Безжалостные короли (ЛП)

Мои глаза расширяются.
— Что?! Ты уверена, что мы говорим об одном и том же Риде? Он такой сдержанный.
— Не всегда. И уж точно не в постели. Черт, что этот парень может вытворять своим языком.
— Мы еще вернемся к языку. Я хочу знать о подробностях. Ты не можешь оставить меня в таком состоянии. Расскажи мне все грязные, очень грязные подробности.
Она смеется.
— Во-первых, он очень любит порку. Типа, перегнуть тебя через колено и отшлепать по голой заднице.
Удивленный смех вырывается из моих губ.
— Ты меня разыгрываешь?
— Ни капельки.
— Ого. Это всегда те, кто ведет себя тихо, — я делаю преувеличенное шлепающее движение в воздухе. — Как ты к этому относишься? Ты уже позволила ему отшлепать эту задницу?
Эйнсли прикусывает губу и краснеет.
— Ага.
— Заткнись. Заткнись! — я игриво подталкиваю ее. — И тебе понравилось?
— Сначала я не думала, что понравится, но мне очень, очень нравится.
— Было больно?
— Немного, — признается она. — Но это очень быстро. Он делает так, что сразу после этого трет место, что снимает жжение. А потом он трет другие места. Это на самом деле чертовски круто.
— Ну, блин. Кто бы мог подумать, что ты такая извращенка?
— О, заткнись, — Эйнсли закатывает глаза. — Ты никогда раньше не занималась ничем подобным?
А секс втроем с лучшим другом моего парня считается?
Я пожимаю плечами.
— Я никогда не пробовала порку, но я делала другие вещи.
Она поднимает бровь.
— Например?
— Эм… разве ты не говорила, что никогда не хочешь слышать о сексуальной жизни своего брата?
Эйнсли сморщила нос.
— Фу, нет. Забудь, что я спросила.
Я покачиваюсь, пока не нахожу более удобную позу.
— Что еще? Ты сказала — во-первых, что наводит меня на мысль, что в шкафу Рида Прескотта не один уродливый скелет.
Теперь ее лицо действительно покраснело.
— Ааа… он просто помешан на задницах. Типа, он хотел бы засунуть свой член мне в задницу, и не только в особых случаях.
— Ладно, нет на свете такого парня, который бы отказался от анала — по крайней мере, из тех, кого я знаю, — но как ты к этому относишься?
— Я сказала ему, что я определенно готова к исследованию, что шокировало его до смерти. Боже, ты бы видела его лицо, когда я сказала, что хочу немного поэкспериментировать, — Эйнсли хихикнула. — Мы делали кое-что… ну, знаешь, с его пальцем… и я не могу сказать, что мне это было противно. Он даже лизал меня там внизу, что, как я думала, будет странно, но это было невероятное ощущение. Так, о мой сладкий малыш Иисус, невероятно.
Я взмахнула бровями.
— Понятно, крошка. Похоже, ты нашла себе мужчину с небольшим фетишем на задницу.
— Черт возьми, я никогда не думала об этом, но у него точно есть фетиш на задницу, — она смеется так сильно, что ее глаза наполняются слезами. — Может, у меня и не такие большие сиськи, но хорошо, что у меня фантастическая задница, верно?
— У тебя потрясающая задница, Эйнс.
Она улыбается.
— Ты когда-нибудь занималась этим?
— Аналом?
Эйнсли кивает.
— Нет… но я тоже немного экспериментировала.
— Как ты думаешь, ты когда-нибудь захочешь? И, пожалуйста, не говори мне, если ты это сделаешь, потому что я знаю, что это будет с моим братом, но тебе не кажется странным, что я интересуюсь этим? После того, как Рид рассказал мне, что ему нравится, я посмотрела немного порно, знаешь, для исследования, и оно чертовски горячее. Мысль о том, чтобы сделать это с ним, меня заводит.
— Я вовсе не думаю, что это странно, — заверила я ее. — Я много думала об этом, и я совершенно не против попробовать. Кроме того, я всегда говорю, что все, что плавает в твоей лодке в спальне, является правильным для тебя. Пока все происходит по обоюдному согласию, кто я такая, чтобы судить, что нравится другим людям? Понимаешь?
Эйнсли кивает.
— Я думаю, это отличный способ взглянуть на это.
Мой телефон жужжит, я достаю его из кармана и вижу сообщение от Кингстона.
Кингстон: Вы двое почти готовы? Ребята уже здесь, и мы ждем их в домике у бассейна.
 
— Ребята с Кингстоном, — говорю я Эйнс, прежде чем ответить ее брату.
Я: Спустимся через несколько минут.
Эйнсли встает и смотрит на свое отражение в зеркале.
— Эта рубашка мне не идет. Ты иди вперед. Я буду прямо за тобой.
— Ты уверена? Я не против подождать.
— Уверена, — Эйнсли кивает. — Я буду минут через десять, максимум.
— Хорошо. Увидимся там.
Я спускаюсь по лестнице, пока Эйнсли переодевается, и направляюсь к задней части дома. Когда я заворачиваю за последний угол, который выведет меня на задний двор, я врезаюсь в стену лицом вперед. Только это скорее твердый сундук, чем настоящая стена.
— Жасмин. Какой приятный сюрприз, — отец Кингстона обхватывает руками мои бицепсы. Я думаю, что сначала он пытался поддержать меня, но он не предпринимает никаких усилий, чтобы убрать их.
— Э… да, конечно. Я как раз направлялась к Кингстону. Если позволите.
— К чему такая спешка? Не можешь уделить минутку старику своего парня? — он беззаботно смеется, но это противоречит тому, как он смотрит на меня.
Я пристально смотрю на его руки, но чувак не понимает намека, пока я не делаю шаг назад. Клянусь, его хватка на секунду стала крепче, словно он собирался притянуть меня к себе. Мне не по себе находиться так близко к мистеру Дэвенпорту, зная, какой он на самом деле отвратительный человек. Это даже хуже, чем находиться рядом с моим донором спермы, потому что Чарльз хотя бы не смотрит на меня так, будто представляет меня голой. А вот отец Кингстона — не очень.
— Я не знала, что вы вернулись в Лос-Анджелес. Разве вы не должны были вернуться завтра?
Он даже не пытается скрыть тот факт, что заигрывает со мной. Мерзость.
— Следишь за моим расписанием, да? Я польщена.
— Что?! Нет… Я… Эйнсли упомянула, что вас нет в городе и вы вернетесь завтра. Вот и все.
Мистер Дэвенпорт внимательно оценивает меня. Я говорю себе, что надо вести себя спокойно; не позволять этому засранцу добраться до меня. Это легче сказать, чем сделать, когда Кингстон так похож на своего отца. Это меня пугает. Еще хуже то, что у них одинаковые глаза.
Я люблю, когда Кингстон смотрит на меня этими прекрасными карими глазами, но, когда это делает его отец, меня это пугает. Хотя они одинаковы по форме и цвету, глаза старшего Дэвенпорта имеют злобный оттенок. Они холодные. Расчетливые. Глядя в них, клянусь, что вижу полное отсутствие совести — психопата, скрывающегося под блестящей поверхностью.
— Папа. Что ты делаешь?
О, слава Богу. Кингстон, должно быть, пришел посмотреть, почему я так задержалась.
Отец Кингстона поворачивается к сыну и широко улыбается.
— Я просто поздоровался с твоей прекрасной девушкой.
Челюсть Кингстона сжимается.
— Когда ты вернулся?
— Всего несколько минут назад, вообще-то. Я направлялся в свой офис, когда столкнулся здесь с Жасмин, — мистер Дэвенпорт смотрит в мою сторону и подмигивает. — Или лучше сказать, она столкнулась со мной?
Кингстон переключает свое внимание на меня.
— Жас, нам пора идти, чтобы не опоздать. Где Эйнсли?
Я дергаю головой в сторону лестницы.
— Она переодевается. Сказала, что выйдет через несколько минут.
— Иди и подожди с ребятами на заднем дворе. Я позову Эйнс, — Кингстон как-то странно смотрит на своего отца. — Пап, извини нас, нам действительно пора.
— Конечно, — мистер Дэвенпорт дарит сыну самую фальшивую улыбку, которую я когда-либо видела в своей жизни. — Что ж, не буду вас больше задерживать. Мы можем наверстать упущенное в День благодарения, Жасмин.
— День благодарения? — я нахмурилась в замешательстве.
— Мой сын не рассказывал тебе о нашей традиции празднования Дня благодарения? Дэвенпорты и Каллаханы празднуют вместе каждый год, — он окидывает меня еще одним непристойным взглядом. — Мне не терпится увидеть такое прекрасное дополнение к главному столу.