меня поражает волшебное чувство, которое можно испытать, только находясь в окружении тысяч книг.
Виктор ведет меня к отделу фэнтези и указывает на полки.
— Возьми все, что хочешь, маленькая Роза.
Я высвобождаю свою руку из его и провожу пальцами по корешкам, читая названия.
Поскольку у меня нет моего kindle, и нет никакой гарантии, что мне удастся сбежать, я хватаю коробку с "Сумерками" и сую ее в руки Виктору.
И снова этот человек удивляет меня, когда указывает на раздел.
— Там серия "Ночной мир".
 Подожди секунду. 
Я медленно поворачиваю голову к Виктору.
— Ты тоже читаешь фэнтези?
Он качает головой.
— Я провел свое исследование. Взломать твой аккаунт на Amazon было легко.
 Конечно. 
Я закатываю глаза, затем беру себе все книги серии "Ночной мир".
Каждый раз, когда я передаю книгу Виктору, он передает ее одному из охранников, поэтому я теряю счет тому, сколько беру.
Я хватаю каждую попавшуюся книгу Дженнифер Л. Арментроут, затем ищу серию "Дивергент".
Когда я прохожу мимо коллекции "Пятьдесят оттенков серого", Виктор усмехается:
— Не увлекаешься БДСМ?
— Не-а.
Я погружаюсь во все эти книги, пока совсем не забываю о постигшей меня утрате и о том, что на самом деле я хожу по магазинам со своим похитителем.
— Черт возьми, — бормочу я, снова оглядывая полки.
— Какую книгу ты ищешь? — Спрашивает Виктор.
— Третью книгу в этой серии. — Я держу первую книгу открытой, чтобы Виктор мог увидеть список названий. — Смертельные сны.
Он окидывает взглядом полки, затем подходит к прилавку и разговаривает с кассиром.
Мой взгляд устремляется к пятерым охранникам, и я обнаруживаю, что все они наблюдают за мной.
 Черт, вот и возможность убежать. 
Пока Виктор стоит у прилавка, я в последний раз окидываю взглядом полки и беру пять книг, которые еще не читала.
Когда я оборачиваюсь, Виктор стоит со "Смертельными снами" в руке.
— У них была одна в подсобке.
Прежде чем я могу остановить себя, на моем лице расплывается улыбка.
Губы Виктора приоткрываются, на его лице благоговейный трепет, как будто он смотрит на одно из чудес света.
— Иисус, да ты должна каждую секунду каждого дня улыбаться.
Нежеланное тепло наполняет мое сердце. Я проскакиваю мимо Виктора и бросаюсь к стойке, пытаясь игнорировать то, как его комплимент действует на меня.
Когда Виктор присоединяется ко мне у прилавка, кассир показывает окончательную сумму за книги, которые я набрала.
— С вас две тысячи триста девяносто, сэр.
Мои брови взлетают вверх, а губы приоткрываются в судорожном вздохе.
 Господи Боже, Розали.  
Виктор, похоже, совсем не расстроен суммой и с радостью расплачивается черной кредитной карточкой.